Быть собой: новая теория сознания - Анил Сет

class="p1">Если в момент копирования обе Евы были объективно и субъективно тождественны, то теперь их личности начинают расходиться. Как у гомозиготных близнецов, каждый из которых живет собственной жизнью, со временем расхождение нарастает и усложняется. Если сейчас поставить Еву-1 рядом с Евой-2, у них возникнет пусть незначительная, но разница во входящих сенсорных данных, которая приведет к едва заметным различиям в поведении, и не успеем мы оглянуться, как Евы будут испытывать не одно и то же, запоминать не одно и то же и станут разными людьми.

Эти сложности с личностной идентичностью у каждого из нас проявляются по-разному. У моей мамы самоидентичность резко изменилась во время делирия, и, хотя сейчас мама восстановилась, она кажется, по крайней мере мне, одновременно и такой, и не такой, как раньше. В точности как в случае с двумя Евами. В принципе Ева-1 и Ева-2 могут быть связаны примерно как вы нынешний и вы 10 лет назад или вы 10 лет спустя.

Когда мы говорим о том, кто вы такой или кто я такой — та личность, которую объективно и субъективно являет собой Анил Сет, — все оказывается не так просто, как на первый взгляд. Начнем с того, что ощущение личностной идентичности — то самое внутреннее «я» — это лишь одна составляющая «бытия собой» в нашем сознании.

Давайте посмотрим, что включает в себя человеческое «я».

* * *

Ощущения, непосредственно связанные с телом, — это физическое, или телесное, «я». В их число входят ощущения идентификации с определенным объектом, который является нашим организмом, — мы испытываем определенное чувство обладания телом, неприменимое к другим объектам окружающего мира. Кроме того, к телесному «я» относятся эмоции и настроения, а также состояния возбуждения и настороженности. Под этим слоем обнаруживаются более глубинные и более смутные, расплывчатые ощущения просто бытия живым организмом — бытия телесным существом, не имеющие четко очерченных пространственных границ или конкретного содержания. К этому фундаменту нашей «самости» мы вернемся чуть позже, а пока достаточно будет обозначить его как «ощущение себя живым».

Движемся дальше, отходя от телесного. Здесь у нас будет ощущение восприятия мира с определенной точки зрения, взгляд от первого лица — субъективная отправная точка перцептивного опыта, которая обычно мыслится где-то внутри головы, сразу за лбом на оси между глазами. Наилучшей иллюстрацией этого перспективистского «я» служит автопортрет австрийского физика Эрнста Маха, известный также под названием «С точки зрения левого глаза».

Центральную роль для нашего «я» играют также ощущения волеизъявления, намерения и выступания причиной происходящего — агентность. Это волевое «я». Рассуждая о «свободе воли», обычно подразумевают именно эти составляющие нашей личности. Для многих людей понятие «свобода воли» включает ту сторону «бытия собой», которую они наотрез отказываются признавать прерогативой науки.

Все эти варианты «бытия собой» могут предшествовать любому понятию личностной идентичности — связанной с именем, биографией, будущим. Как мы уже убедились на примере парадокса телепортации, для существования личностной идентичности необходима персонализированная предыстория, нанизывание автобиографических воспоминаний, хранящееся в памяти прошлое и проецируемое будущее.

Рис. 16. Эрнст Мах «Автопортрет» (1886)

Возникающее ощущение личностной идентичности можно назвать нарративным «я». Оно несет с собой способность испытывать сложные эмоции, такие как сожаление, в противовес простому разочарованию. (Человек, в отличие от животных, способен даже на «предвосхищающее сожаление» — уверенность в том, что действие, которое он сейчас выполнит, ни к чему хорошему не приведет; что он тем не менее это действие выполнит и это скажется и на нем самом, и на окружающих.) Здесь видно, как взаимодействуют и ветвятся разные уровни «я» — появление личностной идентичности меняет растущий спектр доступных эмоциональных состояний и в то же время отчасти этим спектром определяется.

Социальное «я» — это то, как я воспринимаю окружающих, которые воспринимают меня. Это часть меня, обусловленная моей включенностью, встроенностью в сеть социальных взаимоотношений. Социальное «я» вырабатывается постепенно, начиная с детства, и затем развивается на протяжении всей жизни, хотя при таких состояниях, как аутизм, этот процесс может идти не так, как у других. Развитие социального «я» влечет за собой собственный спектр эмоциональных возможностей — новых способов испытывать как неприятные чувства, скажем вину или стыд, так и приятные: гордость, любовь и ощущение сопричастности и востребованности.

Для каждого из нас в нормальных обстоятельствах эти разнообразные составляющие личности увязаны воедино, представляют одно целое и входят в объединяющее их ощущение «бытия собой». Цельность этого ощущения кажется настолько естественной — такой же естественной, как перцептивное объединение цвета и формы, когда мы смотрим на красное кресло, — что ее очень легко счесть само собой разумеющейся.

Но это будет ошибкой. Точно так же, как восприятие красного не указывает на существующую во внешнем мире «красноту», ощущение единства личности не означает существования «действительного "я"». Собственно, ощущение бытия единой, цельной личностью разрушается в два счета[196]. Чувство личностной идентичности, основанное на нарративном «я», может размыться или полностью исчезнуть при деменции или тяжелых случаях амнезии и искажаться при делирии, больничном или иного рода. Волевое «я» может давать сбой при шизофрении и при синдроме чужой руки, когда у человека ослабевает ощущение связи со своими собственными действиями, или при таком расстройстве, как акинетический мутизм, когда человек совершенно перестает взаимодействовать с окружающим миром. Перспективистское «я» страдает при чувстве «выхода из собственного тела» и других диссоциативных расстройствах; нарушения обладания телом варьируются от синдрома фантомной конечности (не проходящие, зачастую болевые ощущения от ампутированной руки или ноги) до соматопарафрении (чувства, что ваша собственная конечность принадлежит не вам, а кому-то другому). При ксеномелии — крайней форме соматопарафрении — человек испытывает острое желание отрезать себе руку или ногу и в некоторых, пусть нечастых случаях эту радикальную меру применяет.

Личность — это не неизменная сущность, украдкой поглядывающая на внешний мир через окна глаз и управляющая телом, как пилот самолетом[197]. Ощущение бытия мной или бытия вами — это тоже восприятие, точнее говоря, совокупность восприятий, туго увязанный «пучок» кодируемых нейронами предсказаний, призванных обеспечить выживание организма. И это, на мой взгляд, все, чем нам нужно быть, чтобы быть собой.

* * *

Рассмотрим ощущение отождествления с определенным объектом физического мира, который представляет собой ваше тело. Изменчивость и хрупкость этого ощущения видны не только в таких состояниях, как соматопарафрения или синдром фантомной конечности, но выявляются и в ходе простых лабораторных экспериментов. Самый известный пример — «иллюзия резиновой руки», впервые описанная более 20 лет назад и сейчас выступающая краеугольным камнем