Приквел цветных революций: Апогей гибридной холодной войны. 1946—1991 - Дмитрий Викторович Суржик

Хант, работавший в ЦРУ с 1949 по 1970 г. — Они были из ABC, NBC, Associated Press, United Press International, Reuters, газеты Newsweek и других СМИ. Поскольку ЦРУ распорядилось не сообщать о предстоящем вторжении, эта тема не освещалась ни в газетах, ни на телевидении, а Интернета еще не существовало»258.

Кубинская эмигрантская община в Майами не чувствовала себя связанной требованиями ЦРУ о соблюдении строгой секретности. Она активно сплетничала о предстоящем вторжении. Рамиро Вальдес из кубинской разведки вспоминал: «Мы эффективно внедрились в контрреволюционные банды. Куба могла шаг за шагом следить за подготовкой к вторжению из Майами и в тренировочных лагерях в Гватемале. Это был секрет полишинеля»259.

Хотя в обязанности парламента входит контроль над правительством, мало кто из американских сенаторов интересовался надвигающимся противоправным вторжением в Кубу, которое явно нарушало Устав ООН. Одним из немногих был сенатор-демократ Уильям Фулбрайт из Арканзаса, который в 1946 г. запустил широко известную программу «научного обмена», а фактически — выкачки иностранных мозгов Соединенными Штатами. Но Фулбрайт не нашел большинства в законодательном органе в поддержку своей позиции.

Американцы пребывали в неведении благодаря лжи, распространяемой политиками в СМИ. 11 апреля 1961 г., за 4 дня до нападения, президенту Кеннеди на его еженедельной пресс-конференции задали вопрос о вторжении на Кубу. Он ответил, что «ни при каких обстоятельствах не будет инициировать интервенцию американских войск на Кубу». Позже комментатор назвал это «изящным искусством введения в заблуждение», потому что там были не американские солдаты, а кубинские эмигранты, обученные американскими солдатами, которые должны были осуществить вторжение260.

Аллен Даллес и Ричард Бисселл из ЦРУ заверили молодого президента, что секретная операция пройдет так же гладко, как и свержение президента Арбенса в Гватемале в 1954 г. Секретарь по вопросам обороны Роберт Макнамара также утвердил военную составляющую, а государственный секретарь Дин Раск одобрил политические аспекты операции. Кеннеди дал свое согласие261.

С гор Гватемалы на побережье Никарагуа были перевезены 1400 кубинских боевиков. Когда они садились в лодки, диктатор Никарагуа генерал Луис Сомоса Дебайле махал им рукой и кричал: «Принесите мне клок волос из бороды Кастро». По инициативе нескольких инсайдеров ЦРУ цены на кубинский сахар внезапно стали более привлекательными в Нью-Йорке. Ожидалось, что в скором времени кубинский сахар снова начнут продавать в США. Когда бригада высадилась на побережье, цены значительно выросли262.

Нападение началось в субботу, 15 апреля 1961 г., с бомбардировки Кубы. Пока флот вторжения находился в море, из Никарагуа вылетели бомбардировщики Б-26, управляемые пилотами, оплачиваемыми ЦРУ. Они начали бомбить кубинские аэропорты. В соответствии с максимой «спрячь американскую руку» самолеты использовали ложную маркировку. Под крыльями у них был кубинский флаг и литеры FAR (Fuerzas Armadas Revolucionarias) — аббревиатура кубинских вооруженных сил — на хвосте. Кастро, который ожидал вторжения своего большого соседа, был готов. Говорят, что, когда упали бомбы, он спокойно сказал: «Это агрессия»263.

На пресс-конференции госсекретаря США Дина Раска 17 апреля спросили, имеют ли США какое-либо отношение к продолжающимся бомбардировкам и вторжению на Кубу. Раск попытался запутать население ложью и заявил: «Американский народ имеет право знать, осуществляем ли мы интервенцию на Кубе или собираемся сделать это в будущем. Мы не собираемся делать это в будущем. Ответ на этот вопрос — нет. Что происходит на Кубе, должен решать сам кубинский народ»264.

За бомбардировками последовало вторжение наземных войск, обернувшееся полной катастрофой для кубинских отщепенцев и ошеломляющей победой Кастро. Когда в понедельник 17 апреля силы вторжения вышли на пляж залива Свиней, они были немедленно обнаружены кубинскими вооруженными силами и оказались в ловушке. Эффект неожиданности исчез. Поскольку бомбардировщики ЦРУ Б-26 не обнаружили все самолеты Кастро, они были уничтожены.

