Проделки близнецов - Барбара Босуэлл

– Ты была когда-либо раньше в Джонстауне? – небрежно спросил Мэт, совершенно не обращая внимания на то, что она только что разоблачила его.

Кейла нахмурилась. Как ни хотелось ей выказать ему свое пренебрежение, она чувствовала себя обязанной ответить на такой простой и прямой вопрос.

– Нет, – холодно сказала она.

– Это хороший, по-настоящему рабочий городок. Он здорово пострадал в результате упадка стальной промышленности в начале восьмидесятых, но по– прежнему остается более оживленным, чем большинство других городов в западной Пенсильвании. Я думаю, что самым значительным событием в истории Джонстауна является Великий потоп 1889 года. Это было одним из легендарных бедствий девятнадцатого века, во время которого погибло и пропало без вести более 2200 человек. В городе о нем по-прежнему помнят. В каждой семье коренных жителей Джонстауна есть свои истории о Потопе, которые передаются из поколения в поколение.

– А в вашей есть? – спросила она. – Помимо небылицы о том, как таверну Минтиров снесло вниз по реке в Питтсбург?

– Ты вспомнила! – улыбнулся Мэт. – Я помню, как я был рад, что ты смеялась, слушая мой рассказ в тот вечер. У большинства людей мои шутки не вызывают смеха. Меня, в сущности, не считают хорошим рассказчиком, умеющим рассмешить публику.

– Нет, ты не такой рассказчик. Я смеялась просто из вежливости.

– Нет, я тебе в самом деле нравился, это было видно! Тебя так же влекло ко мне, как меня к тебе. И это было еще до того, как наши мозги пострадали от проделки парней из ВМБДШ, Кейла.

Она закатила глаза.

– У тебя особый дар, воссоздавая события, выставлять себя в выгодном свете. Ты уверен, что не хочешь поработать у «Диллона и Уорда»? Они, знаешь ли, именно такого рода работу выполняют для своих клиентов.

– Ах, Кейла, я знаю, чего ты добиваешься. Ты хочешь вывести меня из себя, используя все эти профессиональные жаргонные выражения и приемы. Но это не сработает, малыш. Я не собираюсь, взбеленившись, отменять нашу… э-э-э… помолвку.

Кейла поморщилась.

– Однажды я была помолвлена, и это обернулось несчастьем. Помолвка – это такое напряжение. Все эти неотложные дела, эти несбыточные надежны Выбор кольца, журналы для новобрачных, вся эта показная чувствительность и пошлые шуточки. О я никогда не решусь пройти через это снова!

– Я тебя понимаю. Однажды я был почти обручен. – Он скривился. – Я увидел, насколько мы не подходим друг другу, лишь когда мы с Деброй всерьез заговорили о браке. Более несовместимой пары не найти, даже если специально этим заняться.

– Что ж, ты явно извлек урок из своей ошибки. На этот раз ты решил жениться на незнакомке, забеременевшей от тебя после одной ночи, которую ты провел с ней в пьяном виде. Вот это подходящая для тебя пара.

– Мы составим замечательную пару, – настаивал Мэт. – Чем больше я узнаю о тебе, тем больше уверен, что мы созданы друг для друга.

Его непоколебимый оптимизм поразил ее. С детства она усвоила необходимость быть осторожной и осмотрительной и всегда готовой к разочарованиям и ошибкам.

– Ты сумасшедший, – выдохнула она.

Он покачал головой.

– Подумай хорошенько, Кейла. У нас одинаковые представления о ценностях: ты предана своей семье – сестре и этой свихнутой мачехе Ты их любишь и ценишь. У меня с моей семьей то же самое. Еще важнее то, что ты хочешь иметь детей и я тоже. Ты готова на жертвы ради своего ребенка. Ты доказала это, решив оставить нашего ребенка и вырастить и воспитать его, несмотря на трудности и неудобства, с которыми сталкивается мать-одиночка.

Кейла покраснела.

– Ты делаешь из меня эдакую богоматерь.

– Я восхищаюсь тобой и уважаю тебя за то, что на первом месте у тебя ребенок, а не ты сама, – с чувством сказал он. – Наше общество вступило в ту стадию, когда на первое место оно ставит нужды и права отдельной личности, а не интересы семьи. Людей других культур учат гордиться тем, что они жертвуют собой ради тех, кого любят, но у нас сейчас дело обстоит иначе.

У нее не было слов. Его утверждение о том, что она воплощает в себе эти традиционные, достойные восхищения добродетели, заставило ее почувствовать себя уверенной, гордой и сильной. Как можно спорить с тем, кто заставляет тебя ощутить такое? – спрашивала она себя, и голова у нее кружилась. И вообще, зачем это нужно?

– У нас будет хороший брак, – продолжал Мэт все тем же голосом, который словно гипнотизировал ее, приковывая к себе все ее внимание. – Возможно, мы не так хорошо знаем друг друга, как некоторые пары, когда они женятся, но глубокое доверие, близость и преданность не просто вручаются молодоженам в день свадьбы, Кейла. Их нужно создавать, и мы будем трудиться над этим каждый день.

Он снова дотянулся до ее руки, взял ее и опустил себе на бедро; их пальцы переплелись. На этот раз Кейла не вырывалась. Он и озадачил, и смутил ее. Весь ее жизненный опыт подсказывал, что их отношения обречены на провал, что ей не следует полагаться на него. Но внутри у нее теплилась искорка надежды, такая слабая, что она с трудом улавливала ее.

Они ехали по гористой сельской местности Пенсильвании, ее рука по-прежнему покоилась в его. Кейла следила за дорожными знаками, видела сколько миль они проехали. И по мере того, как они приближались к Джонстауну, ее беспокойство все росло.

– Джонстаун расположен в долине глубинного ущелья, на месте слияния двух рек. Ты видишь какой легкой добычей является город для рек во время разлива, – сказал Мэт, когда они спускались по крутой горной дороге, ведущей к расположенному внизу городу. – Две речушки сбегают с гор, Литл-Конмоф с востока и Стоуни-Крик с юга, и встречаются у их подножия в Джонстауне. Во время проливных дождей они обе превращаются в бурлящие потоки, несущиеся с гор, особенно весной. Сигнальная служба – как бы предшественник Национальной метеорологической службы – назвала грозу, вызвавшую Великий потоп, «самыми продолжительными атмосферными осадками века».

– Мне мало что известно о Потопе, но я, кажется, припоминаю что-то о прорыве дамбы.

Мэт мрачно кивнул.

– У рыболовно-охотничьего клуба Саут-Форка было искусственное озеро, созданное для развлечения его членов, угольных и стальных королей из Питтсбурга. Озеро было расположено в четырнадцати милях выше Джонстауна, и было известно, что в дамбе, сдерживающей озеро, есть строительные дефекты. После того продолжительного дождя дамба не выдержала, и вода хлынула с горы с силой Ниагарского водопада. В наши дни Парковая служба США заведует Национальным мемориалом, посвященным Потопу, находящимся на месте клуба. Музей, посвященный Потопу, расположен в центре Джонстауна. В нем находятся памятные предметы, уцелевшие во время Потопа, и ежедневно демонстрируется документальный фильм о нем, выигравший приз Академии. Как-нибудь в ближайшее время мы побываем в обоих местах.