Крепкий орешек Джонс и нарисованный город - Роб Биддальф

и в ней с помощью гидравлики появился большой металлический блок. Он стал раскладываться и постепенно превратился в лестницу. Когда нижняя ступенька коснулась земли, из кабины вышел человек в ослепительно белой одежде и точно такой же шляпе и спустился вниз. За ним по пятам следовала мускулистая фигура Алана. Они подошли к Орешку.

– Мисс Джонс, – приветствовал её человек в шляпе.

– Мистер Бел, – сказала в ответ Орешек.

68. Лицом к лицу

Он оказался намного меньше ростом, чем она себе представляла. Однако Орешек не стала бы отрицать, что явившийся им во плоти мистер Бел производил впечатление. Казалось, он был соткан из настоящего света, что придавало ему сверхъестественный вид. Он определённо сиял, да так, что Роквеллу и Лялябет пришлось прикрывать глаза. Из-за яркого свечения Орешек не могла рассмотреть его лицо – она сумела разобрать только очертания шляпы, которую видела на экране у себя в камере.

– Что же, мисс Джонс, – произнёс он высоким тенором, – ещё только час назад вы были всего лишь очередным надоедой из Сопротивления, с которым следовало… разобраться. – Он глянул через плечо на лезвия Большого Креста. – Однако некоторые… подробности, которые не так давно обнаружились… кое-что изменили.

– И что бы это могло быть, а, Бел? – выступил из-за спины Роквелла мистер М и встал рядом с Орешком. Несколько летучих рыб дёрнулись вперёд. Мистер Бел остановил их, подняв руку.

– А, Мейкерштрих! Он же – главный мозг целого Сопротивления, он же – наш самый ценный арестант. Тем не менее ты здесь, на свободе. В обеспечении бесподобного уровня охраны Алан в очередной раз превзошёл самого себя. Понимаю.

У Алана заалело лицо.

– Но если бы только это, – продолжал мистер Бел. – Сегодня вечером я увидел то, чего увидеть никак не предполагал. То, что я считал мифом или чем-то давно утраченным.

– Свою совесть?

– Остроумно, – невозмутимо ответил мистер Бел. – Истинный комедиант. У вас, юная леди, имелся при себе карандаш Конте. Карандаш номер один. Хвостик. Будете отрицать?

Орешек даже бровью не повела.

– Ты ведь понятия не имеешь, какой он могущественный, этот карандаш! Ты же тратишь его впустую! – Теперь он уже кричал. – Если б у меня был карандаш Конте, ты даже представить не можешь, чего бы я достиг!

Глубокий вдох вернул ему хладнокровие.

– Впрочем, всё это болтовня, потому что, к несчастью, по причине бесконечной тупости моего помощника…

Лицо Алана сделалось пунцовым.

– …искомый предмет выпал из Спирали.

– Точно. Молодец, Алан! – сказала Орешек.

Алан испепелил её взглядом.

– Что значит, не нашли? Я думала, вы отправили на поиски всех своих роботов.

– Отправил. И пока мы тут разговариваем, ГАРПУНы прочёсывают территорию. Поиски карандаша пока не увенчались успехом.

– Сами же говорили: ещё час назад вы о нём даже не думали. Я б на вашем месте просто забыла.

– Вот в чём дело, – сказал мистер Бел, – когда мы вернулись в Спираль и обнаружили, что ни тебя, ни твоих друзей в камерах нет, нам стало, разумеется, любопытно, как вам удалось сбежать. Тогда-то мы и увидели твою горку. Весьма изобретательно.

– О, спасибо! – сказала Орешек, стараясь не выдать, что с каждой секундой ей становится всё страшнее.

– Загадка, однако, в том, что все твои контрабандные принадлежности для рисования по-прежнему у нас, – он кивнул на Алана, который поднял вверх патронташ Орешка. – И вот что меня интересует… как тебе удалось нарисовать спуск из башни, если тебе нечем было рисовать?

– Легко. У меня оставалось это, – Орешек бросила нарисованный карандашом баллончик из-под краски под ноги мистеру Белу. – Вы не заметили, когда обыскивали меня.

– Хм-м, – наклонился он, поднимая баллончик. – Маловероятно, чтобы ГАРПУНы не заметили предмет такого размера.

Он отломил сопло баллончика и растёр между пальцами.

– Всё страньше и страньше, – пробормотал он.

– Что вы хотите сказать? – спросила Орешек.

– Любопытно: этот баллончик сделан из графита. Карандашного графита. Очень плотного карандашного графита очень высокого качества. По правде говоря, мне ещё ни разу не встречался такой карандашный графит.

Орешек переступила с ноги на ногу. Мистер М с Роквеллом обступили её чуть теснее.

– Знаете, что я думаю? – улыбнулся мистер Бел. – Я думаю, что вы, мисс Джонс, нарисовали этот баллон с краской карандашом Конте.

– Придумаете тоже! – рассмеялась Орешек. – Вы же видели, как он вылетел из окна. Сами же говорили.

– И тем не менее я считаю, что с нашей стороны будет благоразумно тебя обыскать. Экзосетия! Окружить её!

По меньшей мере сотня шипастых роботов рванулась к Орешку, но мистер М, Роквелл, Лялябет и Штришок оказались проворнее. Они окружили Орешка, не позволяя рыбам подобраться к ней ближе.

– Ха-ха-ха! – захохотал мистер Бел. – Думаете, это нас остановит?

Орешек понимала: он прав. Она набрала в грудь побольше воздуха. Вот и настало время разыграть единственно возможную партию.

– Отзовите их! – крикнула она. – Отзовите! СЕЙЧАС ЖЕ!

Мистер Бел улыбнулся. Он увидел, что Орешек держит над головой Хвостик. Карандаш тихонько светился в лунном свете.

– И зачем же мне их отзывать?

Орешек взглянула мистеру Белу прямо в глаза:

– А затем, что, если не отзовёте, я сломаю карандаш. Его сила пропадёт навсегда. И не думайте, что я на это неспособна…

Секунду-другую мистер Бел помолчал.

– Хорошо, – невозмутимо ответил он. – Экзосетия! Отступить!

Рыбы сдали назад.

– Значит, вот как мы поступим, – сказала Орешек. – Вы отпустите меня и моих друзей. Мы уйдём, а вы не станете нас преследовать. А если нет, я уничтожу карандаш.

Мистер Бел поразмыслил над сказанным.

– Я тебе не верю. Я знаю, что этот карандаш может. Я читал о Конте в книгах и знаю, что карандаш может создавать порталы и много-много чего ещё.

Орешек встревожилась.

– Так что… касательно способа появления в Хроме тебя и твоих друзей… загадка разгадана. Этот карандаш – ваш билет домой. Даже ты не настолько глупа, чтобы уничтожить путь к отступлению.

– А зачем это, спрашивается, мне возвращаться домой? Папа исчез… мама меня не любит… Школу я ненавижу. Скажем честно: не так уж я стосковалась по дому! Что мне ещё терять? Я обещала вернуть мистера М Сопротивлению и намерена сдержать своё слово, так что дайте-ка нам уйти.

Мистер Бел сделал шаг вперёд.

– Предупреждаю! – процедила Орешек, хватая карандаш так, словно собиралась разломить его надвое.

– ХОРОШО! Хорошо! Перестань! – закричал мистер Бел. – Лучше… лучше уйдите.

Орешек посмотрела на мистера М. Посмотрела на Роквелла и Лялябет.

Потом, всё ещё держа карандаш перед собой, она очень медленно пошла задом прочь от мистера Бела. Другие двинулись вместе