Любовный эксперимент по-американски - Елена Армас

– Не отвлекайся, Рози. Займись делом. Две обескураживающих истории – а наша музыка так и не выбрана.

Глава двенадцатая. Лукас

– Это разве не музыка из фильма? – спросил я по пути домой.

Рози фыркнула, разглядывая конверт пластинки.

– Вроде того, только она совсем… другая.

– Другая? – Я забрал диск и внимательно изучил обложку. – ABBA, «Dancing Queen». Танцующая королева – не слишком девчачье, для свидания-то?

– Для экспериментального свидания, – поправила меня девушка. – Тут уж или «Ice Ice Baby» от Vanilla Ice – все же классика хип-хопа, – или ABBA.

Ближе к закрытию владелец магазина нас выпроводил. Что скрывать – я испытал некоторое облегчение, что Рози не выбрала Vanilla Ice. Нет, ничего против рэперов я не имел, да и против ABBA тоже, но, когда просил выбрать мелодию, никакого рэпа в уме точно не держал.

Бросив на меня скептический взгляд, Рози добавила:

– Неужели не смотрел «Mamma Mia»? Эта песня – из сцены с откровениями Мэрил Стрип. На ней вообще весь мюзикл держится. Когда-то читала одну статью – там говорилось, что на самом деле композиция очень грустная. В этом есть доля правды, но, когда ее слушаю – испытываю настоящее счастье. Для меня «Dancing Queen» – больше, чем песня, под которую просто танцуешь.

Объяснения Рози меня вполне удовлетворили. Хотя «удовлетворили» – не совсем верное слово. Все-таки она выбрала песню, которая ей по душе – это очень важно.

– То есть ты именно из таких людей?

– Таких – это каких? – прищурилась она, вызвав у меня улыбку.

– Ну, из тех, что одержимы мюзиклами.

Похоже, мой вопрос привел Рози в негодование.

– «Mamma Mia» – не просто мюзикл, а настоящий шедевр! – Она выхватила пластинку у меня из рук. – Разве может не нравиться произведение, объединяющее в себе несколько романтических историй?

– Ладно, ладно. – Я поднял руки, словно сдаваясь. – Возможно, ABBA не слишком идеальна для того, что ждет нас дальше, однако смирюсь.

Рози бросила на меня быстрый взгляд, и в ее глазах мелькнул затаенный вопрос.

– Давай уж, спрашивай. – Улыбнувшись про себя, я подумал: все-таки здорово, что уже понимаю ее с полуслова.

Она подняла пластинку над головой.

– Так что последует дальше? Почему этот диск – очаровательный, выдающийся, опередивший свое время – не подходит для твоих замыслов?

Я искренне рассмеялся – уже второй или третий раз за сегодняшний день, и Рози, сдвинув брови, опустила пластинку.

– Что смешного?

Хм. Прекрасно, что Рози заставляла меня смеяться, чудесно, что ни о чем не догадывалась. Смешного в этом, конечно, ничего не было, но…

– Скоро увидишь, – кратко ответил я.

Мы приближались к дому Лины, и я ускорил шаг, однако, заметив, что Рози отстала, оглянулся.

Она стояла на тротуаре, удивленно посматривая в мою сторону. Длинные ноги в шикарных туфельках – взгляд не оторвать… А зеленые, словно изумруд, глаза, которые так подчеркивал цвет кожаной курточки?

– Сама не знаю, как отношусь к сюрпризам, – пробормотала она.

Ее любопытная гримаса сказала мне о многом: возбуждена, извелась от нетерпения – ошибиться невозможно.

– Может, расскажешь по пути?

– Нет уж, – хмыкнул я и сделал шаг вперед. – Кто назначает свидание, тот и устанавливает правила.

– Старомодный да еще и властный, – пробурчала себе под нос Рози. – Жуткое сочетание.

Я вновь не удержался от смеха и тут же покачал головой.

– Я все слышал!

