Проблема для некроманта – 2 . Часть вторая (СИ) - Шнейдер Наталья "Емелюшка"

– Позвольте вас отвезти? Моя карета ждет, и я тоже собирался в университет. – вмешался Освальд.

– К целителям? – ухмыльнулся наставник.

– Да. Объяснения профессора Оркана были очень интересными, и мне захотелось углубить знания. – Он криво улыбнулся. – Дабы не уподобляться флюсу.

И заодно обсудить с целителями, можно ли при пожаре обжечь не только кожу, но и внутренности прежде, чем наступит смерть. Да, сам Винсент бы тоже не поверил на слово возможному убийце, пусть до того они много раз работали вместе.

Под каким бы предлогом потолковать с женой Освальда и разузнать, действительно ли тот ездил домой, или царапину на лице, которую пришлось срочно заживлять, оставил дознавателю кто-то другой?

Пока Винсент и наставник беседовали с ректором, дознаватель переговорил со стражниками, и теперь парни подогнали телегу и складывали в нее тела.

– Что сказать родичам, почему у мертвых вскрыто горло? – спросил подошедший капитан.

Винсент задумался. Правду? По городу пойдут слухи про ведьм, один другой страшнее, и недовольство будет нарастать, пока не выльется в самосуд над какой-нибудь неудобной соседкой. Да и в тлеющие угли нелюбви к некромантам дровишек эти слухи подкинут. Предложить солгать? Но стражники видели, как он изучал тела.

Эревард понял его колебания.

– Если ты придумаешь благовидный предлог, мои парни будут помалкивать.

– Погодите-ка, – вмешался наставник.

Он подошел к телам. Винсент едва удержался, чтобы не протереть глаза: разрезы срослись, точно под действием исцеляющих заклинаний. Но мертвое – мертво, и… В следующий миг он сообразил: наставник обращался не к жизни, а к стихиям. Бытовая магия, та, что работает с неживой материей. Просто свел вместе края разреза и слепил, подобно прорехе на ткани.

– Вот так-то лучше, – сказал профессор Стерри. – Родным горя хватит, незачем еще обид и сомнений добавлять.

По дороге они снова молчали, размышляя каждый о своем.

Наставник выглянул из кареты первым, и прежде, чем его ноги коснулись земли, Винсент услышал.

– Так-так! Я, значит бросаю всё, мчусь подменять тебя на лекции, а ты, оказывается, жив-здоров и намерен прохлаждаться, пока вместо тебя работают?

Винсент выбрался следом за ним и оказался лицом к лицу с Дэвидом Биаром, который, по словам ректора, не мог провести лекцию.

Молодой человек посмотрел на них, словно не узнавая, и зло сощурился, когда из кареты появился Освальд.

– Вот ему скажите спасибо! Это же он донес ректору что якобы я вымогал взятку, угрожая родителям студента запечатать его, если они не заплатят! Я отстранен от преподавания, пока не закончится разбирательство.

– Чего? – дознаватель оторопел так явно, что у Винсента не осталось сомнений: он сам в первый раз об этом слышит. Или он очень, очень хороший лицедей.

– Именно так. – Дэвид коротко поклонился. – Всего доброго, господа. Прошу извинить, но у меня сейчас нет настроения для светской беседы.

Освальд проводил его ошарашенным взглядом. Открыл ворота, забыв или не захотев попрощаться. Винсент едва успел поймать створку, чтобы та не прилетела ему в лоб. Освальд понесся прочь чуть ли не вприпрыжку, казалось, едва сдерживаясь, чтобы не побежать.

– Дела… – проговорил наставник.

Винсент проследил за его взглядом и обнаружил в дальнем конце аллеи ректора, о чем-то беседующей с генералом-инквизитором. Видеть на лице Клауса сочувствие было непривычно. Мия казалась печальной. Словно почувствовав взгляд Винсента, она повернула голову и отвернулась снова, будто от пустого места.

Освальд подлетел к ним, поклонился, приветствуя, и тут же начал оживленно жестикулировать. Ректор успокаивающе коснулась его предплечья, раскланялась с Клаусом и направилась вместе с дознавателем в сторону административного корпуса.

Инквизитор, заметив Винсента с наставником, пошел навстречу.

– Господин дознаватель, кажется, очень взволнован, – сообщил Клаус после приветствия. – Неудивительно, такая трагедия. Вот и не верь после этого, будто беда не приходит одна.

