Эйнштейн учился без карточек. 45 эффективных игровых упражнений для детей от 0 до 6 лет - Роберта Голинкофф

Дети должны связывать буквы, которые они видят, с фонемами – звуками, которые составляют слова. Это непростая задача, поскольку букв в языке значительно меньше, чем обозначаемых ими звуков. Более того, знание названий букв не помогает сливать или объединять отдельные звуки в слово при чтении. В конце концов, даже если вы трижды подряд довольно быстро произнесете «эм-а-эм-а», слово «мама» у вас все равно не получится. Вы будете произносить некий четырехсложный вариант этого слова. Установление связей между буквами и обозначаемыми ими звуками называется нахождением звуко-буквенных соответствий. Этот шаг – ключевой ингредиент успешного чтения. Ребенок, который может связать между собой букву и звук, взламывает код и может перевести написанный текст в речь, которой он уже овладел. С этого момента ребенок может извлекать из текста его истинное значение.

Ты имеешь в виду, эти буквы что-то значат?

Когда ребенок спрашивает вас: «Как это читается, мама?» – он подходит к чтению и книгам с совершенно новой точки зрения. Этот вопрос сигнализирует о большом шаге вперед. Теперь ваш ребенок усвоил идею о том, что странные закорючки на странице ведут к неким значениям! Он и прежде знал, что картинки в книжке забавны и информативны, но теперь начинает догадываться, что теми же качествами отличается и печатный текст. Текст может рассказывать истории так, как этого часто не могут сделать даже картинки!

Подумайте о том, что узнают ваши дети о чтении. Они узнают, что текст в книге соответствует словам, которые произносят взрослые. А также – что текст несет в себе большую часть истории, чем картинки. Эти значительные открытия вносят свой вклад в развивающуюся грамотность.

Попробуйте поставить один забавный эксперимент, чтобы помочь ребенку понять, что смешные закорючки на странице (слова) соответствуют той речи, которую он слышит. Можете провести его, когда ребенок начнет разговаривать цельными связными параграфами, т. е. в возрасте примерно 3 лет. Попросите ребенка рассказать вам небольшую историю, а сами записывайте то, что он говорит, крупными буквами. Или, если у вас есть компьютер, печатайте его рассказ под диктовку. Эта диктовка – лучший способ показать ребенку, что звуки, слетающие с его уст, могут быть непосредственно переведены в слова. Прочтите этот рассказ ребенку, когда закончите запись, и как можно эффективнее подчеркните, что это он рассказал вам историю!

Начните запись примерно с середины страницы, чтобы, когда закончите, попросить ребенка нарисовать картинку, иллюстрирующую его рассказ, в верхней части листа. Чтобы упростить процесс, предложите ему рассказать о том, чем вы только что занимались, или о том, что вашем ребенку очень нравится. Возможно, малыш еще не понимает, как надо рассказывать истории, так что вставляйте в его речь наводящие вопросы, на которые нельзя ответить простым «да» или «нет». И записывайте рассказ именно так, как ребенок его излагает. Не приукрашивайте (ну, если только самую капельку!). Проведя этот эксперимент несколько раз, вставьте записанные рассказы в рамки и развесьте на стенах – где угодно, хоть в ванной комнате. Это же первые рассказы вашего ребенка!

Что это ты делаешь с бумагой – просто забавно двигаешь рукой?

Развивающаяся грамотность включает в себя не только чтение, но и письмо. Когда у детей появляется желание писать, как нам следует относиться к их достойным восхищения (хотя порой и смешным) письменным опытам? Одно из подготовительных занятий, которые дети по-настоящему любят, – чертить каракули на листе бумаги. Но если вы – скептик, то можете задаться вопросом: делают ли это дети потому, что им хочется увидеть оставляемые ими на бумаге следы, – или просто упражняют кисть и руку?

