Я стану твоей защитой (СИ) - Поллина Лена

— Если ты думаешь, что я должна радоваться, тому что человеку стало плохо, то ты вероятно судишь по себе. Поэтому мой ответ нет — не рада.

— Боже… Вот это речь. Долго зубрила?-закатывает глаза брюнетка так и не рассшевелив ни один спектр моих эмоций.

Я не ожидала, что она так быстро от меня отстанет, обычно у таких людей бывает от четырех, до пяти попыток. Дальше либо они отстают, либо у них проявляется неконтролируемая агрессия от слабости, что они не могут задеть словесно.

У этой дамы, вероятнее будет второй случай, потому что ее речь приправлена алкогольным опьянением.

Я знаю насколько пьяные люди бывают жестоки, поэтому мысленно тороплю Кирилла. Я не хочу на своей коже проверять ее идеальный, длинный маникюр. А то, что Света в бой пустит именно его я знаю наверняка.

Как она вообще с ним справляется? Мне кажется, что этими ногтями даже колготки самостоятельно не натянуть. Хотя я не удивлюсь, если у нее этим занимаются специально обученные люди.

К своему облегчению я вижу Кира в проеме дверей отделения.

— Поехали – бросает мне устало, подходя ко мне ближе и помогая подняться с диванчика.

— Бросишь свою девушку при смерти? – не унимается змея — Света.

Это было ожидаемо, но спрогнозировать действия Кирилла я не могу.

Но мне бы, конечно, хотелось, что бы он ее осадил.

— Она не умирает – Кирилл отвечает ровным тоном, переведя на Яськину подругу глаза – еще претензии будут?

— Будут! – взрывается брюнетка и летит в нашу сторону, но Кир грубо хватает ее за руку, заслоняя меня своей спиной.

— Угомонись! Сюда едет ее брат! Я тоже вернусь! Кофе выпей… — кивает на кофейный аппарат, а я цепляюсь за сказанные слова.

Он тоже вернется…

Эм...ну ладно.

Как досадно, ведь я вновь лечу на позицию вниз. Это не игра, я понимаю. Но если Яся так манипулирует Киром-это жестоко.

Взяв его за руку молча семеню к выходу.

Настроение скисло и его теперь только в унитаз смывать, а ведь у Громовых торт и шары, но... Кирилла там не будет.

Сделав глубокий вдох, все-таки заталкиваю поглубже свой эгоизм.

Мне надо просто спросить, что между нами и все.

Все элементарно и просто!

Но мой язык онемел.

Мы выходим на улицу и я жадно тяну прохладный воздух.

День кажется бесконечно долгим.

Мой праздник начнется через полчаса. Надеюсь, что мы успеем, потому что я не хочу огорчать Настю и Ангелину. Они очень старались для меня.

Услышав громкие шаги, поднимаю голову.

— Стой, сука!

К нам подлетает разъяренный, светловолосый парень. Он примерно одного возраста с Киром, может чуть старше.

Его колотит мелкой дрожью и его взгляд мне не нравится настолько, что я рефлекторно отступаю на шаг.

Я знаю эту ярость и что за ней следует.

— Спокойнее ладно! – Кирилл выставляет вперед руку, прикрывая меня, от агрессии.

— Эту малолетку теперь трахаешь, да? — брезгливо кивает подбородком в мою сторону — А мою сестру в гроб загоняешь?

— За словами, блядь следи — взрывается Кир, но у блондина явно эмоции горячее.

Он провокационно вжимается в наше пространство шагами продавливая ладонь Кира, которой тот по прежнему тормозит Яськиного брата.

— А то, что? Я блядь тебе такую жизнь теперь сука устрою… — качает головой выплевывая с ненавистью слова.

От этой агрессии мне становится плохо.

Кожей чувствую, как наэлектризовывается воздух между этими двумя.

Нам бы идти, но я понимаю, что Кир это так не оставит. Не в его характере сдаваться и уступать.

— Просто блядь, остынь, ладно! – цедит сквозь зубы, отталкивая парня от нас. – С Яськой мы сами разберемся, Даша тут не причем и хамить ей не надо, понял! Иначе я, блядь, тоже тебе могу устроить!

И вот вроде бы ведь заступился и в то же время это его «не при чем» словно невидимую границу между нами прочертило.

Обняв себя руками растеряно смотрю на Кирилла.