Против наемников был использован самолет Cuban Sea Fury. Он поднялся ввоздушное пространство Кубы и потопил у побережья транспортное судно, на котором находились боеприпасы для захватчиков на ближайшие 10 дней. Таким образом, у сил вторжения больше не было припасов.

Вооруженные силы Кастро оказались гораздо сильнее и эффективнее, чем ожидало ЦРУ. Оно было уверено, что кубинский народ недоволен кубинской революцией и поддержит вторжение, совершит переворот. Но это оказалось ошибкой. Временное правительство Кубы, созданное ЦРУ в деревянной хижине рядом с аэродромом под Майами, на Кубу так и не вылетело. В среду днем, через 72 часа после того, как они впервые ступили на кубинскую землю, интервенты были разгромлены. Если бы вторжение было успешным, ЦРУ переправило бы временное правительство из Майами в залив Свиней. Затем это правительство обратилось бы к США за военной помощью. После вторжения Кастро сказал одному из журналистов: «Для нас стало насущной политической необходимостью изгнать их как можно быстрее, чтобы они не смогли установить правительство»265.

Для Кеннеди было важно, чтобы участие США не было раскрыто и чтобы ни один американец не принимал участия во вторжении. Сегодня известно, что первыми двумя захватчиками, высадившимися на побережье Кубы, вопреки указаниям Кеннеди, были американцы. Когда стало очевидно, что Кастро отобьет атаку, Кеннеди отдал приказ о непосредственном участии ВВС США. В среду утром, пока американские эсминцы искали на побережье выживших, Кеннеди отправил 6 американских истребителей без опознавательных знаков с авианосца Essex («Эссекс») для сопровождения бомбардировщиков Б-26, совершающих очередной бомбовый рейс на Кубу из Никарагуа. Из-за очередной ошибки — на этот раз из-за разницы в часовых поясах — бомбардировщики достигли места назначения на Кубе за час того, как «нейтральные» истребители Кеннеди прибыли для их защиты. Беззащитные бомбардировщики попали под кубинский огонь, четыре пилота были убиты, а Кастро смог продемонстрировать всему миру доказательства против Кеннеди.

На пресс-конференции 21 апреля Кеннеди признал, что США были причастны к неудачной попытке смены режима на Кубе. «Я — человек, несущий ответственность в этом правительстве», — сказал Кеннеди. В следующий понедельник Белый дом сообщил: «Президент Кеннеди с самого начала заявил, что как президент он несет единоличную ответственность»266.

Москва была в ярости. В понедельник, 17 апреля, когда силы вторжения уже высадились, советский МИД направил дипломатическую ноту США. В ней осуждалось вторжение и была обещана «вся необходимую помощь» Кастро267. Через два дня, 19 апреля, Хрущев предупредил Кеннеди от повторной попытки еще раз вооружить кубинских изгнанников для дальнейших нападений на Кубу. Такая политика «необоснованных действий, — писал он, — является скользкой и опасной дорогой, которая может привести мир к новой глобальной войне»268. Таким образом, американская интервенция «под чужим флагом» на Кубу привела к прямой конфронтации США с СССР. «Кубинский ракетный кризис октября 1962 г., — рассуждает историк Т. Шульц, — был исторически неизбежным следствием событий в заливе Свиней»269.

* * *

Первая статья Устава ООН гласит, что Организация Объединенных Наций призвана «поддерживать международный мир и безопасность и организовывать эффективные коллективные действия для предотвращения и подавления угрозы миру». Но когда США развязали интервенцию против Кубы в 1961 г., ООН снова потерпела полный крах.

Министр иностранных дел Кубы Рауль Роа заявил в субботу, 15 апреля 1961 г., перед политическим комитетом Генеральной Ассамблеи ООН, что бомбардировщики B-26 в настоящее время атакуют Гавану, Сан-Антонио и Сантьяго-де-Кубу и уже убили 7 человек. Он сказал, что Куба также ожидает развертывания наземных войск и что вторжение из Гватемалы неминуемо. Но американский представитель Эдлай Стивенсон лицемерно утверждал, что США не участвуют в этой незаконной войне и что поэтому он противопоставит обвинениям Кубы «несколько фактов».