Гимн шута 4 - Антон Сергеевич Федотов

— СИБ, — коротко ответил Председатель Правления.

— Чтооо⁈ — тут уж даже терпения братьев не хватило.

Вот это — действительно шутка знатная.

— С Юсуповым на связь вышел официальный представитель Службы, — прищурился от удовольствия Глава. — Как оказалось, глайдеры барражировали в зоне особого контроля, отчего их вежливо попросили покинуть запретную зону.

Анатолий Георгиевич задумался.

— А где тогда Павел и остальные? — уточнил он с подозрением, что сейчас услышит очень странный ответ.

— В той самой особой зоне, — хмыкнул Игорь Георгиевич. — Как оказалось, молодой человек умудрился выбить разрешение для себя «и сопровождающих», заранее всех предупредив об особенностях поведения на местности.

— А «уральцы», стало быть?.. — выдвинул предположение Валерыч.

— Решили проверить границы допустимого, за что и огребли, — с удовольствием продолжил Председатель Правления. — Кстати, чуть досталось и Воронцовым. Однако они обвинений не выдвигали. Видимо, их Павел предупредил, кто именно хозяйничает на тех землях.

— Стало быть, отбой тревоги? — поинтересовался отец «бунтаря».

Однако тут вскинулся глава безопасности клана.

— Нет, — коротко наложил он свое «вето», положив большой и толстый на мнения братьев. — Децентрализация на двеннадцать часов. Поставить в известность Елизара Петровича. Все, работаем.

Роднные братья только вздохнули. Воевода серьезно добавил им жизненных неудобств своим решением. Однако он был в своем праве. Так что…

— Итак, господа, — подвел итог воевода. — До встречи через двенадцать часов.

Мужчины, конечно, побурчали про себя. Но подчинились без споров. Тем более, уже следующим днем им предстояло совещание с казначеем. Вот где все трое, и в этом никто не сомневался, огребут по полной программе.

* * *

— Что у тебя с ней было⁈

Павел вздохнул. На миг задумался, какую именно «ее» имеет ввиду собеседница, но, не прийдя ни к каким выводам, все же решил уточнить:

— Ты о ком, Виктория?

При этом клановец покосился на безжалостно расправляющуюся с салатом сестренку. Обсуждать при ней никакой из аспектов своей личной жизни не хотелось, но Юсупову, кажется, чуть понесло.

Возможно, так же считали и одноклассники за несколькими соседними столиками. Лица им удалось сохранить, но после возгласа «уральской принцессы», внимание спокойно обедающему в центральном зале Классов Волконскому, было обеспечено.

Впрочем, за последними событиями, ему как-то до таких мелочей уже дела-то и не было.

— С ней! — «уточнила» отчего-то злая «уралочка».

Почему злая? Потому что, будь бы иначе, вряд ли бы она ворвалась в зал подобно вихрю, без разрешения рухнув за стол к обедающим брату с сестрой.

— Во-первых, — коротко вздохнул Волконский. — Здравствуйте, леди. Во-вторых, конкретезируй вопрос, пожалуйста.

Молодой человек действительно не понимал. Если бы речь шла о Елене или Катерине, то почему тогда «с ней»? Логичнее было бы предположить местоимение «с ними». Тем более, девушки предпочли трехместную палатку по собственному выбору. Клановца подобный выбор заставил усомниться, но обе заверили, что вести себя будут тихо и мирно. И в высшей степени прилично. Обе не обманули. Павел отлично выспался, «обложенный» с двух сторон красавицами… но и только.

Светлана, кстати, от салата оторвалась и с любопытством наблюдала за разворачивающейся словесной баталией.

— Доброго дня, Павел Анатольевич, — чуть ли не сквозь зубы выдавила девица. — Доволен?

— Относительно, — вышужден был признать клановец. — Теперь перейдем к вопросу, что именно заставляет тебя интересоваться моей личной жизнью?

«Уралочка» зашипела рассерженной кошкой.

— Мы с тобой все-таки будущие муж и жена, — прошипела она и, тут же, чуть осекшись, прибавила. — Все так считают!

«Не аргумент!» — мысленно решил парень.

— Это их проблемы, — коротко ответил он вслух. — Ну а то что произошло в лесу, то там и останется. И не тебе, дорогая моя, устраивать сцены ревности, ясно?

— Не мне, говоришь!.. — буквально прошипела разъяренная девушка. — А как же моя репутация⁈

— «Дорогая моя», — как бы ни к кому не обращаясь, повторила сестренка с таким чувством, будто решила попробовать эти слова на вкус.

Ответом ей стал косой взгляд, брошенный раздраженным братом. Девушка тут же подняла лапки вверх. Метафорически. Мол, молчу-молчу…

— Так нечего было делать необдуманные заявления, — пожал плечами Павел тоном «твои проблемы».

— А с кем именно у моего брата «что»? — поинтересовалась сестренка, умудрившаяся все столь же стойко сохранять образ Ледяной королевы. — С Еленой?

— Чтоооо?!! — тут же протянула Вика, резко поворачиваясь к Павлу.

— Ну и ну, — коротко заключил тот, пожимая плечами.

Никто ведь и не скрывал уже несколько месяцев, что Елена Кошкина его любовница. Однако, кажется, «жена узнает последней». Даже гипотетическая.

— Ты… Серьезно⁈

— Более чем, — заверил Волконский, ни на грамм себя виноватым не чувствуя.

Светлана же только хмыкнула, буквально кожей почувствовавшая «посыл» брата. Добивай, мол.

— Ммммм, — предположила Волконская. — А чем тебе тогда Катерина не угодила? Прекрасная же девушка.

Глаза «уральской принцессы» распахнулись совсем уж неприлично. Дыхание сбилось, а сама она явно напряглась.Хотя ничего такого особенного в этом не было. И урона для чести кого-либо из участников — тоже. Такие «факты в биографии» даже и скрывать особо принято не было.

Вот теперь брат с сестрой переглянулись с некоторым любопытством. Очень уж интересно стало обоим, кого именно имеет ввиду Юсупова.

— Я… — похлопала чуть недоменно ресничками девушка. — А как же?.. Бешенная ведь!

Вот теперь настала пора удивиться Павлу и Светлане.

— Нормально, — решил клановец, негромко хмыкнув.

— Веско, но на полметра мимо, — ответила строкой из классики его сестра.

— Я… я пойду, навероное, — решила девушка и предприняла попытку подняться со стула.

— Стоять!

Оба Волконских мягко, но стремительно взмыли со своих мест, поймав попытавшуюся сбежать «принцессу» под белы ручки.

— А ну рассказывай, — потребовал Павел, помогая девушке занять свое место в кресле. — Нам очень интересно.

Светлана согласно кивнула в своей непередаваемо грациозной манере, но следить, чтобы их подопечная не восспользовалась правом на «свободу воли», она не переставала ни на миг.

«Уралочка» вздохнула и начала каяться.

В тот миг, когда Павел разговаривал с ее братом у костра, она решила прогуляться по лагерю. На компанию бойцов СИБ и друзей Павла она натолкнулась случайно. Те сгрудились возле одной из палаток и, не обращая внимания ни на что вокруг, деловито уничтожали коньяк за душевным разговором. Девушку