Горячий Ключ - Валентина Мельникова

Дмитрий оглядел снежные вершины гор, и его охватил привычный озноб. Он не солгал Таранцеву, что бывал в высокогорных экспедициях и участвовал в восхождениях на Эверест, промолчал лишь о том, что с некоторых пор испытывает просто-таки панический ужас перед высотой.

…Произошло это год назад на простенькой тренировочной вершине. При подъеме по скальной стене камнем перебило страховочную веревку, и Незванов повис на руках на небольшом скальном карнизе. На совершенно отвесной базальтовой стене. Сверху ему сбросили веревочную лестницу. Но не хватило двух десятков сантиметров, чтобы дотянуться до нижней ступеньки. Вылетел крюк, за который он успел зацепиться карабином… Он не помнил, как падал вниз, вообще ничего не помнил. Только ощутил боль в ноге, придя в себя после операции. В этот раз ему повезло, как может везти только единожды в жизни: он зацепился лямкой комбинезона за ветку растущего на дне ущелья дерева. Ветка спружинила, смягчила удар, но он сорвался опять. Правда, скорость падения теперь была незначительной, и он лишь ободрал себе лицо и сломал ногу. Но навсегда в его мозгу запечатлелись две вещи: щелчок, с которым крюк вылетел из гнезда, и далеко внизу остроконечные, словно казацкие пики, верхушки деревьев, на которые ему предстояло упасть…

Вершины ослепительно сверкали под лучами, и Дмитрий пытался сквозь солнцезащитные очки разглядеть перевал, который им необходимо было преодолеть. Он точно знал, что пожалеет о своем решении, но в то же время понимал, что никто, кроме него, не в состоянии пройти этим маршрутом и привести помощь. Возможно, с этим справился бы Шевцов, даже наверняка справился бы, но генерал был нужнее здесь. Вдвоем с Таранцевым они способны обеспечить оборону и, если потребуется, дать бой подонкам, которые копошились сейчас по другую сторону реки.

Незванов умылся, мельком взглянул на все еще спящего Павла, но будить его не стал, а направился к мосту, где, к своему удивлению, нашел одного Каширского. Профессор лежал на спине под зеркальцем и, поминутно поглядывая в него, что-то черкал в записной книжке огрызком карандаша.

При виде Дмитрия он приветственно махнул рукой:

— Все тихо. Эти твари только что выключили фары.

Дмитрий подполз к нему и взглянул на листок бумаги, усыпанный, как ему показалось, какими-то магическими знаками.

— Что это, формула всеобщей справедливости?

Каширский озадаченно хмыкнул, потом поднял палец и многозначительно произнес:

— Дима, вы дали совершенно точное определение.

Дмитрий улыбнулся и отполз в сторону, на место, откуда мост прекрасно просматривался. «Все-таки профессор слегка того, — подумал он. — Умница, но с заскоками. Впрочем, действительно, нужно быть немного чокнутым, чтобы додуматься до арбалета!» Тут он увидел, насколько сузился проем в настиле, и у него перехватило дыхание. Возможно, ему не придется переходить горы, а предстоит здесь сражаться и умереть. Если профессор и Шевцов не придумают ничего, чтобы остановить строительство, уже к вечеру мост будет почти готов и можно будет перепрыгнуть на другую его сторону. И не пора ли готовиться ко всяческим пакостям, которые им примутся устраивать бандиты, оказавшись на этом берегу.

Но кажется, Таранцев не слишком обеспокоен этим обстоятельством или просто не подает виду.

Дмитрий нахмурился, пытаясь вспомнить, кого ему напоминает Артем. Возможно, героя какого-то американского боевика — такой же поджарый, смуглый, голубоглазый, с ямочкой на подбородке, только вот взгляд какой-то изменчивый. То вроде искры готов высечь из камня, а то словно гаснет, и глаза становятся как у затравленного зверя. Но сейчас Артем, похоже, строит какие-то планы, и дай бог, чтобы эти планы осуществились.

Незванов вернулся в их каменное убежище. Там уже находились Шевцов и Малеев. Они принесли еще один арбалет.

— Этот заряжается быстрее. — Шевцов положил арбалет на камень, и все сгрудились вокруг него. — Я кое-что вставил в ворот, и теперь гораздо легче натягивать тетиву, даже женщины должны справиться. А как работает первый наш образец?

— Прекрасно! — ответил Артем. — Уже замочили одного козла.

Дмитрий заметил, как скривился при этом Малеев, и даже густая щетина на его щеках словно встопорщилась от отвращения. Дмитрий мрачно усмехнулся: так всегда бывает с теми, кто работает в тиши кабинетов, а потом узнает невзначай о результатах своего «творчества».

Артем взял арбалет, внимательно осмотрел его со всех сторон и повернулся к Шевцову:

— Думаю, сегодня мы преподнесем им неплохой сюрприз. Самое время вставить им фитиль. Сначала позавтракаем, а потом отправимся к мосту. — Он взглянул на Дмитрия. — Вы пока повремените, выйдите в горы чуть позже. Вам, как журналисту, стоит посмотреть на спектакль, который мы им устроим. — Протянув арбалет Чекалиной, он ласково улыбнулся, заметив, что она сильно побледнела. — Сегодня ваш бенефис, Надежда Антоновна, но не бойтесь, стрелять вы будете по неживому объекту.

— А где Синяев? — поинтересовалась Агнесса у Малеева.

— Остался в мастерской. Делает болты.

Артем тут же спросил Шевцова:

— Надеюсь, он не выступал по этому поводу?

— Нет, но один раз пришлось крепко его выругать, чтобы не ловчил и выпиливал болты не на глазок, а одного размера, — ответил Шевцов и спросил:

— А где профессор?

— На утренней вахте у моста.

Шевцов потер заросший черной щетиной подбородок:

— У Юрия Федоровича не голова, а дом советов.

Мне надо поговорить с ним.

Он и Малеев направились вниз, а Дмитрий подошел к Павлу, который о чем-то тихо разговаривал с Рыжковым и Ольгой.

— Ты уже решил, что берешь с собой? — спросил Незванов. — Учти, возьмем самую малость.

Чтобы идти быстро, нужно идти налегке.

— Обязательно возьмите теплые вещи, — посоветовал Рыжков. — Я вам дам свою куртку. Она на гагачьем пуху, и в ней можно ночевать даже в снегу.

— Спасибо, — сказал Дмитрий, — пожалуй, мы захватим с собой парочку веревок и с десяток крючьев из запасов Агнессы Романовны. Я не думаю, что они слишком нам понадобятся, но, сами знаете, береженого Бог бережет!

Павел подал ему миску с разогретой на костре тушенкой, и они начали завтракать. Но к чаю, заваренному из листьев смородины, они так и не приступили, потому что снизу прибежал Малеев.

— Они начали работать! — кричал он. — Профессор спрашивает, нужно ли ему стрелять.

— Нет, черт возьми, и предупредите, что это приказ! — крикнул Артем Малееву и сказал Дмитрию; — Дима, у нас осталось всего две пистолетные пули. Пойдите, пожалуйста, в последний раз к мосту и подберите более удобное место для стрельбы. Ложитесь там, но не стреляйте, пока я не дам команду.