Мировая знаменитость, ныне покойный доктор психологии Джеймс Гибсон из Корнельского университета решил найти ответ на этот вопрос, изучая детей в возрасте от 15 до 38 месяцев. Представьте себе 16-месячную кудрявую Алисон, которая пришла в лабораторию доктора Гибсона со своей матерью Донной. Ассистент выдает Алисон планшет с бумагой и два пишущих устройства, одно из которых оставляет следы на бумаге, другое – нет. Устройства выдаются по очереди. Ассистент просто сидит рядом с секундомером, отмечая, как долго Алисон будет водить по бумаге каждым из устройств, и регистрируя все, что она скажет или сделает. Донна говорит ассистенту, что ее дочка до сих пор ни разу не брала в руки карандаш и что предложение участвовать в эксперименте ее удивило. Пока они болтают, Алисон получает первое из устройств – то, которое не оставляет следов. Она не пытается писать им на бумаге, просто рассматривает. Когда отведенное на эту часть опыта время заканчивается, ассистент забирает первое устройство и выдает взамен другое, которое пишет по-настоящему. Алисон поначалу просто размахивает им, а потом случайно задевает листок, на котором остается отметина. Девочка тут же замечает это и начинает активно водить карандашом по бумаге. Донна изумленно смеется. Ассистент говорит, что Алисон совершила «фундаментальный акт графической деятельности». Другие дети тоже проводили гораздо больше времени, рисуя карандашом, который оставлял отметины на бумаге. Они хотят видеть результаты своих действий!

Процесс «писания» доставляет детям такое удовольствие потому, что с его помощью они добиваются изменений в окружающем мире. Они берут девственно чистый листок бумаги и покрывают его красками и узорами – причем именно так, как им хочется. Это здорово повышает чувство собственной значимости ребенка, который привык то и дело слышать слово «нет». Он сам задает себе программу и выполняет ее по собственному желанию (конечно, пока чрезмерное воодушевление не заставит его использовать в качестве холста стены родного дома!). Он также разбирается (пусть и медленно), какую степень нажима ему нужно применять (помните работы первоклашек, которые они приносят домой с дырками на страницах? Это оттого, что дети слишком сильно налегают на ручку), как именно нужно ставить пальцы и руку, как добиваться появления прямых, а как – изогнутых линий. Очевидно, что все эти знания понадобятся детям в школе.

Возраст: 15–24 месяца

А существует ли вообще такой период, когда ваш малыш не интересуется каракулями или теми следами, которые остаются на бумаге, когда он водит по ней карандашом? В каком возрасте он совершает свой первый фундаментальный акт графической деятельности? Все, что вам нужно сделать, чтобы проверить это, – дать ребенку карандаш без грифеля и несколько листов бумаги. Этот опыт можно повторять каждые пару месяцев. Как ваш ребенок реагирует на карандаш, который не пишет? Кажется ли вам, что он ожидает появления отметин от карандаша? Просит ли он у вас другой карандаш? Смотрит ли с подозрением на тот, который у него в руках? Что происходит, когда вы даете ему карандаш, который действительно пишет? Отчеты о таких опытах можно вносить в дневник ребенка. А как внушительно это звучит: его первый фундаментальный акт графической деятельности!. Представьте, как вы расскажете об этом тете Берте во время семейных посиделок.

Написание слов и букв означает настоящий прогресс!

Со временем дети начинают пытаться изображать буквы. Они также усваивают представление о том, что из букв выстраиваются линейные предложения, и порой выводят последовательности небольших узоров, называя их буквами. Часто плоды собственных трудов вызывают у них бурную радость, поскольку они чувствуют, что приближаются к идеалу взрослого человека. Если ваш дошкольник, даже когда начинает писать по-настоящему, выводит буквы зеркально, или не в том порядке, или даже вставляет в слова картинки – не напрягайтесь. Со временем он выяснит, как устроен настоящий текст. И это можно использовать как возможность для обучения, рассказывая ему, чем отличается Е от 3. Возможно, с первых 17 раз ребенок этого и не запомнит – но со временем урок усвоится. Дети будут просить вашей поддержки и помощи. Делитесь ими радостно и щедро, всегда подчеркивая, какие дети молодцы, что так стараются.

Почему у детей возникают трудности с ориентацией букв, почему они путают Е с 3 даже после того, как пошли в школу? Потому что буквы – это единственная концепция, в которой ориентация имеет значение.

Задумайтесь об этом. Вы – это вы, и неважно, с какой стороны на вас смотреть, – слева, справа или даже сверху вниз.

То же относится и ко всем предметам в мире. На самом-то деле мы учимся игнорировать пространственную ориентацию, поскольку в противном случае не смогли бы узнать предмет, будь он повернут к нам другим боком. А потом приходит черед букв – и вдруг пространственная ориентация обретает значимость, и от того, в какую сторону повернута буква, меняется ее значение! Дети не сразу это понимают.