В тени Рюджина - Халег Чудинов

сумрак, освещение только через световые колодцы. Потолок вообще терялся во мраке, но мои чувствительные к свету глаза ясно различили галерею, на которой тоже маячили самураи. У них там, наверное, хороший обзор на все происходящее снизу. И обстрел тоже. Попасть под перекрестный огонь дальнобойных приемов самураев даже Санедайме Райкаге будет неприятно.

Должен признать, что осознание угрозы собственной жизни хоть и нервирует, но изрядно дисциплинирует.

— Молодежь нынче совсем бессовестная, — прозвучал в темном зале хрипловатый голос. — Позволять себе опаздывать мне в пору, но я прибыл первым.

Я обернулся на звук в сторону давно примеченного мною человека, сидящего за широким столом в форме подковы. Старик явно постарше моего провожатого Шингена. Да и статью совсем в сравнение не идет с самураем.

Оноки, Третий Цучикаге, никогда не отличался высоким ростом, но в молодости имел хотя бы побольше мышц. С возрастом же он слегка похудел и усох. На фоне своего зятя он и вовсе выглядел карликом — сто тридцать пять сантиметров роста против двухсот пятнадцати.

— Хо-хо, Цучикаге-доно, неужели вы спешите причислять себя к пожилым людям? — не обидевшись на ворчание Оноки, спросил я, шагая столу. — Чуть более полвека — это же возраст самого расцвета сил.

У стола стояло три кресла. И это, по центру подковы, похоже, предназначено мне. Именно на нем изображен иероглиф, обозначающий звук. Усевшись в него, я обвел еще раз рассеянным взглядом помещение и удовлетворенно кивнул самому себе.

Техника Муджин Мейсай Второго Цучикаге используется во всех видимых мне диапазонах, даже исходящего тепла не чувствуется. Так же скрываются запахи, звуки и чакра, но я прекрасно ощущаю идущие по полу вибрации от движений невидимого мне человека. Значит, все четыре шиноби Ивагакуре — в этом помещении: Оноки слева от меня за столом, тип с торчащими в стороны волосами — Гари, капитан отряда подрывников, у стены позади Цучикаге, и там же Кицучи. И этот невидимка ходит справа от меня, всего в нескольких метрах.

— К тому же я прибыл вовремя, — продолжил говорить я, уже глядя на Цучикаге. — И даже раньше назначенного времени на десять минут.

Сощурившись, Оноки недовольно покачал головой.

— Никакого уважения, — покровительственным тоном пожурил он меня. — С приходом Эпохи Деревень молодежь совсем перестала чтить старших.

В ответ я восхищенно посмотрел на старичка.

— Цучикаге-доно, с годами ваша мудрость растет, — уважительно произнес я. — Чуть больше сорока лет назад возле памятника ваш дед был для вас беспомощным стариком и скрягой, а сейчас вы говорите о почтительности к старшим. С возрастом пришло покаяние.

Несколько секунд мы с Цучикаге безмолвно переглядывались.

— Паршивец… — негромко проскрипел Оноки, нарушив молчание. — Как ты это делаешь?

— Я просто знаю, — безразлично ответил я. — Знаю, потому что я — это я.

— Ха-ха, — скривившись, сухо рассмеялся Оноки. — Достойный ответ. Для зазнавшегося пацана.

— Все мы были молоды, — отмахнулся я. — Молодость — это не порок. Молодость — это море возможностей в будущем. Главное, не «потерять себя», встретив на пути излишне надменного старшего.

После своих слов я удовлетворенно наблюдал за реакцией Оноки. Цучикаге невольно сжал кулаки, а зрачки едва заметно расширились. Судя также по едва заметно покрасневшему лицу и увеличившемуся ритму дыхания, старичок заволновался. Значит, я подобрал правильные слова. Хотя бы часть дела на сегодня уже сделана.

Правда, его невидимка, заметив волнение начальника, тоже занервничал. И мне не понравилось, как он заходит ко мне со спины. Пришлось приложить дурочка тем, что местные называют Сакки. Неоформленный ментальный удар, содержащий исключительно духовную энергию я начал отрабатывать недавно в рамках тренировки по укреплению своей инь-составляющей для управления несколькими клонами. Для шиноби Сакки, как правило, это намерение убийства, сильное желание убийства. В общем, что-то завязанное на эмоции. У меня повторить в точности прием не выходило, но привести человека в смятение все же получалось.

— Райкаге скоро будет здесь, — лениво сказал я, глянув на Оноки. — Собрание начнется с минуты на минуту. Надеюсь, ваши спутники, Цучикаге-доно, все знают свое место?

Оноки, уже успев прийти в себя, снова просверлил меня взглядом, после чего, сделав едва уловимый жест рукой, сказал:

— Конечно.

Невидимка за моей спиной торопливо убрался к Гари и Кицучи. Я удовлетворенно кивнул, обозначив, что оценил любезность Цучикаге.

В этот момент со стуком распахнулись створки дверей в зал, и из сумрака коридоров самурайской цитадели в столб света вышел мощный смуглый гигант. Хотя по росту-то и весу он уступал скрывшемуся в сумраке за спиной Цучикаге Китцучи, но зятек у Оноки все же пока молод, так что немного уступающий ему в росте Третий Райкаге все равно затмевал своей мощью всех окружающих.

— Приветствую, — немногословно поздоровался Райкаге и направился к свободному креслу.

Для своего телосложения этот человек двигался с удивительной грацией. Так с первого взгляда и не скажешь, что он на нее способен. Немного иного ожидаешь от горы мышц, которые Райкаге и не особо скрывал, прикрыв торс одной лишь белой накидкой, выставив напоказ изломанный шрам на правой стороне груди и печать в виде иероглифа, обозначающего молнию, на правой же руке. К тому же, Третий Эй был уже в возрасте. Вот уж кто точно не перестает заниматься совершенствованием своих навыков.

На фоне появления Райкаге немного потерялись его спутники. Как я и предполагал, одним из них оказался Торой. Бледнолицый и черноволосый, что для Кумогакуре не самое типичное сочетание, шиноби помимо приметного апатичного выражения лица имел улучшенный геном Стихии Магнетизма. Этот тип улучшенного Сейшицухена тоже не распространен в Деревне Облака. Он вообще встречается исключительно на западе, в Стране Ветра и прилегающих странах. Там же, где много владеющих Стихией Ветра, которая сама по себе нечасто встречается, ниндзя.

Второй сопровождающий Райкаге уже был более типичным представителем Кумогакуре. Старший Джей — долговязый и сухопарый смуглый шиноби, он считался неплохим сенсором и имел широкий арсенал техник Стихии Шторма.

Когда Третий Райкаге занял свое место, в зале появились представители самураев. Три человека, среди которых был уже виденный мной Шинген Сага и заочно знакомый Дайме Страны Железа.

— Приветствую, — встав за небольшую трибуну, которая располагалась напротив стола для гостей, поздоровался дайме. — Я главнокомандующий Страны Железа, Мифуне. Я буду