Любовница (СИ) - "Кьяза"

— Тогда я думаю тебе полезно узнать, что сын Унриеля смертельно болен. В Ирдархе намечается кризис с престолонаследием. Да, есть еще малолетняя дочь, однако прецедентов наследования по женской линии раньше не было. Да и если честно говорить, девочка не может наследовать в силу генетического изъяна…

— Результат кровосмешения? — Дюэль сквозь прищуренные глаза наблюдал за начальником протокольного отдела.

— Прямого инцеста нет, но все таки они все равно одна родственная линия, пусть даже и слишком разбавленная. Причина уже не важна. Важно другое, прямые наследники могут не дожить, Унриэль староват для еще одного ребенка, да и Ариниэль уже не может забеременеть. Развод не предусмотрен. А значит, Унриэль начнет задумываться, в чью сторону склониться, кого из родственников приблизить. И ты знаешь, он очень умный человек, чтобы не воспользоваться любым способом.

— Я тебя услышал.

Рядом с чемоданом Эрга рабыни поставили небольшой саквояж.

— Вещи Мака там? — уточнил премьер-министр.

Весь разговор я просидела тихо, боясь даже пошевелиться. За обыденностью движений премьер-министра чувствовалась необъяснимая угроза. Вот он поднялся, вслед за ним встал Дигуэль, ставя чашку на небольшой столик. Старый раб принес пальто, но не рискнул помочь, в его глазах мелькнула слеза. Эрг Дюэль преувеличенно заботливо помог мне одеться, настояв на том, чтобы я оперлась на его руку. Дигуэль подхватил саквояж, Эрг — чемодан и мы направились к выходу. Позади послышались невнятные звуки. Я обернулась и остолбенела.

Рабы умирали. Вцепившись в ошейники, они пытались сорвать с себя удавки. Видно как краснели и синели лица, как вздувались вены, глаза вылезали из орбит, словно многорукий убийца с садистским наслаждением медленно душил людей. Но и этого было мало. Стенки гостиной начинал лизать огонь. Весело и бесшабашно он пробежал по карнизу, моментально накручивая в обжигающие комья занавески. Залихватски ломал мебель и грыз обои, бросая на корчащиеся тела огненные капли. Пожар набирал силу, однако не переходил границу, которую установил его хозяин, давая нам уйти без последствий.

— Не смотри, Аззи.

Эрг заставил меня отвернуться, сжимая в руках. Чемодан у него предусмотрительно перехватил Дигуэль, недовольно ворча:

— Подождать не мог?

— Больше никаких оплошностей. Аззи, не вздумай жалеть. Они сказали предполагаемым убийцам, что это твоя собака, подтвердили что ты здесь часто бываешь и сообщили возраст Мака. Из-за них ты потеряла друга.

— В ее состоянии это чересчур, Эрг, — не унимался альбинос.

Мы шагали по улице столицы Гарустажа. Меня крепко держали за плечи. Вокруг бушевала толпа, вопили о пожаре, носились люди, стараясь потушить “дом важного вельможи”. А мы шли, словно нас это не касалось.

— Она хотела мести. Сколько мог- дал. И больше скажу, Дигуэль, найду зачинщика, самолично блокирую ей чувствительность, лишь добавлю гормонов эйфории, когда буду его четвертовать. Если она захочет.

— Хочу, — тихо сказала я, поражаясь собственность жестокости. Было ли сейчас жалко погибающих рабов? Нет. Они предали, за что и понесли наказание. Когда то я думала, что мы похожи. Да я и сейчас так думаю, вот только с небольшой поправкой — у них был выбор, они его сделали и ответили за него. У меня тоже есть выбор. И я тоже сама за него отвечу.

Глава 12

Ночь прошла в метаниях. Боль от потери единственного друга, осознание, что предателем и наводчиком убийц может оказаться любой встречный наложились на впечатление от массовой казни рабов, которую устроил Дюэль. Стоило мне прилечь или просто на мгновение прикрыть глаза, как я видела огонь, пожирающий людей. Совесть, моя совесть еще не окончательно умерла. Уже утром меня довела простая бытовая мелочь. Когда я постаралась расчесать волосы, то не смогла. От бесконечных метаний они спутались почти до колтунов. Я посмотрела в зеркало и не выдержала. Рванув ящик стола, достала ножницы. Три широких взмаха и женское богатство, светлые волосы осыпались на пол. Из зеркала удивленно выглядывала девушка с неровным каре. На мгновение испугалась, ведь император любил перебирать пряди после страстных игр. Но лишь на секунду. Потом даже пришла злорадная мысль — может император не любитель модных тенденций и это сподвигнет его отвернуться?

