Игры патриотов - Том Клэнси

— Что там? — тревожно спросил Мюррей.

— Только что поступили сведения о некоей Двайер. В квартире на Тули-стрит у неё мастерская по изготовлению бомб.

— Это прямо напротив Тауэра, через реку?

— Именно, черт побери. Я пошёл, — Оуинс вскочил и схватил своё пальто.

— Не возражаете, если и я с вами?

— Дэн, вы должны помнить, что…

— Не надо вмешиваться, — закончил за него Мюррей и встал со стула. Рука бессознательно коснулась левого бедра, где надлежало быть револьверу — не будь он за рубежом. Оуинс же никогда не носил с собой оружия. Мюррей поражался: как можно быть полицейским и при этом не носить оружия? Они вышли из кабинета и направились к лифту. Через несколько минут они были в подземной гараже посольства. Два охранника уже сидели в своей машине, и шофёр Оуинса вырулил вслед за ними на улицу. Оуинс тут же включил своё радио.

— Люди уже в пути? — спросил Мюррей.

— Да. Боб будет там с командой через несколько минут. Двайер, о Боже!

Описание полностью совпадает, — Оуинс, как ни старался скрыть свои чувства, был взволнован, как мальчишка в рождественское утро.

— Кто вас навёл?

— Аноним. Мужской голос, сообщил, что, выглянув из окна, увидел провода и что-то ещё, упакованное в небольшого размера пакеты.

— Прелестно! Подсматривает за чужими окнами, а потом звонит в полицию…

— Что же, берём то, что дают, — Мюррей усмехнулся.

Улицы, как обычно по вечерам, были забиты машинами, и полицейская сирена ничего поделать с этим не могла. До Тули-стрит было всего пять миль, но тащиться им пришлось двадцать минут — Оуинс всё время принимал рапорты по радио, нервно постукивая кулаком по сиденью. Наконец машина стрелой метнулась по Тауэрскому мосту и свернула направо. Шофёр припарковал её у тротуара, возле двух полицейских машин.

Здание было трехэтажным, из старого, грязного кирпича. Рядом приткнулась крошечная пивнушка. На грифельной доске красовалось нацарапанное мелом меню.

Несколько завсегдатаев таращились на полицию, прихлёбывая из кружек. На той стороне улицы уже собралась небольшая толпа. Оуинс ринулся к двери. Детектив в штатском уже поджидал его.

— Все в порядке, сэр. Подозреваемая задержана. Верхний этаж.

Оуинс затопал наверх, Мюррей — вслед за ним. На верхней площадке их встретил другой детектив. На лице Оуинса играла улыбка — жёсткая, радостная.

— Все закончено, сэр, — сказал Хайленд. — Подозреваемая тут.

Морин Двайер пластом лежала на полу — совершенно голая. Вокруг неё натекла лужа, а чуть дальше были видны влажные следы, ведшие из ванной.

— Принимала ванну, — объяснил Хайленд. — А пистолет оставила в столе на кухне. Прошло без всяких осложнений.

— Вызвали кого-нибудь женского пола?

— Да, сэр. Странно, что её ещё нет.

— Движение просто кошмарное, — заметил Оуинс.

— Какие-либо признаки компаньона?

— Нет, сэр. Ничего, — ответил Хайленд.

В этой невзрачной квартирке был всего один стол, и содержимое его ящика лежало на полу. Там было несколько пакетов с веществом, напоминавшим взрывчатку, несколько капсюлей-детонаторов и радиотаймеров. Один детектив составлял опись, другой фотографировал комнату, а третий уже приступил к сбору улик: все в комнате надо было пронумеровать, уложить в пластиковый мешок и сохранить в целости до дня суда. Все были откровенно довольны — кроме лежавшей лицом вниз Морин Двайер, все ещё голой и все ещё в каплях воды. Над ней стояли два детектива — у каждого в кобуре револьвер, в глазах ни тени сочувствия.

Мюррей встал в дверном проёме, чтобы никому не мешать и в то же время ничего не упустить. Всё шло, как по учебнику: подозреваемая обезврежена, охрана выставлена, сбор вещественных доказательств шёл полным ходом. Вот-вот появится детектив женского пола, и Морин Двайер будет подвергнута обыску, в том числе и осмотру самых укромных мест — не сокрыто ли там чего-нибудь опасного? Это, конечно, нанесёт ущерб скромности Морин Двайер, но суд вряд ли воспримет это как нарушение закона. Морин Двайер была известной специалисткой по изготовлению бомб и занималась этим по меньшей мере три года. Девять месяцев тому назад видели, как она удалялась от места, где — в Белфасте — вскоре взорвалась бомба, убившая четверых и искалечившая троих. Нет, симпатии к себе она на суде не вызовет. Наконец один из детективов догадался стащить с постели простыню и накрыть ею Морин Двайер. Она лежала неподвижно. Только судорожно дышала. И не издавала ни звука.

