Однажды встретившись… - Марджори Льюти

Леон придвинулся ближе к девушке. Он взял ее ладонь и начал рассказ:

— Я хочу объяснить тебе, почему скрывал от тебя историю своей семьи. Раньше я не хотел, чтобы ты знала о них. Но теперь… теперь я должен объяснить, почему так сильно желаю получить «Мон Абри» для своей семьи. — Он сделал паузу, глядя вниз, на их соединенные руки. — Мой отец умер приблизительно полтора года назад. Моя мать француженка, выросла в Ментоне. Она всегда хотела вернуться сюда, когда отец ушел на пенсию. Но когда он внезапно умер, она решила, что предпочитает оставаться в Лондоне, чтобы быть рядом с моей сестрой Кейт. Она помогала ей с тремя маленькими сыновьями. Но три месяца назад Кейт и ее муж попали в автомобильную катастрофу, возвращаясь с вечеринки. Нейл умер в больнице, а Кейт получила такие ужасные травмы, что никто не верил в ее выздоровление. — Леон замолчал, переводя дыхание. Когда он продолжил рассказ, его голос звучал неестественно спокойно. — Конечно, мне пришлось потрудиться. Я нашел няньку для четырехлетних близнецов и малыша, которому еще нет и двух. Перевез маму в квартиру Кейт, чтобы дежурить в больнице и быть там, когда… если Кейт вернется домой. Кейт начала поправляться, слава богу. Но врачи не знают, сможет ли она ходить. Мама, разумеется, будет заботиться о ней и помогать с детьми. Но им тесно в маленькой квартире… Вот я и пытался что-то сделать. Именно тогда я встретил Чарлза. Он рассказал мне о вилле и уверил, что я смогу купить оба дома, объединить их и перевезти сюда всех родных. Мама была очень взволнована… И вот на сцене появилась ты.

Выслушав, Джози покачала головой.

— Я не понимаю, почему ты не рассказал мне раньше?

Леон горько усмехнулся.

— Разве не ясно? Я знаю, что у тебя, любимая, доброе сердце. Если бы я поведал тебе свою слезную историю, ты немедленно согласилась бы, что «Мон Абри» должна быть моей. Это походило бы на шантаж. — Леон назвал ее любимой! Сердце Джози заметалось в груди. А Леон продолжал: — Именно поэтому я и говорил, что не скоро смогу обручиться. Как я могу просить девушку выйти за меня замуж, чтобы разделить мое бремя? Ведь это единственное, что я могу ей предложить.

Джози выдернула руку из его ладони. Она чувствовала, как ледяной холод пробирает ее тело.

— Да, — прошептала она. — Я думаю, ты прав. Но если бы она любила тебя? — добавила она тихо.

Леон покачал головой и горько ответил:

— Тогда мне придется наблюдать, как она постепенно разочаровывается во мне. Я должен много работать, ведь я отвечаю за семью.

Он завершил беседу, резко включив зажигание и фары. Джози откинулась на спинку сиденья, сняла кольцо и положила его в футляр, который так и возила в сумочке. Вернувшись на виллу, Леон закрыл автомобиль, и они направились к террасе.

— Я, пожалуй, лягу спать, — произнесла Джози.

— О, нет! Мы должны выпить, — твердо возразил Леон. — Ты любишь пить чай на ночь, я помню. Посиди немного здесь, я все приготовлю… — Он скрылся на кухне.

Во время чаепития Леон болтал о море и о том, как ему хочется когда-нибудь обзавестись яхтой. Джози слушала и делала заинтересованное лицо, но мысль о том, чем станет заниматься Леон «когда-нибудь», когда ее не будет рядом, оказалась бесконечно угнетающей. Поэтому, едва они допили чай, Джози поспешила подняться, чтобы побыстрее остаться в одиночестве. Леон понес на кухню посуду, а Джози на мгновение задержалась на террасе, глядя сквозь виноградные лозы на дивный сад. Взошла луна, и в ее бледном свете сад выглядел таинственным.

Леон неслышно подошел сзади, положил руки ей на плечи и повернул к себе.

— Залита лунным светом прекрасная Титания, — со смехом произнес он.

Джози тоже усмехнулась.

— Твой Шекспир немного хромает, мистер Кент, — сообщила она.

— О, дорогая, — улыбнулся он, — я постараюсь исправиться. Как насчет «залитой лунным светом прекрасной Джозефины»? — Его руки скользнули вниз по плечам, замерли на талии, и он притянул девушку к себе. — И ты действительно прекрасна, Джози. — Его голос был хриплым, и Джози знала, что должна оттолкнуть мужчину, отстраниться, но у нее не хватало сил отказаться от последнего поцелуя. И когда Леон склонился к ее лицу, Джози показалось, что она тает в его руках. Она обвила его шею и потянулась к нему. Сначала его губы были мягкими и осторожными, но с каждой секундой становились все более неистовыми. И Джози ответила на его поцелуй.

Быстро, слишком быстро он отстранился, и Джози в волнении замерла, ожидая его слов.

— Сожалею, — медленно произнес он. — Я не должен был так поступать. Но ты ведь знаешь, друзья могут иногда обменяться поцелуями. А теперь тебе лучше лечь спать. Доброй ночи, Джози.

— Доброй ночи, Леон, — ответила девушка. — И кстати, я хочу отдать тебе твое кольцо. — Она открыла сумочку и, положив бархатный футляр на стол, ушла.

Дрожащими руками Джози открыла дверь, держась за перила, добралась до спальни и успела рухнуть на кровать до того, как ноги подкосились под ней. Джози рыдала до тех пор, пока у нее не осталось ни одной слезинки. Намного позже она умылась, переоделась на ночь и вернулась в постель. Джози ожидала, что проведет всю ночь с открытыми глазами, но вместо этого уснула, едва голова коснулась подушки…

Она проснулась от солнечных лучей, падающих на подушку. Лежа с открытыми глазами, она вспоминала события вчерашнего дня. И вдруг в голове Джози прояснилось, и она все вспомнила. Сегодня приезжает Чарлз, и сегодня она навсегда попрощается с Леоном и вернется в Лондон вместе с отцом. Джози чувствовала тяжесть в груди. Девушке пришлось прикусить губу, чтобы не разрыдаться от внезапной боли. Нет, никаких слез. Проигрывать надо с достоинством!

Часы показывали, что уже миновало десять часов, но Джози не спешила. Наконец она надела шелковый сарафан с розовыми цветами на белом фоне, расчесала волосы, позволив им свободно спадать на плечи, подчеркнула глаза светло-зелеными тенями и медленно пошла вниз.

Спустившись почти до конца, она услышала, что Леон говорит по телефону в соседней комнате, и остановилась. Наверное, он сообщает матери хорошие новости. Джози расслышала последние слова, прежде чем успела выйти из комнаты.

— Да, она сказала вчера, что согласна… Я не сомневался, что ты с удовольствием узнаешь новости… О, сначала было сложновато, но я включил свое обаяние, и это помогло. Да… хорошо… пока… Нет, я отлично себя чувствую. И Джози также. Я скажу ей… — Леон повесил трубку.

Так. Значит, Леон очаровывал ее, чтобы она согласилась отдать ему «Мон Абри». И вчера вечером она целиком оправдала его ожидания. Но ведь это именно то, чего она боялась с самого начала! Джози чуть не застонала. Ситуация изменилась, и она искренне поверила Леону. Джози показалось, что она стоит в ледяной пустыне и ветер продувает ее до самого сердца. Но она заставила себя сделать несколько шагов, отделяющих ее от террасы. Проигрывать надо с достоинством, ведь так?