Смертельные тайны - Кэти Райх

– Каким образом?

– Эта ДНК передается только по материнской линии.

– То есть все идет от мамочки?

– Прости, что пришлось открыть тебе эту тайну, Райан.

– Мужчина может чувствовать себя оскорбленным.

– Исследователи сравнили ДНК из русских костей с ДНК живых родственников, в частности британского принца Филиппа.

– Мужа королевы Елизаветы?

– Бабушка принца Филиппа со стороны матери была сестрой царицы Александры, так что Александра и ее дети, как и Филипп, унаследовали митохондриальную ДНК от матери Александры и ее сестры.

– Давай вернемся к нашим кошкам.

– В клетках волос нет ядер, соответственно, нет и геномной ДНК. А вот в стволах волос присутствует митохондриальная ДНК.

– Ганье упоминал клетки эпителия.

– Слюна, кожа, слизистая рта и вагины. На кошачьей шерсти можно найти слюну после вылизывания – клетки эпителия встречаются даже в моче и кале. Так что в данном случае я ценю пессимизм Ганье.

– То есть почти никаких шансов?

– Судя по его словам, митохондриальная последовательность в шерсти кошки Спектеров идентична той, что нашли в отстойнике.

– И это означает, что жертва из «Параисо» общалась с кошкой Спектеров.

– Угу.

– Но мы знаем, что в отстойнике была не Шанталь.

– Ты прав, Райан. Вы, копы, хорошо соображаете.

– Жертва бывала у Спектеров или по крайней мере общалась с их кошкой.

– До прошлого Рождества.

Он вопросительно посмотрел на меня.

– Именно тогда Гимов, их кот, утонул в бассейне.

Райан ненадолго задумался.

– Похоже, девчонка знает больше, чем говорит.

– Кто-то точно знает, – согласилась я.

– Миссис Спектер?

Я пожала плечами.

Мы уставились друг на друга, пораженные одной и той же мыслью.

– Я ни разу не встречалась с послом, – сказала я.

– Где он?

– Обсуждает урожай соевых бобов в Мехико.

– Странно, учитывая недавние похождения его дочери.

– Галиано говорил, что Спектер не сразу сообщил об исчезновении Шанталь. А когда делом занялась полиция, не особо рвался помогать.

– Что ж, благодаря котику все предстает совсем в ином свете.

Расположившийся к западу от центра города район Уэстмаунт спускается вниз по склону горы рядами тенистых улиц. Проклятие для квебекских сепаратистов, он известен высокой концентрацией англоязычных жителей и их яростной преданностью федеральному правительству. До реорганизации Монреальского острова, когда многие пригороды и отдаленные районы были включены в состав городского округа Монреаль, Уэстмаунт гордился своей независимостью, низкими налогами, эффективным управлением и аристократическими манерами.

Уэстмаунт тяжко сражался против поглощения мегаполисом. Проиграв битву, его жители надели норковые и кашемировые пальто, презрительно шмыгнули носами и стали ждать, уверенные, что какой-нибудь местный адвокат добьется отмены нового закона.

Они ждут до сих пор.

Райан выехал из туннеля у Этуотера, свернул налево на бульвар, потом направо и начал подниматься по склону. Я смотрела, как дома становятся все больше, представляя себе широкую панораму реки и города, что открывается из выходящих на юг двориков и веранд.

Уэстмаунт чем-то похож на Гонконг: чем выше находится дом, тем престижнее считается адрес. Резиденция Спектеров оказалась одной из самых больших в верхнем Уэстмаунте – высокая каменная крепость с башенкой, решеткой и массивной дубовой дверью. Фасад полностью заслоняла кипарисовая живая изгородь. Сзади наверняка открывался впечатляющий вид.

– Неплохое гнездышко, – сказал Райан, сворачивая к обочине.

– Миссис Спектер называла его «маленьким домиком».

– Высокомерная скромность. Обычное дело для Уэстмаунта.

– Миссис посол – из Шарлевуа.

Детектив нажал кнопку звонка. Где-то внутри послышалась мелодия.

– Сколько зарабатывает посол? – шепотом спросил он.

– Наверняка меньше, чем стоит этот дом. Послы обычно идут на эту работу не ради денег. Они вкладывают средства, чтобы ее получить.

Мы прождали целую минуту. Райан позвонил еще раз.

Когда миссис Спектер открыла дверь, вид ее потряс меня. Несмотря на губную помаду и румяна, лицо – бледнее больничной простыни. Рыжие волосы завязаны сзади, свободные пряди падают за уши и на лоб.

– Простите, – сказала она, прижимая руку к груди. – Сейчас я не могу вас принять.

Женщина начала закрывать дверь, но Райан положил ладонь на ручку.

– Прошу. У меня мигрень.

– Мы не собираемся вас беспокоить, миссис Спектер. – Коп лучезарно улыбнулся. – Мы пришли поговорить с Шанталь.

