Браки расторгаются в аду - Наталья Андреева

— А как ты догадалась, что Анжела жива?

— Пушкин сказал.

— Какой Пушкин? — вытаращил глаза Ян.

— Александр Сергеевич, — сказала я на полном серьезе.

Он посмотрел на меня как на сумасшедшую. Видимо, в школе у него по литературе была тройка.

Я вскочила и метнулась в прихожую, где лежали мои сумки. Выхватила оттуда томик поэта и вернулась на кухню.

— На. Читай. «Сказка о мертвой царевне и семи богатырях».

— Ты это серьезно?!

— А что не так? Даже королевич. «И жених сыскался ей…» Правда, не Елисей, а Куприян, но тебе не кажется, что разницы особой нет?

— Да, напоминает, — задумчиво сказал Ян. — Елисей, Куприян… В тему.

— А еще меня пытались отравить. Точь-в-точь как в сказке. Мне принесли отравленный кусок мяса. Но моя собака… — Я судорожно сглотнула. — У меня была Кики. Очень умная. Она сразу учуяла яд. И буквально выхватила у меня из-под носа отравленную еду. Я чудом осталась жива. Скажи на милость, кому понадобилось меня травить?

— Да, задачка.

— На меня необходимо списать убийство. Мертвая я уже не буду этому сопротивляться. Братья не в счет, они законченные алкаши. Признались во всем. Денег на адвоката у них нет, посему получат они по полной. Анисья… Вот главная загадка! Но ей пообещали, что она получит срок условно. Хотя с этой записью вряд ли. — Я полезла в сумочку. Мои вещи преспокойно лежали в прихожей, я об их сохранности и не заботилась, но вот с сумочкой не расставалась ни на минуту. Потому что там лежало самое ценное, что у меня было. Диктофон.

— Что это? — с опаской спросил Ян.

— Признания Анисьи. Она признается в том, что стреляла в Анжелу. Но меня это не спасет. Потому что она опять-таки ссылается на мой приказ. Мол, это я велела убить беременную девушку. Значит, нам нужна Анжела, — уверенно сказала я. — Живая, здоровая. Это мой единственный шанс на спасение.

— И где искать этого Эрика?

— Есть одна мысль. — Я опять полезла в сумочку. — Господи, только бы она оказалась здесь!

— Кто — она?

— Визитка.

В наше время у каждого есть визитка, даже у дворника и у того она есть. И всяк норовит совать ее всем без разбору, надо, не надо. А вдруг повезет? В нужном месте в нужное время именно твоя визитка попадется на глаза тому, кому надо. И, о чудо! Тебя пригласили на… На кастинг в модный сериал, на новую работу, разумеется, халявную и денежную, в круиз вокруг света, на неделю моды в Париж… Да куда угодно! Под лежачий камень вода не течет, на пути у счастья надо оставлять маячки, чтобы оно не заблудилось. Эти маячки и есть визитки. Но чаще всего ваш телефонный номер попадает в базу данных, и по нему начинают звонить день и ночь, навязывая какие-нибудь услуги. А то и пытаясь развести вас на деньги.

Наверное, я добрая, потому что всегда их беру, эти визитки. Причем с улыбкой. И никогда не выбрасываю. У меня есть коробка, куда я их складываю. А некоторые просто запихиваю в кошелек и там забываю. Он уже раздут до неимоверных размеров и похож на удава, наглотавшегося всякой дряни. Эту дрянь мой удав все никак не переварит, да это и невозможно. Мне давно пора навести там порядок, но сегодня я обрадовалась, что так и не сделала этого.

Когда мой муж познакомился с Анжелой…

О, я разве не рассказывала вам эту историю? Просто не было времени. Вкратце: Иван Иванычу после больнички прописали массаж. Папаша Анжелы — классный массажист и даже мануальный терапевт. К нему на прием можно попасть только по звонку и по солидной рекомендации. Во-первых, он самый настоящий афроамериканец родом с Мадагаскара, черный, как мадагаскарская ночь, во-вторых, у него золотые руки, даром что такие же черные, в-третьих, к нему нельзя попасть с улицы, а вы уже знаете, что Иван Иваныч коллекционирует все элитарное. Для него очень важно подчеркнуть свой социальный статус: я вам не кто-нибудь, я Царев. И пришел я к вам не от кого-нибудь, а от Сергея Сергеича. Поэтому мой муж не пошел в клинику, чей адрес легко найти в Интернете. Фи! Он стал наводить справки через своих влиятельных знакомых. И те посоветовали ему папу Анжелы. Только сказали: предварительно позвони, скажи от кого и запишись на прием.

Обязанности личного секретаря при Иван Иваныче отродясь исполняла я. В офисе у него, само собой, была секретарша, но занималась она исключительно работой. А бытовые проблемы лежали на мне. Я организовывала мужу отдых, обеспечивала ему медицинское обслуживание, следила за его диетой и изо всех сил подтверждала его социальный статус, занимаясь собой. Поэтому Иван Иваныч сунул мне добытую с таким трудом визитку и велел:

— Разберись с этим, Зинаида.

