Темная душа. Академия жрецов - Алейна Вран

по месту, куда он недавно воткнул иглу. От его горячего прикосновения меня бросило в жар. Похоже, ему больше нравились брюнетки. — Если тебе понадобится помощь, нажми на него и мы вышлем специальную группу людей, которые во всем разберутся.

— Используй его только в экстренном случае, — безразлично добавила Кэсси. Ей, видимо, не нравилось, что Джозефф со мной сюсюкался.

Я согласно кивнула.

Мы втроем отправились в машину. На водительском сидении нас уже ждал Коннор.

— Ну что? Готова? — подбадривающим тоном воскликнул он.

Я невольно хохотнула

— По моему лицу не видно? — глумливо спросила я.

Коннор повернулся ко мне, чтобы разглядеть преображение получше.

— Мда… Знаешь, это круто, — блондин поднял два больших пальца вверх.

— Я бы сам пошел, но, боюсь, этот свитер мне маловат, — поддержал беседу Джозефф и залез вместе со мной на заднее сидение. Кэсси села впереди. Даже она немного улыбнулась.

Это казалось странным, что мы шутим и ведем беззаботный диалог, везя меня на опаснейшее задание.

Вся дорога заняла не больше трех часов. Все это время мы обсуждали сплетни Академии, крутейшие премьеры и, к моему удивлению, даже политические и религиозные взгляды.

В автомобиле царило абсолютное спокойствие. Мы вели себя так, будто были давними друзьями. Но чем ближе мы подъезжали, тем тише становились наши споры.

Коннор вырулил «Рендж Роувер» в небольшой городок с названием Пейдж. Остановившись за несколько кварталов до назначенного дома, он повернулся ко мне.

— Карту и фотографию дома ты видела. Тут недалеко. Постарайся не заблудиться, — внезапно погрустнев, сказал блондин. — Удачи.

Я отблагодарила его легким кивком.

— Не забывай — ты голодная, испуганная девчонка, так что веди себя соответствующе, — дала мне наставление Кэсси. В ее взгляде не было жалости, или чего-то подобного. Меня пугала ее неестественная холодность.

Я ничего ей не сказала и перевела взор на Джозеффа. Он тоже смотрел мне в лицо, на котором невозможно было прочитать эмоции.

— Будь осторожна, — спокойно сказал он и легонько сжал мою ладонь, в знак поддержки.

— Пока, — прошептала я, и выбралась из машины.

Вдохнув сухой воздух, я поковыляла в сторону нужной улицы. Пейзаж в этом городе сильно отличался от окрестностей, окружающих Академию. Здесь деревьев меньше, а кустарников больше.

Вдохнув сухой воздух, я поковыляла в сторону нужной улицы. Пейзаж в этом городе сильно отличался от окрестностей, окружающих Академию. Здесь деревьев меньше, а кустарников больше.

Вдалеке виднелась красная земля, в некоторых местах покрытая зеленой травой.

Я передвигалась между редко построенными домами с черепичными крышами. Район тут не сказать, что богатый, но и бедным он не был.

Завидев на горизонте знакомый дом из темного кирпича с зелеными прожилками, я набавила скорость.

Естественно, я делала вид, будто каждый шаг давался мне с трудом, на случай, если вдруг кто-то подумал наблюдать с окна.

Добравшись до двадцать третьего дома, я с силой постучала в дверь и упала на колени, показывая, что сил у меня совсем не осталось. Мнимый образ, на удивление, давался мне легко.

— Кто это? — послышался высокий взволнованный женский голос.

Не знаю почему, но на секунду я застыла, то ли от того, забыла все, что знала об этой семье, то ли просто растерявшись. Однако затем быстро взяла себя в руки.

— Это… Эмма, — прохрипела я и громко откашлялась. — Эмма Роккуэлло.

С другой стороны двери послышались тяжелые шаги и тихое, странное перешептывание. Вскоре замок звонко щелкнул и на пороге появился высокий бородатый мужчина.

Я видела его на фотографии. Это Майк Рокуэлло — мой дядя.

— Эмма? — его голос был тихий и встревоженный, глаза метались по моему лицу, изучая каждую деталь. Он как будто не верил. — Это правда ты?

Искорка надежды появилась в его тоне. И я почувствовала маленький укол в сердце.

Нет. Нет, это не она. И уже никогда не будет она.

— Дядя Майк! — воскликнула я и попыталась встать, но, не удержав равновесие, упала прямо ему в руки.

— Малышка, что случилось?

От былого неверия не осталось и следа

— Я, я… Я убежала…

Его рот пару раз открылся и закрылся, словно он не мог подобрать нужных слов.

— Эмми, теперь все будет хорошо, — наконец произнес Майкл и завел меня в дом.

Быстрым, по возможности внимательным, взглядом я окинула комнату, и заметила одно лицо. Человек, которому оно принадлежало, сидел в кресле, его глаза были сосредоточены на мне, руки, держащие до этого книгу, опустили ее на небольшой столик. Губы парня дрогнули в усмешке.

— Эмма? — тон его был, скорее, насмехающимся, но это заметила только я.

Мое сердце бешено заколотилось, а колени подкосились. Стало невозможно дышать.

Брайен Стюарт. Лучший друг Эммы. Мой лучший друг. Единственный, кто помнил, как она выглядела. Единственный, кто знал правду.

Глава 19

Застыв на месте, я глупо отвесила челюсть и захлопала ресницами, пытаясь понять, что же пошло не так? Брайен не должен был здесь находиться. Он должен нежиться на пляже в Калифорнии или играть в видеоигры в загородном доме бабули.

Парень встал и двинулся ко мне.

Я рефлекторно потянулась к боку, готовясь активировать чип, но не успела.

Мой лучший друг заключил меня в крепкие объятия.

Окончательно запутавшись, я неуверенно ухватилась за его тонкую рубашку, стараясь не рухнуть от волнения на пол.

Отцепив от меня парня, миссис Рокуэлло, а по совместительству, тетя Эммы нежно обхватила ладонями мои щеки.

— Бедная девочка. Сколько тебе пришлось пережить, — она не спрашивала, а констатировала факт.

— Маргарет, умой племянницу и уложи в кровать. Я позабочусь о еде, — сказал дядя и вышел из комнаты.

Добрая тетушка не стала выпытывать, как мне удалось добраться до их дома, что со мной случилось или же, как я сбежала. Конечно, у меня был тщательно подготовленный ответ на все. Но никто из них даже не заподозрил, что я лже-Эмма. Никто, кроме Брайена.

Когда тетя Маргарет аккуратно снимала с меня одежду, я иногда вздрагивала, делая вид, что годы заточения сделали меня дерганой.

Женщина наполнила мне горячую ванну с лавандовым маслом. Она помогла мне забраться в воду, от которой даже исходил пар, и начала умывать.

Обмыв мои волосы шампунем и кондиционером, Маргарет принялась растирать мое тело жесткой губкой.

Я сидела смирно, несмотря на то, что мне было несколько неуютно блистать обнаженным телом перед незнакомым человеком. Однако, разве, это не последнее, что должно волновать человека, только что добравшегося до собственного дома после заточения? Хорошо хоть не дядя Майк вызвался сопровождать меня на водные процедуры.

Закончив мылить, тетя обдала меня прохладной водой и,