– Я не позволю мучить мою дочь! – Голос жены посла срывался, костяшки сжимавших дверную ручку пальцев побелели.

– Мы ненадолго, – сказала я.

– Шанталь спит.

– Разбудите ее, пожалуйста.

– Она плохо себя чувствует.

– Голова болит? – спросил Райан.

– У меня тоже бывает мигрень, – вмешалась я. – Я знаю, каково вам. Прошу, позовите Шанталь, а сами снова ложитесь в постель.

– Нет, спасибо.

Ответ ее показался мне бессмысленным. Я присмотрелась внимательнее. Зрачки миссис Спектер были размером с бокалы для коктейля. Похоже, жена посла приняла весьма серьезное обезболивающее.

– Мистер Спектер…

Она оборвала меня, махнув рукой.

– Ваш муж здесь?

– Здесь?

– Мистер Спектер дома?

– Здесь никого нет.

– Никого?

Миссис Спектер покачала головой, осознав свою ошибку.

– Кроме Шанталь.

Мы с Райаном переглянулись.

– Где она, мэм? – Я положила ладонь на ее руку.

– Что?

– Шанталь ушла?

Женщина коротко кивнула, опустив голову.

– Она сказала, куда пошла?

– Нет. – Люстра в прихожей подсвечивала падающие ей на лицо пряди волос.

– Дочь вам звонила?

– Нет, – ответила несчастная, не поднимая взгляда.

– Вы знаете, где она?

– Нет. – Казалось, ее голос доносился с расстояния в миллион миль.

– Миссис Спектер? – спросила я.

Она подняла голову, уставившись мимо нас на изгородь.

– Шанталь сейчас с теми, от кого она может пострадать. И она злится. Очень сильно злится.

Судорожно вздохнув, женщина перевела взгляд с кедров на меня.

– Все из-за меня и ее отца. Мой роман, его мелочные игры в отместку. Как мы могли считать, что дочери это не коснется? Я бы поступила совершенно иначе.

– Никто из родителей не идеален, мэм.

– Мало кто из родителей вынуждает своих детей подсаживаться на наркотики.

С этим я могла бы поспорить.

– Вы могли бы как-то помочь нам найти вашу дочь?

– Что?

Я повторила вопрос.

Миссис Спектер пошарила в еще действующих участках мозга.

– Простите, – сказала она. – Мне очень жаль…

– Можно взглянуть на ее комнату? – спросил Райан.

Коротко кивнув, она повернулась и повела нас по резной деревянной лестнице на второй этаж.

– Комната Шанталь – первая слева. Мне нужно прилечь.

– Мы уйдем сами, – сказала я.

В комнате было темно, но на потолке над кроватью Шанталь светились сотни крошечных точек. Я сразу же узнала флуоресцентные звезды от «Нэйчур компани». Когда Кэти исполнилось четырнадцать, мы купили такой же набор и потратили целый день, создавая картину звездного неба. Позже дочь добавила к ней Солнечную систему. Кэти часами смотрела на потолок над кроватью, мечтая о далеких мирах.

«Интересно, – подумала я, – кто украсил потолок комнаты Шанталь? Мать или дочь?»

Райан включил свет, и звезды исчезли.

Комната была оклеена обоями в желтую полоску и белые пятнышки. На кровати с пологом лежала груда кукол и кружевных подушек. В ногах кровати висел плюшевый орангутанг с пустыми стеклянными глазами. Такие же плюшевые игрушки и куклы лежали на подоконниках и кресле-качалке.

На одной тумбочке стоял телефон, на другой – радио с часами и CD-плеер. Изысканно украшенный шкаф напротив кровати на вид стоил больше, чем вся мебель у меня дома.

Райан направился к компьютеру, а я открыла шкаф. На каждой дверце изнутри висел плакат – справа надпись «White Trash Two Heebs and a Bean» поперек четырех животов, а слева – «Punk Rock On-Girls Kick Ass».

В шкафу стояли книги, телевизор и обширная коллекция компакт-дисков. Я пробежала взглядом список исполнителей: «Dropkick Murphys», «Good Riddance», «Buck-O-Nine», «AFI», «Dead Kennedys», «Rancid», «Saves the Day», «Face to Face», «The Business», «Anti-Flag», «The Clash», «Less Than Jake», «The Unseen», «Тhe Aquabats», «The Vandals», «NFG», «Stiff Little Fingers». Множество дисков группы «NOFX».

Я почувствовала себя невероятно старой. Ни одной из этих команд я не слышала.

Книги были на французском и английском. «Анна Каренина» Толстого. «Возвращение Мерлина» Дипака Чопры. «Путеводитель для путешествующих автостопом по Галактике» Дугласа Адамса. «Père manquant, fils manqué» Ги Корно. «Энн из Зеленых Крыш» Люси Мод Монтгомери. Несколько томов Гарри Поттера.

Мне немного полегчало.

– Противоречивая личность, – сказал Райан, включая компьютер.

– Думаешь, у девочки кризис идентичности?