Время Уродов - Александр Грог

  - Проявятся? Все проявятся? И что тогда?

  - Посмотрим.

  - Посмотрим?!

  - Ну, что ты пристал? Это - эксперимент. Мы идем к пониманию экспериментальным путем, - сказал Желудок, и все онемели. Только Лекарь рот открыл, но ничего не сказал - тихонько крякнул.

  - Верните машинку!

  - Нет.

  - Тогда нельзя бы меня на время вашего эксперимента куда-нибудь подальше отправить? Хотя бы в тюрьму мэрии? - попросил Восьмой...

  Давно это событие было, но не забудешь. А до этого еще одно, изрядно Восьмого подкосившее.

  - Хочешь в своего Прилизанного заглянуть, в мысли его? - спросил Лунатик.

  - Очень надо! - воскликнул Восьмой возмущенно, но потом подумал, что, действительно, надо. Ведь так и не понял, что за урод этот метропольский - Прилизанный, которого теперь как Высохшего знает, который своей блестючки лишился, а сам теперь в той огромной куче трухли, что вынесли из Усадьбы. Но больше хотелось не мысли прилизанного, а саму Метрополию его глазами увидеть, пусть даже через Лунатика. Про Метрополию много чего говорят шепотом, но мало кто ее видел, чтобы врать занятно.

  Лунатик теперь частенько с Желудком сидит, за руку его держит, в глаза смотрит - должно быть, какие-то картинки видит - тот ему то ли своими глазами передает, то ли по-иному, видно, что еще и шепчет что-то пересохшими губами.

  Восьмой сам (сдуру очевидно) не выдержал, сам пришел, и сам попросил Лунатика Метрополию показать - то, как ее Прилизанный видел, когда жив был.

  Лунатик, пока Мастер не видел, втихоря Восьмого к Желудку привел. Одной рукой за руку его держал, второй веко у Желудка на глазу оттянул и заглянул туда. И Восьмой, вдруг, стал самим Прилизанным с мыслями его и чувствами...

  ПРИЛИЗАННЫЙ

  Дядя умер в 15:20.

  В 15:21 был распакован файл завещания. Как только семейный адвокат подтвердил смерть, файл был разослан по адресам, которые были в нем указаны. Наследники, уже каждый своим ключом вскрыл, кодировку и все, кроме одного, чертыхнулись. Сенсации не произошло. Состояние, за исключением, принятых к этому случаю налогов, перешло к ближайшему наследнику - внучатому племяннику ...

  Наследник в момент получения файла сидел в третьем подвальном этаже зала заседаний административного аппарата компании, на которую работал последние шесть лет, всеми правдами и неправдами продвигаясь по служебной лестнице.

  В 15:24, прямо на совещании, самым некорректным образом использовав свое служебное время, он ознакомился с завещанием.

  В 15:26 он, делая вид, что внимательно слушает доклад помощника начальника отдела финансов о продвижении мобильных средств компании, он (опять-таки, используя служебное время и, вдобавок - что усугубляет проступок - линию компании) своим личным кодом подтвердил, что вступил во владение. Тут же, сняв 90%, со счета, при этом даже не поинтересовавшись какую сумму составляет наследство (впрочем, такой интерес потребовал бы дополнительного кода личного адвоката семьи), он все это перевел на оплату особого единовременного заказа. Еще он выставил на торги свой личный мозговой чип (класса 4-би) 'в хорошем состоянии, срок службы полтора года, владелец не страдает хроническими мозговыми и иными отклонениями' - немаловажная деталь, поднимающая цену, поскольку фон личности, который за этот срок впитал в себя чип, явно в пределах нормы. Продажа стандартная: без содержания информации и программок прежнего владельца на нем находящихся...

  Все это проделал очень быстро. На секунду его смутило, что чип дядюшки был на два порядка выше, чем у него сейчас. И все-таки, едва не распорядился захоронить его вместе с ним - этакий широкий жест, которым потом можно блеснуть в кругу знакомых, мол: 'а я, вот, вчера утилизировал доставшийся мне в наследство чип 7-би - понимаю, что мотовство, но дядюшка так к нему привык... так привык...' Хотя, не сомневался, что никогда бы не дошел до подобного извращения, что дать распоряжение пересадить дядюшкин чип себе. Пусть он и на целых два класса выше. Дядя владел им не менее пяти последних лет, да еще был весьма сильной (ну по крайней мере эмоционально вздорной личностью - это точно) и фон, который перенял чип за этот срок, мог бы превратить жизнь в ад. Влияние оказало, что он всего лишь с недавнего времени второй помощник с соответствующей положению зарплатой, а душой еще более ранний, не свыкся. Что можно жить не экономя на мелочах, потому просто не решился на такой широкий жест. Чип 7-би стоил гораздо больше, чем его годовая зарплата. Не придется блеснуть перед новыми соседями этакой коронной фразой - 'велел закопать вместе со стариком, они же столько времени были вместе...'

