От имени Земли - Майк Манс

Интересно было также смотреть на Диму и Мари рядом. Ещё вчера Волков тащился бы рядом с ней, крутился вокруг, заводил бы беседу, а сегодня её для него как будто не существовало. Интересно, он так легко её забыл после первого же «нет», или просто обижен? Мичико очень надеялась на первый вариант. Дима и Мари – милая пара. Как хорошо они смотрелись рядом в скафандрах! Мичико прыснула от смеха, потому что надутые скафандры с баллонами за спиной очень уж забавно выглядели в марсианской долине.

– Дима, прежде чем мы подойдём вплотную, давайте решим, что именно будем делать, и как реагировать, – произнёс Шан по общему каналу. Была заметна небольшая одышка, видимо, ранозаживляющие и обезболивающие препараты излишне нагружали сердце, стоило ещё немного замедлиться.

– Сбавим шаг и обсудим, – Мичико знала, что Чжоу не хотел, чтобы она публично сказала, что надо тормозить ещё сильнее из-за его состояния, поэтому придумала другую причину, – а то и правда, выскочим за холм до того, как будет понятно, что предпринять.

Дима и Мари остановились и стали поджидать её и Шана. Тот секунду глядел на неё с благодарностью. Нет, Чжоу, это не для того, чтобы дать тебе показать, что ты тут главный. Это для того, чтобы не дать тебе отбросить коньки на Марсе и позволить вернуться домой через три года.

– Я предлагаю при любом раскладе и событиях, кроме непосредственной атаки, действовать, только предварительно согласовав со мной все действия, – спокойно и уверенно заявил китаец. – Что бы мы ни увидели, как бы ни хотелось проявить инициативу – сначала обсудим. – Возражения есть? – они снова перешли на лёгкий шаг, уже упершись в подножие холма, за которым их должен ждать объект.

– Нет, – произнесла Мичико, и практически хором с ней то же самое сказали Дима и Мари.

– Вот и хорошо. А теперь спокойно и без лишних эмоций поднимаемся на холм.

Холм был песчаный, с примесью крупных камней. Возникало ощущение, что ты где-то в пустыне Сахара, только небо было тёмным, а песок серо-рыжим. Наверное, так Сахара выглядит при солнечном затмении. Чуть левее оставались вчерашние следы их товарищей, ближе к группе – подъём, а метров на пять подальше – спуск. Теперь, судя по всему, при такой слабой атмосфере они будут сглаживаться десятилетиями, если, конечно, пылевая буря не заметёт их быстрее. Интересно, случаются ли пылевые бури в долине Маринер?

Мичико чуть рванула вперёд и практически выскочила на вершину холма одновременно с Димой. Ничего. И никого. Она буквально скафандром почувствовала разочарование Волкова. Тут уже к ним присоединились Шан и Мари. Несколько секунд все созерцали окрестности.

– Предлагаю отчитаться и возвращаться, – уныло произнёс Чжоу.

Дима посмотрел на него, поднял руки вверх и крикнул, как будто кто-то кроме них мог это услышать:

– Мы не вооружены! Мы пришли с миром!

Потом он сказал что-то, судя по всему, на русском, наверное, повторил эту фразу. Тут же Мари подхватила на немецком. Недолго думая, Мичико крикнула на японском, и на английском, и на французском, который тоже неплохо знала:

– Мы пришли с миром!

Шан поддержал на мандарине и на чём-то созвучном, может, южно-китайский диалект гоюй. Мари выкрикнула слова на каком-то из скандинавских языков.

Потом наступила давящая тишина, как будто что-то погасило все звуки. Складывалось ощущение, что люди продолжали кричать, просто она внезапно потеряла слух. Мичико оглядывала лица, и, судя по всему, испытывали то же самое.

Внезапно в ушах прозвучало «Хорошо». Было страшно и необыкновенно удивительно то, что слово оказалось одновременно и сразу сказано на всех языках, которые использовались сейчас, но как будто одним человеком (существом?), причем легко можно было выделить из потока один конкретный язык, настроиться на него. Лично Мичико легко отличила японское «Дайдзёбу»[22] среди прочих звуков. Очень, очень впечатляюще и необычно.

Все замерли, как и она, и смотрели то вниз с холма, то друг на друга. Вдруг перед ними, метрах в двухстах, что-то замерцало. В воздухе возникло лёгкое преломление с разложением на спектр, как в мыльном пузыре. Эдакий пузырь три метра с чем-то в диаметре, висящий внизу, шагов за сто от основания холма, примерно в четырёх метрах над землёй. Дима первый указал туда рукой, и Мичико услышала удивлённый возглас Мари.

Пузырь становился всё более и более чётким и постепенно стал напоминать непрозрачный шар из какого-то глянцевого материала ярко-белого цвета, по которому проходили всполохи спектрального разложения. Мичико вдруг вспомнила про Ламбера и ребят, оставшихся на базе. Она нажала вызов базы по общему каналу и крикнула:

– Крис, Крис, есть контакт! Объект тут, он потрясающий!

Тут же Шан подтвердил её слова:

– База, объект проявился и стал видимым, выдал нам первое приветствие в наши шлемы, будем держать в курсе в случае развития контакта.

– Шан, Мичико, понял вас, ждём, – с волнением произнёс Кристоф с той стороны передатчика и прокашлялся, – он не проявляет агрессии? С вами всё в порядке?

– Нет, он висит на месте, всё в порядке! – сказал Шан, и тут, словно в ответ на его слова, шар начал подниматься вверх, словно скользя вдоль поверхности холма. При этом, с одной стороны казалось, что он движется как-то неспешно, с другой стороны, он почти мгновенно оказался у них прямо перед глазами.

Мари схватилась за Димины плечи и юркнула к нему за спину. Шан выставил руки вперёд, словно пытаясь остановить шар.

– Крис, он летит на нас, – Мичико услышала свой голос, как будто и не она произносила это, с восторгом и страхом глядя на гигантский мыльный пузырь, подлетевший уже практически на уровень глаз.

– Что, что случилось? Отступайте за холм, немедленно отступайте! Мы высы… – Крис кричал в общий канал, и вдруг его что-то резко прервало. Одновременно с этим шар завис.

– Мы тоже пришли с миром, – раздался четкий голос в шлеме. Теперь только на английском языке, но на чистом, академическом, как будто тот, кто говорил, учил его сто лет назад.

Голос Димы прозвучал на фоне как-то нелепо и не к месту:

– Шан, а как нам теперь обсуждать что-то, прежде чем сделать, если мы с ними на одном канале? – и правда, Мичико не задумывалась о подобной мелочи. У них не осталось приватности. Все их речи слышал объект, никакой конфиденциальности. Ни шепнуть, ни отойти для обсуждения. – Можно мне взять инициативу в свои руки? – задал вопрос Волков, повернувшись к Чжоу.

– Дима, давай буду говорить только я, – Шан выглядел и звучал растеряно, и Мичико решила спасти ситуацию.