Разведенка с прицепом (СИ) - Ареева Дина

— Значит, забираю свои слова обратно, — заявляю мужчине и иду к машине.

— Нет, Ясемин, подожди, — он бежит следом, хватает меня за руку, — разве я виноват, что Батманова нет в отеле?

— Ничего не знаю, — мотаю головой, — я просила помочь мне с ним поговорить, а не просто прокатиться в отель. Так что прости.

— А если я его найду? — Доган сильнее сжимает руку.

— Если найдешь, посмотрим, — отвечаю уклончиво, отбираю руку и сажусь в автомобиль.

Всю дорогу Доган не говорит ни слова, но когда мы въезжаем во двор Денизов, достает телефон и уходит в беседку. Я отправляюсь на поиски Лале.

В душе поселяется смутное предчувствие, которое не могу объяснить, но которое гложет все сильнее и сильнее.

С Денизами стараюсь не пересекаться, мы с Лале ужинаем у меня в комнате, потом я укладываю ее спать. Долго стою и смотрю на спящую дочку, почему-то не хочется оставлять ее одну.

Все же заставляю себя вернуться в свою спальню, решаю перед сном почитать книгу. Но не проходит и получаса, как в коридоре слышится возня, распахивается дверь, и внутрь вваливаются Дамир и Доган.

Дамир держит Догана за вывернутый локоть, Доган другой рукой держит его за шиворот. Правую скулу Батманова украшает лиловая гематома с синевой по краям. Видно, что свежая. В целом вид у обоих достаточно потрепанный.

— Что за балаган вы устроили? — спрашиваю сердито. — Вы что, подрались?

— Я его привел, Ясемин, — подозрительно хрипит Доган. Почему подозрительно, потому что еще днем он разговаривал вполне нормально.

— Это кто кого привел! — фыркает Дамир и обращается ко мне. — Не слушай его, Ясь. Я его скрутил и заставил незаметно провести в дом.

— Скрутил! — насмешливо восклицает Доган. — Он в будке спал, Ясемин, на ведре.

— Не на ведре, а на лейке. Но это не важно, я не за тем пришел. Ясь, — Дамир отпускает Догана и отцепляет его руку от ворота футболки. Порывисто шагает ко мне и с размаху падает на колени. — Ясечка, я пришел за тобой. Я тебя люблю, ты выйдешь за меня замуж?

Открываю рот и хлопаю глазами в полнейшем шоке.

Дамир? Меня?

Дамир меня любит? Он пришел за мной?

Я сплю?

Бывший муж достает из кармана бархатную коробочку, раскрывает и протягивает мне. Часто-часто моргаю, глядя на изящное колечко с камнем, яркий блеск которого ослепляет до рези в глазах.

— Не плачь, Ясечка, — тихо говорит Дамир, стоя передо мной на коленях. — Просто скажи «да».

— Я не плачу, — бормочу, быстро вытирая ладонями щеки, — это все бриллиант. Слишком ярко сверкает.

— Ты мой бриллиант, — улыбается Дамир, и я тоже улыбаюсь, хоть из-за синяка его улыбка выглядит немного зловещей. — Забирай Лале, мы едем в Измир.

Внезапно коридор наполняется топотом ног, дверь распахивается, и в комнату вваливаются люди в полицейской форме.

— Господин Батманов? Вы арестованы, — к нам подходит мужчина в темно-синем мундире. Судя по золотой звезде на погонах это высокопоставленный офицер.

Последним в комнату входит Эмир Дениз.

Глава 25

— Его предупреждали, дочка, — отец ходит из угла в угол, меряя шагами комнату по диагонали, — предупреждали, а он не послушал.

Я молчу и продолжаю складывать вещи.

— Ну почему ты такая упрямая? — взрывается Омер. — Что тебе до этого недостойного, который сломал тебе жизнь?

Разворачиваюсь к нему всем корпусом.

— Вам этого не понять, господин Озден. Вы всю жизнь между сердцем и кошельком выбирали кошелек. Не вижу смысла зря сотрясать воздух.

Открывается дверь, на пороге появляется Атеш, из-за его спины выглядывает Доган.

— Зачем ты собираешь вещи, Ясемин?

Поворачиваюсь к парням, игнорируя Омера.

— Я больше ни одной лишней минуты не проведу в этом доме. Ваш отец перешел все границы.

— Но Дамир Батманов действительно нарушил границы частного владения, — возражает Доган.

