Рыжее наказание для плохих мальчиков - Лея Кейн

— О, это мне нравится! — поддержала я ее, и мы вместе отправились на тренировочное поле.

То, что у девушек изъяли оружие, их не остановило. Они не сидели сложа руки: сделали луки и стрелы, заточили деревянные копья, приготовили дубинки и бумеранги. У Майры я даже заметила духовую трубку. Хотя не удивилась бы, если бы Аника и нунчаки из кармана вынула.

Мне выдали новенькую меховую жилетку и набедренную повязку. Я с превеликим удовольствием наконец-то избавилась от платья. Выкинуть его, конечно, рука не поднялась. Это была единственная вещь в память о сестрах, родителях и доме. Поэтому я аккуратно сложила его стопочкой, завернула в мягкую бересту и с воодушевлением окунулась в боевое обучение.

Сначала мы занимались все вместе. Просто выстроившись в две шеренги, разминались, повторяя каждое движение за Аникой. Потом была пробежка, и на подъеме я выдохлась. Буквально, грохнулась на землю и ртом хватала воздух, считая минуты, когда же в груди перестанет давить от недостатка кислорода. К счастью, я была не в армии. Никто не заставил девушек на себе тащить меня дальше, а потом отжиматься всей ротой в качестве наказания. Наоборот, Аника вернула меня на поле и дала воды.

— Вы выносливые, — переводя дух, улыбнулась я, возвращая ей кружку.

— Каждодневные тренировки.

Я взглянула на ее крепкие руки и ноги и протяжно вздохнула. Наверное, в ее крепости был небольшой перебор, но учитывая мир, в который я попала, тут лучше выглядеть чуть мужиковатой, чем бояться собственной тени.

— Я немного слышала о заанках, — призналась я, чем вызвала у Аники улыбку.

— О том, какие мы белоручки, глупышки и слабачки? Да, в нашем мире патриархат. Мы первые, кто не побоялся своевольничать. Иначе бы прислуживали в домах богачей или пополняли ряды блудниц. А у вас заведено иначе?

— С некоторых пор, — кивнула я. — Если честно, у нас тоже дурдом. Мир будто перевернулся с ног на голову, и в нем все исправить куда сложнее, чем в Заане.

— Похоже, мы живем не в таком уж и плохом мире, — засмеялась она, тоже глотнув воды. — Главнокомандующий идет, — указала на тропинку.

Я подскочила на ноги и обернулась, решив, что она сказала о Рансторе, но к нам приближался Тартис.

— Я не могу заставить своих солдат отвести взгляды от ваших женщин, — начал он, подойдя к нам. Без укора и неприязни, даже почти с намеком на улыбку.

— Что вы предлагаете? — обратилась к нему Аника. — Спрятать их в палатках?

— Было бы неплохо, но вы же нас не послушаете.

— Мы можем отойти дальше, вниз по склону.

— Нет, лучше будьте на виду. Не будем забывать, что еще вчера мы воевали. — Он перевел взгляд на меня и глубоко вздохнул. — Октавия, войско тебе сердечно признательно. За все. Мы хотели бы принести свои извинения за холодность, с которой встретили тебя.

— Спасибо, что не сбросили со скалы, — ответила я, сжимая в руке копье.

— Герард сожалеет.

— Да ну? Слезу не пустил? — усмехнулась я. — Кстати, почему войском снова командуешь ты? Я думала, права вернулись к Ранстору.

— Он сам не хочет. Впрочем, солдатам нужно время, чтобы со всем свыкнуться. Их и так напрягает, что у Герарда оказался дар. Двух командиров-магов они не выдержат.

— Передай им, что я не держу обиды.

— Может, сама скажешь? Солдаты единогласно приглашают тебя в нашу крепость. Уже не в качестве заключенной или гостьи. Будешь одной из нас. Выдадим брюки, научим приемам боя на холодной стали или стрельбе из лука.

— Знаешь, Тартис, я делала все, чтобы стать одной из вас. Но теперь у меня есть друзья. Вернее, подруги.

— Король Норлинг может их не помиловать.

— Вас тоже. К тому же, если я стану там лишней, отправлюсь в варварскую бухту. Надеюсь, Аника и ее соплеменницы меня не прогонят. — Я посмотрела на улыбнувшуюся Анику и по ее взгляду поняла, что мне там будут только рады.

— Ты не пойдешь, да? — догадался он.

— Даже если вы пообещаете кормить меня мясом. Я упрямая, ты знаешь.

Поджав губы, Тартис устремил взгляд вдаль. Парни, похоже, и правда ждали меня, а ему предстояло сообщить им о моем отказе. Что ж, поделом. В следующий раз подумают, прежде чем недооценивать значимость женщины.

— Удачной тренировки, — пожелал он нам.

— Тартис, мы с Герардом договаривались о спаррингах, — вмешалась Аника, не дав ему развернуться.

— Да, я в курсе. Все в силе. Завтра проведем поединки.

— Отлично! — кивнула она.

Какая прелесть, подумала я, решив не упускать шанса начистить Герарду его красивую физиономию.

Тартис ушел, к нам вернулись девушки с пробежки, и мы продолжили занятия, которые длились до самого заката.

Пару раз я видела, как на холм поднимался Иган. Он проверял, на месте ли я. Возможно, хотел поговорить, но не решался. Из-за чего я приняла решение остаться ночевать в лагере Аники.

Уставшая, измотанная, голодная, я не сразу собралась в кучу, чтобы помыться перед ужином. Самая последняя поползла на источник, то и дело запинаясь и роняя полотенце.

— Завтра ни рук, ни ног не буду чувствовать, — бурчала под нос, ориентируясь в темноте только благодаря своему кошачьему зрению и чутью.

Заслышав странные звуки, похожие на писки или стоны, или вообще всхлипы, я остановилась и затаилась. Пригнула голову, осторожно сняла сандалии и, бесшумно ступая по мягкой траве, обошла рощицу. Спрятавшись за пушистым кустом, увидела сидящего на берегу Тартиса. Он был почти без одежды. Только во влажных брюках. Его мокрые волосы прилипли к плечам, кожа блестела и отражалась бликами от холодных небесных светил. Он завороженно смотрел на заводь, в которой кто-то купался.

Неужели нашел себе подружку?

Я заметила силуэт, поднимающийся из воды, и чуть отползла. Сквозь кривые ветки наблюдала за происходящим и не верила глазам. У Тартиса не было подружки. К нему неспешно шел полностью обнаженный Анаэль! То, что это не Камаэль, я догадалась, помня слова Шрайка о том, как у того намечается тройничок с девушками.

Открыв рот, захлопнула его ладошкой и замерла, глядя, как блондинчик опускается к своему главнокомандующему, обнимает его за плечо и целует прямо в губы.

— Капе-е-ец… — проскулила я в ладонь, чем отвлекла любовников от романтики.

Подняв головы, они оба