Проблема для некроманта – 2 . Часть вторая (СИ) - Шнейдер Наталья "Емелюшка"

Из всех, остававшихся в доме, до пожара дожили лишь дворецкий и кухарка. От чего умерли остальные, можно было лишь предполагать, но неестественная даже для мертвого бледность рта и внутренних тканей оставляла только одно объяснение.

– Ему понадобилась сила, – задумчиво произнес наставник. – Много силы. Чтобы заставить забыть всех, кто его видел днем. Чтобы заставить дворецкого поверить, что он видел профессора Оркана.

«Ему», не «ей». Точно так же как некроманты обычно были мужчинами, кровавый дар, как правило, доставался женщинам. Кажется, наставник определился с подозреваемым или, как минимум, с полом подозреваемого.

– Не слишком ли много силы она забрала? – засомневался Освальд. – Я, конечно, не эксперт по ведьмам…

Наставник пожал плечами.

– Если все равно убивать всех в доме, чтобы скрыть ментальное вмешательство, чего бы и не прихватить лишнюю силу в накопитель. Я бы на его месте так и поступил.

Уж слишком легкомысленно прозвучал голос наставника. Как будто не было ничего необычного в том, чтобы прирезать столько людей не в бою и не в поединке, а просто чтобы поживиться силой. Может, Йон Стерри за долгую жизнь успел повидать и не такое, и все-таки Винсент поймал его взгляд – слишком не совпадающий с небрежным тоном. И догадался, что тот не хотел говорить при дознавателе.

Даже если ведьма и прихватила что-то в накопитель, сила была нужна не для этого, а чтобы преодолеть защиту артефактов. Чтобы полыхнуло как следует, скрыв следы и ментального вмешательства, и способа его осуществления.

А еще —наставник до сих пор не перестал подозревать Освальда.

Глава 26

Освальд оглядел тела, точно размышляя, можно ли извлечь из них еще какие-то сведения. Но если он и собирался что-то сказать, то не успел. Рядом с ними засверкала крыльями летучая мышь. Вестник Мии.

Винсент напрягся, но ректору понадобился не он.

– Доброго дня, профессор Стерри. Не окажете ли любезность через полчаса заменить Дэвида Биара на лекции? Он не сможет ее провести. Тема – взаимодействие огня и земли.

Наставник хмыкнул, и на его лице прямо-таки огромными рунами было написано все, что он думает о молодых да ранних, заставляющих старика бросить все и мчаться проводить лекцию по общей теории магии. А также читалось, что он не желает перед посторонними ронять честь университета склоками, и это удерживает его от намерения высказать все начальнице. Вестник не мог показать Мие выражение лица собеседника, но, видимо, пауза оказалась слишком многозначительной, потому что та добавила:

– Прошу прощения за внезапную просьбу. Я сама узнала только что. Если лекция не состоится, это не пойдет на пользу учебному процессу.

Голос звучал суховато и немного отрешенно, да и фразы Мия обычно строила проще. Рассказал ли ей Освальд о гибели давней подруги? Насколько подробно?

– Да и пес с ним, – буркнул наставник. – Детишки найдут, чем заняться в это время.

Он сжал в ладонях амулет, дождался, пока вестник растворится в пространстве.

– Госпожа ректор, мне нужно пять минут, чтобы обдумать планы на день и понять, смогу ли я выполнить вашу просьбу.

Насколько Винсент знал, никаких планов на остаток дня у наставника не было. Разве что – обещание зайти за продуктами по списку Инги. Винсент глянул на солнце: к этому времени на прилавках обычно остается лишь то, что никто не захотел купить. Помятое, подгнившее, подтухшее. Значит, и делать на рынке нечего. Неужели наставник просто набивает себе цену?

Профессор Стерри вернул на шею амулет, спросил Винсента:

– Долго еще ты тут намерен работать?

Так вот в чем дело! Наставник по-прежнему не хочет оставлять его одного. Если отправиться прямо сейчас, велев кучеру гнать что есть мочи, можно успеть заехать домой и прибыть в университет, лишь немного опоздав к началу лекции. Правда, наставник терпеть не мог ни опаздывать, ни чужих опозданий.

Винсент пожал плечами, многозначительно посмотрев на дознавателя. Тот понял.

– Спасибо за помощь, профессор. Не смею задерживать. Но напоминаю о настоятельной просьбе не покидать город…

Снова вспыхнул вестник.