– Так вы уже знаете? – прищурился наставник.

– Конечно. Меня вызывали туда. – Он скользнул взглядом вдоль аллеи, где уже скрылись Освальд и Мия, снова обернулся к Винсенту: – Мы опросили свидетелей вместе с господином дознавателем, и он обещал мне показать записи допроса мертвых, как только снимет копии. Раз уж мы с вами встретились, не поделитесь, что интересного они сказали? Господин дознаватель, кажется, все еще занят.

Глава 27

– Действительно занят. Как и вы, – тонко улыбнулся наставник. – Видимо, настолько, что дела помешали вам самому побывать на допросе.

Винсент задумался, как отреагировал бы Клаус, услышь от мертвеца, что господин некромант был в доме перед самым пожаром. Зашелся бы в крике? Засыпал обвинениями? Захотел бы немедленно арестовать? Наверняка. Хорошо, что инквизитора не было на допросе. Даже после того, как генерал-инквизитор изучит записи, не сможет ничем навредить ни ему, ни жене. Звание профессора надежно защитит обоих.

Клаус не смутился.

– Третья бессонная ночь подряд и дневные заботы, которые никто не отменял. Нельзя успеть все. Пожар в доме госпожи Корси не единственное мое расследование.

А с виду и не скажешь: бодр и свеж. Освальд выглядел куда хуже.

– И очень жаль, что вы, господа, так упорно мешаете мне допросить женщину, которая наверняка является ведьмой. – Инквизитор поджал губы. – Настолько упорно, что я начинаю думать, будто вы прекрасно знаете, что она действительно ведьма. Ведь невиновным опасаться нечего.

– Кроме веревки, воды и огня? – ощерился Винсент. В следующий миг хребет словно прошило молнией. Он медленно выдохнул, поняв, что вокруг развеивается пелена смерти. Едва не сорвался, точно первогодок.

– Прошу прощения за нас обоих, – сказал наставник. – Благодарю за приятную беседу, но дела действительно никто не отменял. Не сомневаюсь, что Освальд передаст вам записи допросов, едва освободится.

Он подхватил Винсента под руку и поволок прочь. Затылок сверлил настойчивый взгляд инквизитора.

– Надо как-нибудь взять у него несколько уроков, – пробурчал наставник, сворачивая с аллеи и продолжая тащить за собой Винсента. – Как появляться в самый неудобный момент и портить все планы. – он обернулся и добавил тем же тоном. – Убрался, наконец.

Винсент ждал выволочки, дескать, недостойно мужчины поддаваться на провокации, но наставник сказал:

– Иди, опознавай свои вещи, перекидывай домой. Хорошо, что сейчас народа в университете полно, можно тебе собственными делами без присмотра заняться. Только не вздумай домой в одиночку ехать.

– Инга дома одна.– не выдержал Винсент. Ничего со мной не случится.

– Нет это с ней ничего не случится! Ты на дом столько охранных заклинаний навешал, что даже меня переплюнул, а на тебе их нет. Так что придешь на лекцию, дождешься меня. От скуки за час не подохнешь, и с женой твоей за это время ничего не случится!

Договаривать он не стал, быстрым шагом направился к зданию теормагов.

В это время дня в университетском парке действительно было много людей: сновали туда-сюда студенты и преподаватели, на скамейках обнимались парочки и смеялись компании. Едва ли кто-то осмелится тянуться к крови, когда вокруг столько возможных свидетелей.

Винсент забрал у смотрительницы общежития тощий мешок, с которым Инга пришла в университет. Заглянул туда, не удержавшись. Потрепанная тетрадка, которую он успел запомнить, кошелек, где прощупывалась пара мелких монет, да охранный амулет из храма предвечной. Никакой магии на нем, конечно, не было и ни от чего он на самом деле не защищал, но бездари носили такие на шее, пряча под одеждой, и верили в их священную силу. Наверняка Агнета сняла его, полагая, что намеревается заниматься черным колдовством, которому Предвечная могла помешать. Была ли то глупость или просто необразованность, кто теперь скажет?

Надо было идти к кастеляну, но Винсенту малодушно хотелось оттянуть этот миг. Насколько он понял, все извлеченное из-под развалин сложили в одну кучу. Значит, придется сортировать: свое, чужое, и знать, что за этим чужим уже никто не придет. Разве что родственники погибших заберут на память. Мия, как бы ни злилась, избавила его от общения с ними, и Винсент был ей за это признателен.