Однажды встретившись… - Марджори Льюти

Леон с улыбкой вышел ей навстречу.

— Только что звонила Каролина. Я рассказал ей, что вчера Гленис решила отказаться от предубеждений и пригласить Жан-Клода на обед. Сама понимаешь, Каролина пришла в восторг. Она просила передать тебе огромное спасибо. Она подозревает, что твое слово оказалось решающим в разговоре с ее мамочкой. Каролина поведала мне о своих проблемах, когда мы были в Монте-Карло, и я обещал помочь ей. Ты будешь завтракать? Я уже ел, но готов сделать тебе кофе. У меня есть свежие круассаны.

Джози опустилась на стул. Как же она плохо думала о нем! Ей стало стыдно и неловко. Ведь она не может даже извиниться за свои мысли!

— Я выпила бы немного кофе, — попросила она. — А больше ничего не надо, спасибо. — Она прикусила губу, чтобы остановить подступающие рыдания. Когда Леон возвратился с кофе, она поблагодарила его, добавив: — Но ты мне ничего не должен.

— Чепуха! Для тебя я сделал бы гораздо больше, чем чашечка кофе, и ты должна знать об этом. — Их глаза встретились, и Джози поняла, что видеть Леона становится невыносимо больно. Она должна уйти. Немедленно.

В этот момент раздался шум подъезжающего автомобиля, и Леон поспешил на улицу.

Джози потерла горло. Вот оно, начало конца. Она должна быть на высоте и не терять контроля над своими чувствами.

Леон возвратился через несколько минут, Чарлз шел рядом с ним. Отец выглядел безупречно красивым в белом льняном костюме с сапфирово-синей рубашкой. Он просиял в ответ на приветствие Джози.

— Ты выглядишь лучше, чем обычно, милочка.

— А ты выглядишь очень довольным. — Она нежно погладила его по щеке. — Хотя ты не имеешь никакого права быть счастливым. По твоей вине мы с Леоном едва не получили нервный срыв, пока ожидали твоего возвращения. Ты не потрудишься сообщить нам, кому принадлежит вилла?

— Я знаю, знаю, что заставил вас страдать, — покаянно сказал Чарлз. — Я уже извинился перед Леоном и теперь прошу прощения у тебя, Джо. Когда я услышал, что вы оба здесь, я должен был немедленно вернуться и прояснить ситуацию. К моему позору, я слишком наслаждался путешествием. Ф-фу! Как жарко. Можно, я сниму пиджак? — Он снял пиджак и упал на стул около стола, где Джози пила кофе.

— Большой стакан освежающего напитка, Чарлз? Как насчет джина с тоником? — предложил Леон, уходя на кухню за высоким стаканом, который Чарлз опустошил в три глотка.

— Уже лучше, — улыбнулся им Чарлз. — Теперь можно заняться делами. Стыдно признаться, но я совсем забыл, что «Мон Абри» действительно купила мать Джози. Это случилось давным-давно, но едва я полез в архивы, как выяснилось, что прав Себастьян. «Мон Абри» принадлежит Джози. Мы с ним проверили все бумаги. — Чарлз коротко усмехнулся. — Себастьян никогда меня особенно не любил. Но продолжим. Итак, Леон владеет основным домом, а Джози — меньшим. Что мы можем сделать? Проще всего было бы купить у тебя, Джози, твое маленькое имение и уговорить тебя приобрести другой дом. — Чарлз достал из кармана пиджака сложенный пополам лист бумаги. — Посмотри, Джо, как тебе понравится вот это, — сказал отец, вручая дочери бумаги. — Прелестный домик недалеко отсюда, ниже по склону холма. Если тебе понравится, ты можешь посмотреть на него уже сегодня в полдень.

Джози развернула бумаги и увидела фотографию маленького дома, наполовину скрытого за деревьями. Ниже приводились характеристики, и она не потрудилась прочесть их.

— Если ты согласишься на обмен, я сам выплачу разницу в цене.

Джози положила бумагу на стол.

— Мне нужно все обдумать, — произнесла она, глядя на Леона. Он откинулся назад на своем стуле, полуприкрыл глаза и не проявлял никакого интереса к беседе.

Чарлз встал.

— Я оставлю вас, договоритесь без свидетелей. А теперь, если у вас найдется запасная кровать, я очень хотел бы немного отдохнуть.

Леон немедленно поднялся.

— Конечно, я провожу тебя наверх. Ты, наверное, устал путешествовать.

— К тому же это так утомительно — жениться в четвертый раз, — поддразнила его Джози, заставляя себя улыбнуться. — Что ты сделал со своей новой женой?

— Оставил дома, — признался Чарлз. — Сначала я должен разобраться с вашими неприятностями, а у Габриеллы много друзей в Лондоне. Но я вернусь к ней, как только вы придете к какому-нибудь решению. Боюсь, не смогу остаться погостить у вас. Я улечу первым рейсом.

Джози взглянула на Леона.

— Я говорила тебе, что Чарлз обрел свое счастье, женившись на американке?

Леон пожал руку Чарлзу и поздравил его, а потом повел в гостевую спальню.

Вскоре Леон вернулся, сел напротив Джози и взял рекламную листовку.

— Очаровательный домик. Как ты думаешь?

Она решительно покачала головой.

— Нет, я не хочу оставаться в Ментоне. Вернусь в Лондон с Чарлзом и поживу с ним и с новой мачехой, пока не найду хорошую квартиру. А теперь я пойду собирать вещи. Мне надо быть готовой, когда Чарлз проснется.

Леон кивнул. Джози знала, что больше не сможет сказать ни слова. Ее горло сдавливали рыдания.

В спальне она сложила вещи. Особенно тщательно свернула новый желтый костюм. Она все еще не расплатилась за него с Леоном. Но сейчас у Джози не было сил спускаться и обсуждать эту тему. Она попросит, чтобы Чарлз отдал долг, когда увидится с Леоном в следующий раз…

Джози немного постояла перед окном, но слезы застилали ей глаза, и она ничего не видела перед собой. Девушка вспомнила, что именно здесь влюбилась в «Мон Абри». Она повернулась спиной к панораме и несколько минут собирала все свое мужество, чтобы сделать то, что должна. Наконец Джози подняла несессер и дорожную сумку. В последний раз окинув взглядом пустую комнату, девушка медленно двинулась вниз, отнесла вещи к передней двери виллы, а затем вернулась на террасу.

Леон все еще сидел там, где Джози оставила его.

— Прощай, Леон, — произнесла девушка, протягивая ему руку. — Я буду ждать Чарлза в автомобиле. Пожалуйста, расскажи ему о нашем решении, когда он спустится.

Леон поднялся и взял ее руки в свои, сжав с силой, чтобы Джози не смогла вырваться.

— Не уходи, Джози, — прошептал он низким, хриплым голосом. — Я никогда не прощу себе, если позволю тебе уйти. — Они смотрели в глаза друг другу. — Знаешь, я должен тебе предложить… Ты выйдешь за меня? Я безумно люблю тебя. — Его голос был таким глухим, что Джози едва расслышала слова.

Чудо случилось!

Тяжелый комок в ее горле медленно таял. Джози все еще не могла говорить, но любовь светилась в ее глазах, когда она слабо улыбнулась, выдыхая его имя.

Леон посадил Джози к себе на колени, целуя ее губы, глаза, шею… Джози положила голову ему на плечо, и тогда Леон достал футляр и посмотрел на кольцо.