— Интересно, — сказал один из детективов, извлекая из-под кровати чемодан. Проверив, не заминирован ли он, детектив открыл его и обнаружил набор театрального грима и четыре парика.

— Ого, это и мне подошло бы, — сказала, протиснувшись мимо Мюррея, женщина. — Раньше не было никакой возможности, — объяснила она Оуинсу.

— Давайте к делу, — улыбнулся Оуинс. Он был слишком счастлив, чтобы раздражаться по пустякам.

— Раздвиньте, дорогуша. — Вы же знаете процедуру… Она натянула на руку резиновую перчатку. Мюррей отвернулся. Эта процедура всегда вызывала у него чувство брезгливости. Через какой-то момент он услышал как перчатку резко сдёрнули с руки. Один из детективов протянул Морин Двайер какую-то одежду. Она принялась одеваться — никаких эмоций, словно в комнате никого не было. «Хотя нет, — подумал Мюррей, — как раз, будь она одна, какие-то эмоции проявила бы».

Как только Морин оделась, офицер полиции защёлкнул у неё на запястьях стальные наручники. Затем он сообщил Двайер о её правах — почти так же, как это делается и в Америке. Морин Двайер молча оглядела полицейского с ног до головы — лицо её не выражало ничего, даже гнева. И её увели.

«Да, хладнокровное существо», — сказал самому себе Мюррей.:

Несмотря на мокрые волосы и отсутствие косметики, она была довольно хороша собой. Отлично сложена. Могла бы сбросить фунтов восемь-десять, но при хорошем платье и так неплохо. «Ты бы мог встретить её на улице или, оказавшись рядом с ней в баре, предложить ей рюмку вина — тебе бы и в голову не пришло, что у неё в сумке пара фунтов взрывчатки. Такого у нас дома, слава Богу, ещё не водится…» — думал Мюррей. Мелькнула мысль о том, как Бюро справлялось бы с такими делами. Даже со всеми ресурсами, которыми оно располагало, со всеми научными и уголовными экспертами, помогающими оперативникам, с такого рода делами не так легко справиться. Тут любая полиция ведёт игру под названием «Жди, когда преступник совершит ошибку». Проблема в том, что мошенники становятся все умнее, учась на своих ошибках. Тут как и во всяком соревновании — обе стороны становятся все изощрённее. И при этом инициатива всегда в руках у преступников. Полиции остаётся только поспевать за ними.

— Ну, Ден, есть какие-нибудь критические замечания? Как мы — по стандартам ФБР? — спросил Оуинс не без оттенка самодовольства.

— Оставьте вы это, Джимми, — усмехнулся Мюррей. Дело шло к концу, детективы во всю корпели над описью вещественных доказательств, ничуть не сомневаясь, что материала больше чем достаточно для суда. — Ваше счастье, что у вас нет этих наших правил насчёт незаконного обыска и ареста. «Не говоря уже о некоторых наших судьях», — добавил он про себя.

— Кончено, — сказал фотограф.

— Отлично, — откликнулся сержант Боб Хайленд.

— Кстати, — спросил его Мюррей, — как вы ухитрились так быстро сюда добраться? На метро, что ли?

— Как это я не догадался поехать на метро? — расхохотался тот. — Нам, похоже, повезло с уличным движением. Мы были здесь через одиннадцать минут. Да и вы не то чтобы слишком запоздали. За пять секунд мы вышибли дверь и захватили Двайер. Ну не поразительно ли, как легко все это… когда у тебя есть вся нужная информация?

— Можно мне теперь войти? — спросил Мюррей.

— Конечно, — приглашающе махнул рукой Оуинс. Мюррей направился прямо к ящику стола, где лежала взрывчатка. Он был специалистом по этому делу.

— Похоже, что из Чехословакии, — пробормотал он.

— Да, — согласился один из детективов. — Со «Шкоды», судя по обёртке. А вот эти американские — электронный детонатор, модель за номером тридцать один, — сказал он и подтолкнул пластиковый мешочек к Меррею.

— Вот черт! Они теперь повсюду всплывают — партия этих штуковин была похищена полтора года назад. Они шли на нефтеразработки в Венесуэлу, а их перехватили возле Каракаса, — объяснил Мюррей. — Нефтяники любят их. Надёжные, безопасные и от нечего делать не взрываются. Не хуже, чем армейские. Классные штуковины.

— А где ещё их засекли? — спросил Оуинс.

— Три-четыре места мы знаем наверняка. Проблема в том, что они столь малы, что трудно идентифицировать их по остаткам — в смысле, после взрыва. Банк в Пуэрто-Рико, полицейский участок в Перу — это были политические. Другие случаи связаны с наркотиками. До сего момента они встречались лишь по ту сторону Атлантического океана. Насколько мне известно, это первый случай, когда они обнаружились здесь. На этих детонаторах полно всяких номеров. Надо сверить по накладным — не из числа ли они тех, похищенных? Я могу послать телекс, и через часок у вас будет ответ.