– Здравствуйте, профессор Оркан. Пожалуйста, опознайте и заберите свои вещи среди тех, что мы извлекли из-под завала. Чем быстрее, тем лучше.

Мия хорошо владела собой, но Винсент все же успел неплохо ее узнать. Ей был неприятен этот разговор. Окажись они сейчас лицом к лицу, или хотя бы пойми Мия, что рядом с ним сейчас никого нет, услышал бы, что это он во всем виноват. И во взрыве, и в смерти ее подруги. Он и «девка», которую он подобрал. И раз все это из-за него, пусть больше не показывается ей на глаза. По крайней мере, до окончания отпуска, а лучше бы – вообще никогда больше.

Но пока Мия не уверена, что рядом нет лишних ушей, она будет держать себя в руках. И этот приказ вернуться и разобрать вещи очень кстати. Наставнику не придется ни торопиться, ни давать ректору лишний повод затаить злобу. Винсент заберет то, что удалось спасти из-под завала: чем раньше это сделать, тем меньше шансов, что ведьмак успеет что-то прихватить. Заодно заглянет в общежитие и попросит Ханну, смотрительницу, вернуть вещи Инги.

Как она там? Винсент коснулся вестника, отгоняя желание отправить его. Что может случиться в доме, огороженном надежнейшими заклинаниями? С Ингой все хорошо, незачем ее беспокоить зря.

Уводя с кладбища свою новую студентку – кто бы мог подумать, кем она для него станет! – Винсент подобрал ее котомку, куда сунул и тетрадку с описанием приворота. Он совершенно точно помнил: когда Инга пошла вслед за смотрительницей в общежитие, котомка висела у нее на плече. А на следующий день, в мертвецкой факультета некромантии, девушка была с холщовой сумкой. Такие выдавали студентам, попавшим в университет без единого медяка. К сумке прилагались самописка, три тетради, кусок мыла, гребень – достаточно, чтобы дожить до первой стипендии.

Значит, те вещи, что они забрали на кладбище, до сих пор где-то в общежитии, и это нехорошо. Винсент не был уверен, что с помощью принадлежавшего Агнете удастся подчинить разум Инги, но рисковать не стоило. Задумавшись, изменился ли дух, когда в теле поселилась новая душа, он на несколько мгновений забылся и опомнился, только когда наставник пихнул его в бок.

– Спасибо, госпожа ректор, – ответил Винсент. Добавил, увидев выразительную гримасу наставника: – Я приеду вместе с профессором Стерри, минут через двадцать.

Наставник кивнул, и Винсент сказал за него:

– Профессор выражает вам свое почтение и просит передать, что прочтет лекцию, хотя не уверен, что необходимость импровизировать не отразится на качестве учебного процесса.

Сам он считал, что наставник способен прочесть толковую лекцию по любому аспекту взаимодействия стихий хоть пьяным, хоть больным. Но все то время, что Винсент жил у него, профессор продолжал добросовестно готовиться к занятиям.

– Передайте профессору Стерри: я высоко ценю его познания, которые так глубоки и многогранны, что даже импровизация будет очень полезна студентам.

Показалось ему, или пауза перед ответом чуть затянулась? Словно Мию отдельно раздосадовало и что Винсент не один.

– Вещи у кастеляна. Разберете в его присутствии и при свидетелях, под роспись. Всего доброго.

Отлично. Кастелян караулит вверенное ему добро не хуже дракона, маловероятно, что до них доберется кто-то посторонний. И с Мией лишний раз встречаться не придется: после той сцены, что она устроила в его доме, видеть ее не хотелось.

А, может, наоборот, раз уж он все равно едет в университет, побывать и у нее? Снять экран и послушать? Скандал он переживет, даже если Мия выйдет из себя настолько, что перестанет контролировать силу.

Нет. Винсент чувствует эмоции, но не их причину. Мия будет зла на него в любом случае. Если она ведьма – потому что, не дав убить жену, он добавил убийце немало забот. Если нет – потому что он предпочел ей другую женщину, из-за которой убили ее подругу. И горевать по Корси она будет в любом случае: Винсенту несколько раз доводилось сталкиваться с убийцами, искренне оплакивавшими своих жертв. «Просто не было другого выхода», – говорили они. Поэтому и скандал мало что прояснит.