Пройти через туман 2 - Алексей Юрьевич Елисеев

одета в походную одежду и вооружена будто собралась в рейд.

— Я иду с вами, — решительно заявила она, но тут же смазала весь эффект тем, что начала тараторить, — Не могу уже тут сидеть, пока вы рискуете! У меня полезный Дар, я вам пригожусь…

— Нет…

— Твоё ЧСВ не знает пределов, Орк! — возмутилась Аня.

— ЧСВ — это когда ты всех вокруг считаешь обсосами. Чувство собственной гордости — это когда ты следишь за собой, чтобы самому невзначай не осохатиться. Я говорю — нет.

— Но почему⁈

Дальнейший разговор потонул в испаноязычных ругательствах, а я натянул штаны и спустился, оставив женщин самих выяснять отношения. Устроившись за столом, дождался, пока Арманд сделает мне кофе. На завтрак была яичница с беконом и бутерброды с икрой осетра, в простонародье называемой чёрной. Вроде бы ничего фантастического, но высококачественные фермерские продукты придавали божественный вкус простецкому рабоче-крестьянскому блюду.

— Понравилось? — спросила с улыбкой Арманд, пока я сидел с закрытыми глазами, испытывая острый прилив счастья от греха чревоугодия.

— Ещё бы, — согласился я, — Осётр, икра, яйца… Откуда это всё?

— Нужно знать места, — скромно улыбнулась моя собеседница, — Познакомилась с несколькими людьми, они возят небольшие партии груза, на который всегда есть спрос. На границе с серостью есть несколько нестабильных кластеров, которые приносит с кусками северных рек.

Дослушивать, чем закончится словесная баталия, в которой Аня явно сдавала позиции под напором темпераментной крёстной, не стал, а собрался и решительно шагнул в промозглое утро, не забыв закрыть лицо маской балаклавы. Я, конечно, переоделся в чистое и отмылся, но так оно побезопасней будет.

Путь мой лежал к воротам в Зимний, где я надеялся отыскать Эриксона. Оказалось, что его там нет, но бойцы дали мне номер телефона ментата. Не откладывая в долгий ящик, набрал.

«Абонент вне зоны действия сети».

Выругался. Очень не хотелось ехать в околоток, но прояснить ситуацию с Монтаной было необходимо. Вызвал такси за кредит и поехал.

В салоне импортного внедорожника, усевшись на заднее сидение, почувствовал что-то новое. Ушло несколько минут, прежде чем я понял. Машина едет на электрическом ходу, то есть, питается от батарей, спрятанных где-то под моей задницей, уютно устроившейся на удобном диване. Ещё несколько минут ушло на то, чтобы понять, что ощутил я их при помощи своего Дара. Вот она, та Грань Таланта, о которой говорил Лакмус, и которую он так и не смог разглядеть. Но самым интересным было то, что я почувствовал в себе твёрдую уверенность, что при желании смогу их подзарядить.

Внезапно осенила мысль, и я полез во внутренний карман за телефоном. Не веря своим глазам, уставился на индикатор заряда, показавший сто процентов, а ведь на зарядке телефон не стоял со дня покупки. Сосредоточился, закрыл глаза и почувствовал батарею своей мобильной трубы. Значит ли это, что я неосознанно его подзарядил. Очень похоже на то… Нужно будет попробовать зарядить что-нибудь. Приятно, но пока это кажется бесполезным. Если получится, как я это могу использовать? За своими экспериментами не заметил, как такси уже привезло меня к околотку.

Расплатившись, вышел. В участке ничего не изменилось с моего последнего визита. Помня о горячем темпераменте своей крёстной, с Мамбой я договорился ещё вчера, что схожу на встречу с представителями местной мутировавшей Фемиды сам. Так была уверенность, что она не наговорит им лишнего, и те снова не впаяют ей какой-нибудь неподъёмный штраф за неуважение к закону.

Прямо в дежурке заметил того, кого меньше всего ожидал там увидеть. Это был один из дебоширов, с которыми я подрался в «Усталом Рейдере». Стылый, кажется.

— Я к Эриксону, — сообщил я, — Он на месте?

Стылый отрицательно покачал головой. Я явно показался ему знакомым, и он пытался вспомнить, где меня видел.

— Кому можно доложить о происшествии? — снова спросил я.

— Законнику, — равнодушно ответил он, — Четвёртый кабинет.

В коридоре никого не было, поэтому я стукнул три раза в дверь костяшками.

— Входи, — донёсся из-за двери голос Законника, — Гостем будешь.

Я дёрнул ручку и вошёл.

Длинное двубортное пальто местного служителя закона висело на вешалке, его широкополая ковбойская шляпа лежала на письменном столе, за которым обнаружился сам обладатель кабинета. Он был одет очень просто, в рубашку и джинсы, от чего совсем не чувствовалось солидности.