Блондин качая головой горько смеется, а потом заносит кулак, который приземляется в переносицу Кира.

Громов, схватившись за нос закрывает глаза и отступает назад.

— Я не знаю, чем занимаешься ты, а вот отца твоего я угроблю…-шипит блондин — Потому что я в теме…Угроблю его бизнес, по миру вашу семью пущу…

Дальше я не слышу ничего потому что я вижу кровь, которую выпрямившись, небрежно смахивает Кирилл. Он огрызается, но не бьет в ответ.

В моей голове вакуум, как тогда, в тринадцать.

Видимо сработал триггер и я спроецировала удар на себя, иначе, как объяснить то, что в моей голове жуткая боль и гул.

А еще я не могу вдохнуть.

Не помню, как уходит Ясин брат, как я падаю на тротуар.

Под моим платьем твердая, пыльная плитка.

— Эй… Даша… Дашенька, маленькая моя что с тобой? – Кирилл испуганным взглядом шарит по моему лицу. Его окровавленные руки пытаются ко мне прикоснуться, но я дергаюсь. От запаха крови мне становится хуже, слишком отчетливо я помню запах своей.

Еще один триггер.

Дальше, меня накрывает пелена, настолько отвратительная, что возвращает меня назад, в пропитую квартиру, которая уже наверное превратилась в кабак.

Полностью.

И даже наша с Лешкой комната.

Это мой самый страшный кошмар: нас возвращают к матери, а там уже ничего не останется от нашего чистого уголочка.

И она, разъяренная тем, что я лишила ее выплат и создала много проблем, в том числе и на работе, убивает меня тонким ремешком, от которого я обездвижено падаю, задыхаясь от внезапной боли и запаха собственной крови.

Дернувшись от кошмара прихожу в себя на больничной койке.

Во внутреннем сгибе локтя-катетер, в который по тонкой струйке стекает лекарство.

Осмотрев пространство поворачиваю голову и натыкаюсь на взволнованный взгляд Громова.

Он сидит в кресле, постукивая сложенным кулаком по губам. Лицо его сосредоточено, губы сжаты.

— Ты меня напугала… — тихо произносит, разжимая свои кулак и опуская ладонь, накрывает ею мою руку.

Я облегчено выдыхаю и падаю на подушку.

Это был очередной кошмар.

Нас не вернули…

— Сколько сейчас время? – спрашиваю хрипло, пытаясь сесть в кровати.

Кирилл мне помогает. Подложив, под мою спину еще одну подушку, тянет на меня сползший плед.

— Полежи еще немного. Скоро завершим — кивает на капельницу, в котором осталось еще немного лекарства.

Между нами сейчас пропасть из смущения и вины и я даже не представляю, как нам ее срастить и надо ли это делать?

— Как Яся? – смотрю на подаренное колечко не желая читать на его лице беспокойство за девушку.

— Уже лучше — сообщает коротко, не вдаваясь в подробности.

Он все правильно делает. Это не мое дело.

Слабо кивнув бросаю короткий взгляд в его сторону.

— Как ты?

Уже сейчас видно, что Киру досталось неплохо. У Ясиного брата хороший удар. Синяк будет.

— Я в порядке –вертит телефон в руках, внимательно меня осматривая.

– Даш, прости, что так вышло.

На лице Кирилла искреннее сожаление и мне так хочется спросить, кто я для него.

Но я не могу. Сама не понимаю, что меня останавливает. Наверное страх услышать, что-то банальное типо: «ты мне как сестра».

— Очнулась? – вплывает в кабинет медсестра и добравшись до капельницы проводит завершающие манипуляции.

У меня в голове пустота. Настроение уже давно на отметке ноль.

Господи, как же я быстро избаловалась вниманием и хорошим отношением, раз позволяю себе ревновать чужого парня к его девушке.

Посмотрев еще раз на Кира, решаю всячески давить в себе эти чувства, что бы никому не портить сегодняшний праздник. Так-то слишком много людей причастны к его организации.

Под гулкий стук сердца я выхожу из больницы, сажусь в машину и еду до самого дома Громовых.

Моя нервозность никуда не исчезнет, я это уже прекрасно понимаю и, что бы избежать нежеланных разговоров, я закрываю глаза, делая вид, что сплю.

Поговорю обо всем завтра, потому что сегодня не сдержусь. Расплачусь.