Время перехода - Алан Фостер

Ясно одно: из-за Маджа, Виджи и Перестраховщика Джон-Том в руках у Камалка, и, чтобы сохранить друзьям жизнь, юноше придется выполнять его приказы. Но со временем попугай пресытится дарами этого мира или придумает иной способ добывать их, и тогда их всех можно будет пустить в расход. Значит, надо что-то предпринять сейчас же.

Как ни потряс пиратов новый мир, вряд ли капитан настолько утратил бдительность, чтобы позволить человеку сыграть на суаре, да и неизвестно, сработает ли здесь магия. Пока Джон-Том лихорадочно судил да рядил, время и возможности ускользали от него – пираты успели отобрать у пленников оружие. Мадж с сожалением проводил взглядом уплывающие в чужие руки лук и саблю, Джон-Тома избавили от боевого посоха и суара. Заплечные мешки трогать не стали – должно быть, Камалк догадывался, что там не осталось ничего опасного.

Попугай, решивший не выказывать перед своим войском страха и колебаний, разглядывал газовую плиту. Понюхав духовку, он взял упавшую сковороду Джон-Тома и поставил ее на горящую конфорку.

– Устройство для стряпни. Весьма любопытно. – Он заглянул под сковороду. – А что дает огонь?

– Газ.

Эта реплика заставила нескольких пиратов расхохотаться. Камалк нахмурился и схватил стилет с полой рукояткой.

– Ты что, за дурака меня держишь? – Он ткнул клинком в брючину Джон-Тома, не разрезав ткани, но чувствительно кольнув ногу. – Я сказал, что не хочу тебя убивать, но это не означает, что я не могу чуток подпортить твою шкуру.

Джон-Том мгновенно взмок.

– Проклятье, да это же газовая плита!

– Даже Кизвиц не наделает столько газов! – хохотнул стоявший в дверном проеме тучный муравьед.

– Да это не тот газ. Видите? – Джон-Том потянулся к регулятору и едва не лишился пальца, так как Камалк ткнул лезвием в пластмассовую ручку.

– Смотри, что делаешь, человек! Я уверен, что с девятью пальцами ты покажешь мне эти устройства ничуть не хуже, чем с десятью.

Джон-Том очень медленно подрегулировал пламя.

– Видишь, как она работает? В дом по специальным трубам поступает особый газ, который подается в эту плиту. Чтобы зажечь его, нужен небольшой огонек.

– А как его погасить?

Джон-Том продемонстрировал. Камалк удовлетворенно кивнул.

– А это? – Он постучал рукояткой стилета по холодильнику.

– Сохраняет продукты от порчи.

Может, обзор новинок бытовой техники притупит бдительность попугая?

Чем дольше удастся отвлекать его, тем больше останется времени на размышления, хотя что можно противопоставить банде вооруженных до зубов пиратов, толпящихся в гостиной?

– Потяни за рукоять.

Камалк послушался и тут же отскочил от дыхания морозного воздуха.

Потом, моргнув, подошел поближе, чтобы оглядеть эмалированную камеру.

– Великолепно! – Он оглянулся на Сашима. – Надо взять кое-какие диковинки с собой. Продав их, мы станем самыми богатыми корсарами мира. – Тут его взгляд упал на переносной телевизор, стоявший на одной из кухонных тумб. – А это что такое?

– Телевизор. Волшебный фонарь.

Подмигнув Маджу, Джон-Том старался не выдать внезапно охватившего его возбуждения. Выражение морды выдра не изменилось, но он слегка напрягся. Камалк, прищурившись, взирал на темный экран.

– А что он делает?

– Поверни нижнюю правую ручку до конца налево, потом вытяни до щелчка.

Джон-Том внутренне подобрался. Может, повезет? Если начнется достаточно шумная передача с насилием, она может напугать пиратов и им с Маджем удастся захватить какое-нибудь оружие. Пусть будет что угодно – вестерн, военный фильм, вечерние «Новости» – лишь бы что-нибудь отталкивающее и шумное.

Но вместо этого они увидели па-де-де из «Щелкунчика» в исполнении Королевского балета. Джон-Том беспомощно чертыхнулся.

– Чудненько. – Камалк убавил громкость до приемлемого уровня и ухмыльнулся Джон-Тому. – Видишь, как быстро я осваиваю новое? Но почему на картинке только человеческий народ?

– В моем мире кое-что придется вам не по вкусу…

Но едва Джон-Том приступил к объяснениям, как свет погас.

– Никому не двигаться!

Джон-Том только-только успел заметить в голосе испанский акцент, как одновременно развернулся целый ряд событий. Камалк изрыгнул проклятие, Джон-Том рванулся к друзьям, призывая их лечь на пол, Сашим взревел и бросился вперед, и маленький дом содрогнулся от вспышки и грохота.

– Ради великого божьего чесального столба, что это? – заскулила Виджи.

– Тихо! – шикнул на нее Джон-Том. – Делай что угодно, но когда зажжется свет, ни слова. Поняла? Что бы ни случилось, ничего не говори, пока я не дам знак, что можно. Мадж, Перестраховщик, вас это тоже касается.

В гостиной царила полнейшая неразбериха. Стремясь унести ноги, пираты едва не сорвали дверь с петель. Джон-Том увидел, как они в панике кувырком несутся к тоннелю, ведущему в их родной мир. В кухне запахло порохом и кровью. Зажегся свет.

У двери, держа палец на выключателе, стоял смуглый человек лет тридцати с лишком. Его курчавые черные волосы и тонкие усики наводили на мысль, что он идеально подошел бы для массовки в «Крестном отце».

Вот только обрез двенадцатого калибра, покоившийся на сгибе локтя, был отнюдь не бутафорским.

Посреди кухни навзничь растянулся леопард с зияющей в груди рваной дырой. Камалк взлетел на шкаф, таращился на труп старпома и гадал, что могло так напугать его бравый экипаж.

– Madre de dios!

Вошедший убрал руку с выключателя и уставился на труп леопарда. В двери показался второй латиноамериканец, сжимавший в руке большущий пистолет. Обозрев пятнистое тело, он перевел взгляд на Джон-Тома и его друзей.

– Что за чиорт тут происходит? – Он посмотрел на приятеля. – Я входил в дверь, а этот проклиатый зверинец едва не затоптал мениа.

– Этот кот на меня бросился. – Акцент второго не так бросался в глаза. – Чего это все звери одеты?

Мадж хотел было ответить, но осекся, когда Джон-Том, сделав страшные глаза, прижал палец к губам. Выдр едва заметно кивнул.

Занятые осмотром трупа Сашима, пришельцы ничего не заметили.

Владелец пистолета пробормотал: «Крус», – и упомянутый джентльмен тут же направил свой обрез в сторону Джон-Тома.

– Ты! Говори, что тут творится. Откуда эти чертовы звери? – Поглядев налево, он заметил притаившегося под кухонным столом Перестраховщика. – Такого офигенно большого енота я еще не встречал.

– Это мои животные, – ответил Джон-Том. Мадж ущипнул его за ногу, но он лишь поморщился. – Они принадлежат мне. Я дрессировщик. Это ученые цирковые звери. – Джон-Том кивком указал на Сашима. – Выключив свет, вы напугали леопарда. Он совсем безобидный. Это большая утрата.