— Орк? — удивился он, — Ты же на Тридцать Втором должен быть сейчас?

— Так точно, — кивнул я и скатал балаклаву, — По делу заехал. Есть новости. Присяду?

Азиат смерил меня внимательным взглядом.

— Ко мне с хорошими новостями редко заходят, — вздохнул он, указав рукой на стул, стоявший с противоположной стороны стола, — Располагайся. Кофе?

Отрицательно качнул головой.

— Спасибо. Воздержусь.

— Тогда рассказывай…

И я рассказал, как всё было. Начал с момента знакомства с Монтаной, закончил тем, как обнаружил Бурята с простреленным животом.

— Где сейчас пострадавший? — равнодушно спросил Законник.

— Мы привезли его в Зимний и сдали Лакмусу, — ответил я, — Что ты собираешься предпринять в связи с тем, что я тебе рассказал?

Мой собеседник некоторое время молчал. Нужно сказать, что рассказ не произвёл на него никакого впечатления.

— Орк, вот ты взрослый серьёзный человек, что я должен сделать с ним, по-твоему? — внимательные и усталые тёмно-карие глаза изучали меня, — Застрелить Монтану из большого железного пистолета?

— Ну… Не знаю, — смутился я, но продолжил держать бесстрастную маску, — У нас на выезде произошло чрезвычайное происшествие. Вроде как в Зимнем ты закон. Вот я и пришёл к тебе, чтобы рассказать, что чуть не погиб рейдер. В заражённых попался янтарь, и мы смогли сварганить спек. Без этого не довезли бы Бурята.

— Ого, — слабо удивился мой собеседник, — Вот это у нас по кластерам заражённые ходят…

Хотел было сказать, что там были не только мертвяки, но и атомиты, однако решил, что к делу это не относится, а разговор неизбежно уведёт в сторону. Просто кивнул в ответ.

— Ты своими глазами видел, как Монтана с обеих стволов выстрелил в Бурята? — хмыкнул Законник.

— Нет, — пришлось признаться мне, — Но там никого больше не было. Да, и я слышал, как завёлся и уехал наш КАМАЗ. У вас есть ментат, который в состоянии на раз отличить, кто правду говорит, а кто лжёт. Почему бы не вызвать Монтану на разговор и не задать вопросы?

Законник тонко улыбнулся и провёл рукой по коротким волосам.

— Тебе бы понравилось, если бы я тебя вызывал на допрос, когда мне это необходимо?

Мне пришлось признаться.

— Нет.

Глава 41

— Пройти ментата на входе в стаб — это нормально. Таков порядок, да и список вопросов, хоть и может быть изменён, но тебя никогда не спросят о состоянии твоих финансов, возможностях, Дарах и многом другом, — взгляд Законника заледенел, — Понимаешь о чём я, Орк?

Я кивнул, а что было ещё сказать?

— Есть список вопросов, которые воспринимаются нормально…

— Но если я начну дёргать рейдеров в участок по одному и группами, для того, чтобы просто проверять доносы о том, что было на кластерах, — азиат выбил из пачки папиросу, — Тебе сказать, что сделают со мной вооружённые до зубов и привыкшие убивать рейдеры, или сам догадаешься?

Щёлкнула зажигалка, и по кабинету поплыл сладковато-терпкий запах табачного дыма. Я промолчал, но, видимо, мой ответ и не требовался.

— Законники наделены функциями полиции, судей и палачей. Мы можем задерживать, выносить приговоры и приводить их в исполнение, прямо не отходя от кассы. Но представь себе, что было, если бы вдруг я начал направо и налево приговаривать рейдеров к смертной казни за их косяки на кластерах, — он покачал головой, — Если вина Монтаны будет доказана явкой пострадавшего или свидетеля, другое дело. Это уже основание. Но допрос у ментата не даёт стопроцентной уверенности в вине. Ментата можно обмануть. Ментата можно запутать.

Мой собеседник затянулся и закинул ноги на стол, откинувшись в кресле.

— Да, есть всякие ловкачи, умеющие, так или иначе, объегорить или ввести в заблуждение ментатов, а кроме того, — продолжил он лениво, — Показания пострадавших и свидетелей крайне недостоверны по причине того, что люди часто сами рады заблуждаться и верить в различную чушь. От бабайки до белого скреббера. Папиросу?

— Нет. Спасибо, не травлюсь, — покачал головой я, — Так что мне делать? Какие мои действия?

Законник словно не услышал моих вопросов и продолжил лениво:

— Смертная казнь в Зимнем разрешена, но применяется редко, — тонкая жёсткая улыбка прочертила суровое обветренное лицо, — А случаи смерти при сопротивлении аресту являются обычным делом. У нас тут