«Разобраться» значило договориться о приеме и гонораре. Я все это сделала и первый раз лично отвезла мужа в апартаменты отца Анжелы. Эти апартаменты оказались за городом, в глухой деревне. Там отстроили шикарный коттедж и устроили элитный салон массажа. Аюверда, шиатсу и все такое, чего с первого раза и не выговоришь. В цокольном этаже расположились сауна, турецкая баня и целый комплекс бассейнов. Один с настоящей морской водой, другой с настоящей пресной, из озера Байкал, а третий, как мне сказали, с целебной водой из Мертвого моря. На дне его был толстенный слой морской соли, и все стенки в соли, ее можно было черпать со дна огромной ложкой и натираться хоть до ушей. Якобы искупавшись в этих трех водах, живой, мертвой и никакой, и содрав кожу солью из Мертвого моря, можно скинуть лет десять, а после сеанса массажа с каким-нибудь заковыристым названием так и все двадцать. Поэтому салон этот пользовался у ООМ и их женщин бешеным успехом.

Сама Анжела выполняла в этом омолаживающем заведении обязанности релаксанта. Экзотика к экзотике. Я сейчас объясню, в чем ее работа заключалась. Она надевала купальник, спускалась в бассейн к клиенту, клала ему под голову резиновый валик и советовала расслабиться. После чего начинала «катать» его по бассейну на своих руках. За это ей платили ошеломляющие деньги, плюс чаевые. Но этого ей оказалось мало.

Дела они вели по-черному (да что ж такое!). Я просто хотела сказать, что без кассы: брали черный нал и не платили налоги. Потому и шифровались. Иван Иваныч сразу нашел родственные души, потому что он тоже это дело не любит: налоги платить. Короче, я сдала его с руки на руки темнокожей Анжеле, которая сказала мне, что беспокоиться не о чем. Дальше о моем муже позаботится она. Так и вышло. Пару недель она катала Иван Иваныча по бассейну на своих руках, после чего прочно села ему на шею.

А визитка с адресом релаксирующего рая осталась у меня в кошельке. И теперь я принялась лихорадочно ее искать. Мобильного телефона у меня больше нет, а там номер массажного салона наверняка сохранился, да и не могу я заявиться на массаж к Анжелиному папаше под именем Зинаиды Царевой. Это должен сделать Ян. Войти, попытаться втереться в доверие, а если не получится, то прибегнуть к пыткам, чтобы узнать адрес Эрика. А может статься, и самой Анжелы. Раз они на пару это затеяли, то наверняка и живут вместе.

— Есть! — радостно закричала я, выхватив из кошелька визитку.

— Что это? — поежился Ян. — Ты меня пугаешь.

— Это номер телефона, по которому ты должен позвонить. — Я положила перед ним визитку. — Запишись на массаж, скажи, что срочно. Я, мол, от Иван Иваныча. Если это не поможет, намекнешь, что Игорь Анатольевич настоятельно рекомендовал. В крайнем случае сошлешься на Сергея Павловича.

— А кто они?

— О! Это великие люди! ООМ! Их имена, как отмычки, открывают любые замки.

— ОО… как ты сказала?

— Неважно. Давай, звони!

Если бы на том конце эфира могли видеть телефон, по которому звонили в святая святых! Мобильник за тысячу русских рублей. Это при том, что прием там меньше ста долларов не стоит. И это только за вход! Купание в омолаживающих бассейнах оплачивалось отдельно, равно как и услуги темнокожей модели в мокром купальнике.

— Алло… Здравствуйте. Я от… Иван Иваныча.

— Увереннее, — прошептала я.

— Кто я? Э-э-э… Клиент. Мне Игорь Анатольевич вас настоятельно рекомендовал…

В общем, как я и предполагала, на Сергее Павловиче они сломались. Яна записали на массаж на завтра, сеанс длится полтора часа. Этого нам должно хватить.

— Послушай, — сказал он, дав отбой. — А где мы возьмем деньги?

— Если я пойду с тобой, тебе не придется платить, — заверила я. — Семейство Свиридовых должно мне столько, что им вовек не расплатиться. Завтра едем. Ах да! У тебя же работа!

— Я позвоню и договорюсь. Скажу, что потянул спину.

— Ну вот, я уже научила тебя врать! Эдак ты со временем станешь человеком. Может, даже бизнесом займешься.

— А ты прикольная, — рассмеялся Ян. — Посуду помоешь?

— Конечно!

И я принялась мыть посуду. А что вы удивляетесь? Это не труднее, чем растопить русскую печь. Как-то незаметно наступил вечер. Я немного забеспокоилась: не придется ли нам с Яном спать вместе? Я еще была к этому не готова, я ведь фригидная, как сказал сексопатолог. Мне надо настроиться. На первую брачную ночь я настраивалась три месяца, ровно с того момента, как мы с Иван Иванычем подали заявление в загс. Я четко представляла себе в деталях, что именно делать и в какой последовательности. Мама смотрела на меня так, словно провожала на плаху, а не на брачное ложе. В глазах у нее плескался ужас, так что я старалась на нее не смотреть. Видимо, у нас это наследственное. Я имею в виду фригидность. Но все кончилось хорошо. Иван Иваныч и сам был со странностями, поэтому спать со мной ему понравилось. А вот что касается Яна…