Зато следующие полчаса я уже не обрадовалась сиюминутному порыву. Выровнять прическу самостоятельно не удалось. В итоге заставила себя одеться и, спрятав неудачный эксперимент под цветастую косынку, направилась в парикмахерскую, для разнообразия выбрав салон близ резиденции.

Мастер сдержанно спросила, что я хочу, холодно оценив домашнее творчество. Но сейчас внутри что-то перемкнуло, открытая брезгливость не рассердила и не смутила как раньше.

— Выровняйте, и покажите несколько вариантов укладок, — вежливые слова исчезли из моего лексикона.

Парикмахер удивилась, однако взяла себя в руки, выполняя каприз клиента.

Короткие стрижки у женщин только входили в моду, поэтому на меня оборачивались на улице. Некоторые замужние женщины неодобрительно качали головами, но мне было все равно. Новая укладка на косой пробор позволяла не использовать головной убор.

Уже привыкшая не покупать еду в незнакомых местах, я обедала и ужинала дома. Буквально за несколько дней до этого Дюэль принес новые дозы яда. Вспомнив, что не приняла их утром, я тут же выпила сразу две.

Император вместе с премьер-министром уехали в Нуар с однодневным визитом. Завтра утром прилетят на самолете, будет сюрприз. Я грустно усмехнулась, понимая, что за окном сумерки, а все дела сделаны и спать не хотелось. Накатывала тоска, мне не хватало топота лап по паркету, горячего языка, которым меня Мак облизывал, сбив с ног по приходу с работы. Побродив по квартире, подошла к кухонному шкафу и достала маленькую бутылку вина. С момента начала двойной жизни я пристрастилась к алкоголю, о прежнем трезвом образе жизни можно забыть. Эта была одна из тех маленьких бутылочек, что принес мне Эрг Дюэль, строго наказав, что если я не выпиваю все, то выливать остатки в раковину. Да, на квартире щиты, продукты проверяются, но как показала жизнь, всегда найдется лазейка. Я уже выучила почти все запахи, по которым можно определить яд. Изыски почти пропали из меню, как и пряности, уступив место простым блюдам без излишних рецептурных сложностей. Простое рагу из мяса и овощей, белый сыр, каши без подслатителей. Закупаемая провизия не вызывала ни у кого удивления, считали что я экономлю. Различными яствами меня баловали в пустыне Вьетар и в доме в Гарустаже. Последнего больше нет.

Я вздрогнула, понимая, что мне повезло, что не отравили там. Отгоняя мрачные мысли, вскрыла бутылку. Немного принюхалась, но не заметила ничего подозрительного. Вспомнилась старая легенда о безоаре. Геммологи отрицали его как камень, еще бы. Это же конкремент животного происхождения, катыши свалявшейся в желудка жвачных представителей фауны или травы, или шерсти. Жители Ирдарха отрицали его волшебные свойства и даже брезговали им заниматься, хотя научные исследования подтвердили, что безоар поглощает соединения мышьяка. Может потому и отрицали, что он и без их умений был вполне себе волшебный. Интересно, а я смогу найти безоар без помощи императора и премьер-министра? Хотя вряд ли, мои расспросы могут вызвать подозрения. Когда вернутся, надо поговорить с ними.

Налив полбокала вина, я отрезала ломоть сыра и с ногами забралась в кресло с очередной книгой из Ирдарха. Как показали полевые испытания, в развлекательной литературы порой прячутся интересные факты. Надо их найти и проверить.

Через час я отставила пустой бокал и потерла уставшие глаза. Странно, вроде свет горит, но почему-то в комнате мрачновато. Может, лампа перегорела? Я встала, и меня тут же качнуло. Ноги словно ватные. И вновь в голову полезли предательские мысли, неужели отравили? Шаг — пол качнулся, шаг — боль в ступне, шаг — и в глазах потемнело. Яд! Судя по начинающейся боли в желудке — яд! Я сделала попытку развернуться, чтобы добрести до телефона. Надо вызвать Прачрита! Увы, дойти не получилось, я рухнула у двери комнаты. Ночь кошмаров только начиналась.