Боевой устав Гоблина - Вадим Косинцев

– Мне тоже хочется метикалов, – насупился я.

– Ты получишь их, когда мы вернемся с задания сотника Рожа. Кстати, Зак, для начала обратись к десятнику Цаво за новой формой и портянками, пока он еще не ушел.

Но Зак только хмыкнул в ответ. Метикалы явно манили его куда сильнее портянок, пусть даже новеньких.

Люсьен наблюдал за Стволовым и Маггутом издалека. Даже прежде, функционируя в ограниченном из-за повреждений режиме, он мог держать их в поле надзора за сотню метров. Сейчас же, слившись с содержимым артефакта, гомункулус был способен чувствовать, что происходит с соратниками, за добрый километр. Этому не мешали никакие преграды. Люсьен попросту знал, где находятся воины, чем занимаются и что говорят. Так, словно находился с ними бок о бок. Проанализировав ситуацию, Люсьен пришел к выводу, что гоблин в набедренной повязке вышел из комнаты диверсантов не случайно. И совсем не случайно у него оказался в руках столь полезный предмет – скорей всего, новейший ЗИП-комплект для ремонта боевых гомункулусов. Соратники передали его Люсьену! Как всегда, не напрямую, неявно – видимо, таков теперь был стиль их работы.

Проникшись уважением к высочайшему профессионализму диверсантов, Люсьен постановил, что отныне будет принимать любые их действия как должное. Даже те, которые кажутся на первый взгляд ошибочными. Поэтому он не стал вмешиваться, когда Стволова и Маггута арестовали вооруженные люди. Просто пошел следом.

Он знал: когда ему настанет пора действовать, соратники подадут знак. Главное, не пропустить этот знак и оправдать доверие командира.

В распоряжении штаба ОАТ имелось две черепахи – полуоткрытая, какие в войсках «небесных повязок» исполняют роль джипов, и устрашающая, похожая на раздавленного жука. Она была почему-то белого цвета, подпорченного местной грязью. Крошечная тупая головка черепахи едва выставлялась из-под лобовой брони. Я обошел ее со всех сторон и понял, что это легко бронированный эльфийский «штабной» транспортер. На боку даже сохранился силуэт единорога, который не успели замазать. Вместо башенки для мощного боевого посоха торчала плоская нашлепка, вкруговую опоясанная бойницами. Сейчас отверстия были закрыты прозрачными роговыми пластинами.

– Откуда это у вас? – пораженный, спросил я у гоблина, засыпавшего в лоток сухой корм.

– А, это трофей, – гордо ответил щуплый гоблин. – Зийла на днях из Ксакбурра пригнала.

– Что, сама так и пригнала?

– Нет, конечно, она же десятник. И у нее погонщицких прав нет. Один парень за погонщика был, Квакваса зовут. Но он плохо рулит, правил же не знает совсем.

Тут из штаба появилась Зийла и взглядом приказала мне забираться в бронечерепаху. Я поднял голову к небу.

– Не поздно ли отправляться в путь? Скоро стемнеет.

– Ничего, – хмыкнула девушка и ловко забралась на панцирь. – Приказ должен быть выполнен любой ценой.

Я забрался на место погонщика и уселся на теплый шейный бугор черепахи, а Зийла осталась стоять, высовываясь из люка. Тугое бедро гоблинши то и дело касалось моего плеча.

– Вперед! И направо! – скомандовала она, и я надавил на педаль.

Хорошо вживленные рычаги плавно перемещались, черепаха слушалась управления, словно ручная. Тем не менее я злорадно снес небольшой придорожный ананас, по глупости вскочивший у нас на пути. «Это тебе не колено диверсанта!» – подумал я мстительно.

Я вывел зверюгу на дорогу между домами и свернул в сторону леса, подступавшего к поселку с восточной стороны. Пыль заклубилась под неутомимо движущимися лапами черепахи, легкие зашумели ровно, без перебоев. Ход был ровный, почти без качки. Вся живность, что возникала на пути бронированного монстра, торопилась укрыться в подворотнях.

– Отлично, солдат! – восторженно вскричала Зийла, и я еще добавил скорости. Мимо понеслись трущобы, плантации и пустоши, и вскоре дорога кончилась, уступив место редким джунглям. Я плавно притормозил.

Косые лучи заходящего солнца превращали местность в нечто сюрреалистическое, исчерченное длинными тенями пальм и кустов. Зийла внезапно выбралась наружу и села, свесив с панциря длинные ноги. Я вылез следом.

Пристроившись рядом с командиром, я удивленно прислушался к тишине. В этот вечерний час вся природа словно замерла, ожидая наступления тьмы.

Черепаха застыла на самой вершине косогора, который обрывался к реке. Где-то здесь и была разрушенная пещера, но никаких следов взрыва я пока не видел – наверное, они находились восточнее, за кустами. Слабый ветер трепал мои слегка отросшие за пару недель волосы.

– Вот она, земля таха, – негромко проговорила Зийла. – Красиво, правда?

«Из-за этой козы все мои неприятности, – подумал я. – Может, сурово отомстить ей? С другой стороны, она борется за свой народ, потому что слепо верит Шаману. Жаждущий власти негодяй охмурил ее своими шаманскими обрядами. Наверное, этот гоблин сильная личность, если его уже столько раз выбирали главой Каса. Но мы все равно прикончим его и выполним приказ командования».

Я будто невзначай сдвинул руку и коснулся талии Зийлы, но под ладонь, как назло, попался твердый ствол жезла. Я облился холодным потом: сейчас десятник решит, что солдат хочет обезоружить своего командира, и арестует меня. Я поспешно поднял руку повыше, но тут уже начиналась грудь Зийлы, и я взопрел вторично. К счастью, десятник как будто не заметила моих смелых телодвижений, даже немного придвинулась.

– Мы победим, солдат? – требовательно спросила она, вдруг обратив ко мне одухотворенное лицо.

– Само собой, – отрапортовал я, чем заслужил ободряющую улыбку.

Мне даже показалось, что скучный поход в руины склада боеприпасов выйдет намного приятнее, чем можно было предполагать…

Глава 10

– Солдаты Освободительной армии таха! – зажигательно возгласил Хуру-Гезонс перед выступлением в поход.

Это был хиловатого вида гоблин в элегантной одежде защитного цвета и с мощной, украшенной резьбой костью – явно дорогая штучка! – в грушевидном носу. Лица вождя было не разобрать. Его покрывали замысловатые разводы самой зверской расцветки. По обе стороны от Шамана стояли два громилы-орка жестокого вида, с допотопными жезлами наперевес. А уже по бокам от охраны торчали сотник Рож и еще один офицер. Наверное, это и есть начальник штаба тысячник Боксугр, смекнул я. Потому что именно этот тип гордо стискивал отнятый у нас «глаз дракона».

Я бессильно скрежетнул зубами, отчего незнакомый сосед слева крупно вздрогнул.

Всех нас, как и толпу зрителей поодаль, состоящую из праздных обитателей Дхема и гостей города, символично освещало утреннее солнце. Воинство великого вождя выстроилось в три ряда прямо напротив резиденции ОАТ. Десятник Зийла стояла рядом с бронечерепахой, на правом фланге.