Отпуск для Босса - Ника Клубника

работать. А знаешь, сколько Оксана приносила мне в месяц? Триста тысяч. Эти деньги, я теряю с каждым днём простоя, а я не люблю терять деньги. Самое обидное, что здесь ничем уже не поможешь, ни угрозами, ни уговорами. Хасанов сжал руль в руках, а Оксана опустила глаза. После этого бывший прокурор сообщил:

— Оксана теперь испорченный товар. Кто будет платить за всё это?

— Ну уж точно не я. — возмутилась Полина.

— Именно ты. Речь идет о больших деньгах. Оксану раскрыли, она мне приносила солидные деньги. Вот и считай, сколько ты мне должна за пять лет на которые был рассчитан её контракт.

Полина быстро прикинула в уме, потому что ничего другого ей не оставалось. триста тысяч на двенадцать и потом ещё на пять. Выходило, что-то около восемнадцати миллионов.

— Восемнадцать миллионов? Вы серьёзно? С бедной девочки дизайнера?

— Деньги быстро пойдут, об этом ты не волнуйся. Твое дело будет вертеться перед камерой, всё остальное я сделаю.

Они притормозили на какой-то площадке, потому что Леонид услышал, как у Полины звонит телефон. Он вырвал у нее сумку и начал рыться, забрав единственный предмет, который бы мог ей помочь. О, кажется, твой коллега звонит, — сказал Хасанов и отключил телефон. По всей видимости, Полине набирал Гриша. — А это что у нас? — сказал он, достав бумаги. При этом, он обратил внимание на бумажный договор, все еще лежавший сверху. Изучив тот глазами, Хасанов воскликнул.

— Не такой уж и бедной. Судя по тому, как за тобой охотился сын владельца сети отелей, у него есть бабки, а значит, они есть и у тебя. Значит, их можно достать.

Полина выругалась про себя, что не выкинула этот дурацкий договор, но решила ответить

— Ключевое слово здесь, охотился. Сейчас этого нмне уже не предлагают. Всё кончено.

— Именно поэтому ты хранишь в своей сумке с вокзала не подписанный экземпляр договора. И ты думаешь, что я тебе поверю? Нет, девочка, здесь тебе не школьный двор. Так что варианты у тебя два. Либо, как я уже сказал, ты отработаешь за Оксану всё, до последней копейки, либо договоришься со своим ухажером.

— Я ни с кем не буду договариваться и уж тем более кривляться на камеру в этом вашем вертепе. Вы ничего такого не провернёте. Меня будут искать все — папаша, Гриша. В итоге они обратятся в полицию и очень быстро вычислят вас.

— Нет, ты ошибаешься. Ты будешь выполнять то, что я скажу. Мало того, ты станешь настолько послушной девочкой, что даже выходя на вебку, не скажешь ни слова о том, что происходит.

— Да? И с чего бы вдруг я согласилась это делать?

— Ради Паши. Паша — тот человек, который доверяет мне абсолютно. И когда он узнает, что ты исчезла, первым, к кому он пойдёт, буду я. Мы будем искать тебя, пробивать по каналам. А в итоге, если ты хоть пикнешь во время этих поисков, с Пашей произойдёт ещё один несчастный случай. Я даже не знаю, через сколько и где его найдут.

Полина замолчала, прикусив язык. Да, он мог, у него были власть и смелость сделать с Пашей всё, что угодно, и Хасанов прекрасно знал, что между ними зарождались романтические отношения.

— Ну хорошо, но если я буду просить денег у владельцев отелей, как это всё будет технически?

— Мне нравится ход твоих мыслей, но об этом я сообщу тебе позже. Как минимум сейчас тебе придётся начать отрабатывать деньги. Оксана введёт тебя в курс дела, объяснит всё, что да как. Не переживай, у тебя даже будут свои собственные деньги. Я буду делиться и отдавать тебе пятнадцать процентов от заработка. Видишь, какой я благородный.

Полина промолчала, глядя сквозь тонированное окно на улицу. Она пыталась запомнить маршрут и тут поняла, что он ей хорошо знаком. Машина Хасанова, заворачивала в тот самый коттеджный поселок, где они с Пашей трудились над концепцией. Только тот коттедж, на который он ждал чертежи, находился ближе к выезду, они же доехали до самого края поселка с другой стороны. Там Хасанов и притормозил, после чего открыл автоматически ворота. Он вывел Полину из машины и тут же захлопнул на её запястьях наручники.

— Даже не вздумай поднимать шум. Здесь тебя точно никто не услышить. Он провел Полину в подвал, где и оставил в небольшой комнате с раскладушкой.

Глава 44

Полина проснулась от сильной боли в запястье. Она не знала, сколько сейчас времени, но по внутреннему ощущению спала она около часа. Хасанов перевел её в подвал, усадил на кровать и пристегнул наручником к идущей по стене трубе. Помещение не было каким-то жутким или мрачным, но так как оно располагалось ниже уровня земли то и никаких окон здесь не было, и при отсутствии часов связь с временем терялась очень быстро. Плюс ко всему, шумоизоляция, как и говорил Хасанов была отменная; Полина не слышала практически никаких звуков. Она села на кровать и выдохнула — нужно было собраться с мыслями.

На первый взгляд могло показаться, что Полина полностью спокойна, однако это было далеко не так. Просто сейчас она включила мозг и понимала, что смысла тратить силы нет. Итак, если разобрать всё по полочкам, по сути она заложница. Она плохо представляла себе, чем занимаются девушки на веб-камерах, но понимала, что ничем хорошим. Разумеется, ничего такого она не хотела делать, её воспитание просто не позволяло этого. Да, одно дело забавляться с любимым мужчиной, надев кружевное бельё или платье с сексуальным вырезом, можно даже использовать какие-нибудь игрушки. Но совсем другое, когда на тебя смотрят тысячи извращенцев, кидающие тебе донаты, чтобы ты вытворяла что-то этакое с собой.

Вторая возможность выхода отсюда для Полины заключалась в закрытии долга Оксаны за счёт денег Саши. Вероятнее всего, в этом случае ей придется подписать любые бумаги и выполнить все требования Саши. Другими словами, из одной кабалы она попадала в другую. Да, разумеется, лучше жить на море в роскоши, чем сидеть в подвале в наручниках. Однако ни в одном, ни во втором случае отношений с Пашей она построить уже не могла. В первом — из-за того, что для Паши она может стать не лучшей женщиной, она и так побывала уже в куче передряг, а если к этому добавить ещё и сомнительную репутацию. Ведь интернет всё помнит, и если народ захочет, то опорочит её имя навсегда.

После такого речь даже близко не будет идти