Добравшись до нашей лестничной площадки, я остановил Рози и направился в другой конец коридора, где находилась квартира Адель. Постучался, не ответив на вопросительный взгляд девушки. Пожилая леди открыла без промедления.

– Наконец вернулся! – улыбнулась она и пропустила нас внутрь. – А я уж думала – когда заберешь? Ничего не трогала, где положил – там и лежит.

– Спасибо, hermosa[21], – учтиво кивнул я и, проскользнув в гостиную, забрал коробку, которую оставил у соседки несколько часов назад.

Я точно не знал, был ли Матео, с которым периодически путала меня Адель, испаноязычным, однако на всякий случай при встрече вставлял слова и фразы на родном языке.

– Eres la mejor[22]. – Я не кривил душой: Адель и вправду была лучшей соседкой на свете. – Желаю приятной встречи с дочкой.

– Спасибо. – Пожилая леди улыбнулась и, глянув на Рози, добавила: – Желаю и тебе приятно провести время, негодник!

Я тихо засмеялся, обернувшись к растерянно моргающей девушке.

– Сможешь открыть нашу квартиру?

Рози вытаращилась на меня, перевела взгляд на тяжелую коробку и наконец опомнилась.

– Открыть… Да-да, конечно.

Я прошел за ней и захлопнул дверь левой ногой. Черт меня дернул – правое колено немедленно подкосилось.

– Лукас! – подскочив ко мне, ахнула Рози.

Я скривился и все же твердо шагнул в комнату, словно ничего не произошло, а девушка поспешно ухватилась за другую сторону коробки.

Смысла отрицать проблему не было, и я повторил те же слова, что произнес в первый наш вечер:

– Неплохая хватка, Рози.

Мотнул головой влево.

– Давай положим ее рядом с телевизором. По-моему, там есть свободная розетка.

Мы вместе перетащили коробку и пристроили ее на полу. Девушка отступила на шаг, бросая на меня любопытные взгляды, и я открыл коробку. Специально оставил покупку у Адели, чтобы Рози не обнаружила ее прежде времени.

– О, – изумленно произнесла она. – Ого…

Я поднял глаза и, помолчав, заметил:

– Пожалуй, выглядит немного потрепанным, но продавшая его дама клялась, что эта штука работает как часы.

– Ты купил?.. Купил для нашего эксперимента?

– Разумеется. – Воткнув вилку в розетку, я выпрямился и восхищенно уставился на свое приобретение – старый проигрыватель грампластинок. – Видимо, это судьба. Во время прогулки наткнулся на женщину, распродававшую хранившийся в подвале хлам. Взял вертушку всего за несколько баксов и небольшую услугу.

– Что за услуга?

Я поднял диск, лежавший на кофейном столике.

– Она попросила меня передвинуть комод.

Я согласился, хотя выяснилось, что старая рухлядь была чертовски тяжелой.

– Ты зашел в дом к совершенно незнакомой женщине? – охнула Рози. – Только потому, что она попросила оказать ей услугу?

Я пожал плечами и уселся рядом с проигрывателем.

– Не в дом. В подвал.

– Да ты что, Лукас… Додумался тоже!

– А что такого? – осведомился я, осторожно поставив пластинку на круг. – Женщине требовалась помощь, а я взамен получил вертушку.

– Вдруг она тебя заманивала? Тюкнула бы топором, а потом продала твои органы. Здесь Нью-Йорк, Лукас! Слишком много всяких сумасшедших на квадратный фут. Да еще и подвал…

– Очень мило, – хмыкнул я, и Рози моргнула.

Правда мило – надо же, как разволновалась.

– Ближе к делу, Розалин Грэм. – Я шагнул вперед, и она вопросительно склонила голову. – Скидывай туфельки.

– Что? – запнулась она. – Зачем?

– Если будешь танцевать на таких каблуках – растревожишь соседей снизу.

Рози округлила глаза, словно я выдал нечто из ряда вон.

– Э-э-э…