— Он приходил ко мне. И к своей дочери, — отвечаю гневно. — Это я находилась на территории чужого владения. Я пойду в полицию и буду добиваться справедливости.

— Это не поможет, — качает головой Атеш, — отец на него заявил. Дамира будут судить.

— Я говорил этому идиоту, — буркает Доган, — на камерах не зафиксировано, как он входил на территорию. Значит, его проникновение в особняк незаконно.

Я и сама это знаю. Вчера сорвала голос, пытаясь доказать полицейским, что это мой бывший муж. Что он пришел ко мне и ничего не нарушал. Но офицеры выслушали меня с каменными лицами и ушли, затолкав Дамира в полицейскую машину.

— Ты просто не сможешь тягаться с отцом, Ясемин, — голос Атеша звучит сочувствующе, — у него связи в полиции. Батманов иностранец, конечно суд встанет на сторону Эмира Дениза.

— Будь твой отец на вашей стороне, у тебя был бы шанс, — поддерживает его Доган. — Но он не станет портить отношения с нашим. Побоится.

Омер вспыхивает, но ничего не отвечает.

— В любом случае я тут не останусь, — застегиваю чемодан и ставлю его на пол. — Дамир не уличный бродяжка, он в состоянии нанять хороших адвокатов. Я свяжусь с его родителями и с консулом.

Атеш хочет что-то сказать, но видит на безымянном пальце моей правой руки обручальное кольцо и только тихо вздыхает. Дамир успел всунуть мне в руки коробочку, когда его уводили, и я сразу надела его на руку.

Доган хмурится, а я иду в комнату Лале и выволакиваю ее чемодан.

— Собирайся, доченька, мы уезжаем.

— Уезжаем? Куда? — удивляется малышка. — Зачем нам уезжать, мамочка? Мы тут так весело иглаем с дедушкой и Атешем!

— Иди сюда, — подзываю ее и беру в руки маленькие ладошки. — Лале, мы должны помочь твоему папе. Он попал в беду, нам надо его спасти.

— Мой папа? — малышка расширяет глаза. — Он здесь? Он плиехал?

— Да, милая, он здесь. И ты его знаешь. Это Дамир.

Лале опускает глаза и шмыгает носом.

— Он не хочет, чтобы я была его дочкой.

— Хочет, доченька. Он просто не знает. Когда-то я была замужем за Дамиром, недолго. Мы быстро развелись, и я уехала в Измир. Там родилась ты, и Дамир ничего о тебе не знал. Я ему не сказала.

— Почему? — строгий, осуждающий взгляд собственного ребенка выглядит приговором. — Ты же знала как я по нему скучаю?

— Прости меня, прости, — покаянно опускаю голову, — он был женат, я думала только о себе. Думала, что ему все равно.

— А ему не все равно? Дамиру? — внезапно спрашивает Лале с незнакомыми, взрослыми интонациями. Поднимаю голову и ахаю.

— Доченька, ты сказала «р»! У тебя получилось! — всплескиваю руками и обнимаю малышку, которая ошалело хлопает глазками.

— Дамир мой папа, — шепчет она, отстраняется и восторженно шепчет, прижимая ладошки к раскрасневшемуся личику. — Мамочка, ты слышишь? У меня получилось!

Мы с Лале спускаемся по лестнице вниз. Я тащу чемоданы, Лале несет свои игрушки. В холле все уже в сборе, Атеш бросается мне на помощь и перехватывает чемоданы.

— Почему ты не позвала, чтобы тебе помогли, Ясемин?

— Потому что я больше не гостья в этом доме, — отвечаю с вызовом, глядя на Эмира. — И я не имею права пользоваться помощью прислуги.

— Что это за представление, Ясемин? — отрывисто спрашивает Эмир. — Куда ты собралась?

— В отель. На вокзал. На улицу. Куда угодно, лишь бы подальше из этого дома, — отвечаю ему не слишком приветливо. — Я и так здесь задержалась, Эмир-бей.

— Ты никуда не поедешь, — заявляет он свысока, — отдай чемоданы Атешу с Доганом и иди в свою комнату.

— Вы не расслышали, Эмир-бей, — заявляю устало, — я больше не буду жить в этом доме. Как и в доме господина Оздена. Я дала согласие Дамиру Батманову, мы с ним обручены. Лале его родная дочь, и она об этом знает.

В качестве доказательства поднимаю вверх руку с обручальным кольцом.

— Надеюсь, мне не придется вызывать полицию в связи с насильственным удержанием, Эмир-бей. Или у вас за такое не несут ответственность?