  Поплотнее прижал к виску коробочку передачи информации и отдал последние распоряжения по этому поводу...

  В бункере совещаний (начальник любил называть его древним словом 'бункер'), все это не прошло незамеченным, нашлись те, кто обратили на него внимание (кто явно - неодобрительно покачав головой, кто скрытно - это те, кому по должности еще не позволялось выражать свои эмоции, а только вникать в слова, действия и выражения лиц вышестоящих). Сам начальник, стоящий над начальника отделов, не любил, когда коробочками связи пользовались во время совещаний - они были необходимы, чтобы мгновенно получить какую-то необходимую справку, связаться с консультантом. Хорошо еще, что еще никто 'из нормальных' не научился передавать и получать информацию ментальным образом, а то бы вся секретность расползлась медузой под лучами солнца.... Достаточно иметь в отделе одного 'крота' из так называемых уродов, но на сегодня (в этом он был уверен), таких не было ни у него, ни во всех наземных корпусах - все, от рядовых сотрудников до начальников отделов, включая их штатных и внештатных гражданских помощников, регулярно сдавали кровь для анализов. А при принятии решений, которые могли повлиять на внешний мир, на котировки, не допускались на поверхность раньше, чем первый свой ход сделает он сам - их начальник. Потому как, в первую очередь - процветание фирмы, во вторую - его, и только в третью - всех остальных. Впрочем, первую и вторую позицию можно иногда менять местами.

  Связь с внешним миром не возбраняется - всегда есть необходимость получить какую-нибудь справку, отдать мелкое распоряжение, но все же, что выходит отсюда по линиям связи, можно потом проконтролировать. - И разоблачить гаденыша! - подумал начальник, смотря в упор на этого, даже не начальника отдела, а его помощника, который свой лимит нахальства использовал, даже превзошел. Опять попытался сосредоточиться на том, что сейчас втолковывают Бухгалтерия и Отдел Сбыта, как объясняют свой провал последних недель и чувствовал нарастающее раздражение.

  Естественно, жалуются (ну почему все жалуются! - как это надоело!). На что же в этот раз? Понятно, что из-за последней, навязанной небесными программки, производство которой уже идет полным ходом, баланс нарушен. Проект с самого начала считался убыточным. Но здесь завязано многое - кое-какие игры с налогами, личные связи, взаимный интерес, пересечение с... Впрочем, про это и думать нельзя. Обыкновенно всем крупным компаниям спускались государственные заказы, слабо проплаченные, даже иной раз и вовсе идиотские, спускались после ряда неофициальных переговоров и, как бы, в качестве личной инициативы самих компаний-разработчиков. Это была, так называемая 'помощь госучреждениям'. Иной раз даже и премировались государственными вознаграждениями (что, как и сама последующая продажа, не восполняло и сотой части затраченного). И ничего с этим поделать было нельзя. Лишь только в тот момент, когда эти программки распространялись бесплатно в государственном секторе, они могли быть фирмой-производителем одновременно выставлены на продажу в секторе частном - том. Что приносит доход. Компенсировать такие затраты при условии тотального процветания черного рынка невозможно. Даже борьба с ним, иногда и сплошь противозаконными драконовыми мерами, во времена, когда какая-нибудь из компаний терпит слишком сильные убытки, много выше расчетных, приносит временный успех - слишком велика прибыль.

  - Аналитический отдел? Есть что сказать?

   Начальник Аналитического отрицательно покачал головой, но его помощник, сидящий за спиной, именно тот самый, что некорректно воспользовался внешней связью, подключив ее к своему чипу, неожиданно подал голос.

  - Проблема решается достаточно легко, - сказал он. - Можно даже получить некоторую прибыль...

  Слово 'прибыль' магически действует служащих аппарата управления. Как слово 'на!' породистой собаки - сразу же навострит уши, сделает стойку. Сказавший это слово, какую бы должность он не занимал, должен быть выслушан со всем вниманием.

  - Государственные учреждения будут снабжены этой программкой, значит, свою часть договора, можно считать, мы выполнили, так? - сказал он, повторяя общеизвестное. - Нашей долей прибыли может являться лишь наш собственный тираж, тот самый, который лишь единовременно может вступить в свободную продажу, никак не раньше, ведь так? - опять задал он вопрос, повторяя вещи всем давно известные. - Проблема заключается в том, что это время программка, пусть и еще урезанная, без бонусов расширения и дополнительных, уже заложенных в нее модернизаций, которые мы обычно придерживаем, не просочилась через госструктуру к черным копировальщикам, которые разобьют ее на части и потом начинают собирать, вытряхивая защиту. Они ее скопируют, так или иначе, хотим ли мы этого или нет. Вопрос - как быстро. Мы традиционно удерживаем уровень продаж, создавая новые варианты защиты, что, опять-таки, увеличивает наши собственные затраты и в конечном счете сам продукт...