Мёртвый город на Неве - Марти Бурнов

На первом этаже было пыльно. По углам валялись обломки мебели, кости и прочий мусор. Но, по крайней мере, здесь было сухо и уютно. Впервые за последние дни Антону было почти хорошо. Они с Анной сидели на полу и смотрели друг другу в глаза. Антон гадал, о чем же она думает, что таится в душе русалки. Анна думала о многом, но мысли разбегались, не удавалось ни на чем сосредоточиться.

В углу, в пыли, повизгивая, копошился хрёпл Семен. Бог знает, что он там искал, может просто привыкал к новой жизни после многолетнего заточения в остроге.

Вечерело.

Нестор Карлович вернулся с кладбища и обвел компанию печальным взглядом:

— Кладбище опустело. Проклятые глуты!.. Плачут наши деревья.

— Мы должны им отомстить! — сказала Анна.

— Отомстили уже… — вздохнул Нестор Карлович, — …не одолеть нам Дюссельдорфов, Аннушка, и глутов их не одолеть.

— Мне все равно. Ничто не остановит меня. Если вы уйдете, я пойму… — ответила она.

— Куда ж я теперь уйду? — Нестор Карлович скорбно снял цилиндр. — Кроме вас, у меня никого не осталось. Буду с тобой до конца, хоть в победу и не верю больше…

Антон молчал. Ему нечего было сказать. Он вспомнил Владимира Анатольевича, и на глаза навернулись слезы. А потом, откуда-то из глубины, подступила ярость. Он подозревал, что, возможно, это — не его ярость, а Якоба, но это чувство нравилось ему больше обреченности и уныния, оно возвращало к жизни:

— Я одолел тех мор-глутов. Двоих. Мы можем их одолеть, думаю…

— Расскажи, как тебе удалось? — спросила Анна, а в глазах ее затлел огонек надежды.

Антон рассказал все, что удалось ему запомнить. Анна удивленно округлила глаза. И если раньше этот взгляд круглых рыбьих глаз пугал Антона, то теперь он казался милым, даже родным. Все молчали, осмысливая произошедшее.

Первым тишину нарушил Нестор Карлович:

— Странный фантом кроется в тебе. Сдается мне, Якоб этот — зло, могущественное и древнее, древнее самого этого города, раз даже мор-глуты им подавились…

— Это сильный союзник, но к нему нельзя поворачиваться спиной, — добавила Анна. — Ты уверен, что можешь контролировать его?

— Нет, — честно ответил Антон.

За окнами почти стемнело, когда на пороге появился Булыжник. Вопреки обыкновению, он возбужденно шипел и потрескивал, казалось, что ему сложно подобрать слова.

— Что случилось? — поинтересовался Нестор Карлович.

— Там… там… — трещал ящер, — …на Марсовом поле битва. Колдовской туман, глуты. Они со всего города подтягиваются. Кто-то убивает их. Думаю — это Ортала. У нас появился шанс!

— Какой шанс? — спросила Анна.

— Проникнуть в Мраморный дворец. Найти Архипа Петровича. Там глуты передрались с упырями, им явно не до нас будет. Действовать надо не медля! Сейчас или никогда!

— Вперед! — воскликнула Анна.

Антону показалось, что в голосе ее, помимо решимости, сквозят нотки обреченности. Это не понравилось ему. Он почти ничего не знал, ни про Мраморный дворец, ни про Архипа Петровича. Но, как и у Нестора Карловича, никого, ближе Анны, у него не осталось, и он решил не оставлять ее до конца. Каким бы этот конец ни был…

Скрипучая двуколка мчалась по ухабистой дороге, расплескивая лужи. Нестор Карлович звонко щелкал хлыстом, подгоняя гнилую лошадь. Мертвая кобыла двигалась с невообразимой скоростью, во всяком случае, для полуразложившегося животного.

Через несколько минут местность изменилась. Появились булыжные мостовые, каменные дома. А еще через некоторое время Антон начал узнавать это место. Стрелка Васильевского острова. Массивное здание Биржи, Ростральные колонны… и здесь все было не так. Вместо статуи Нептуна, под колонной сидел огромный, ужасающего вида монстр, с горящими глазами. Вершины колонн венчало призрачное, зеленоватое пламя, разрываемое ветром.

Нева была неспокойной, высокие волны ощерились барашками пены. Здесь было холодно, темно и неуютно.

— Дальше — на лодке! — скомандовала Анна.

Антон хотел было запротестовать, но понял что это бесполезно.

Возле спуска болталась одинокая лодка. Волны трепали ее, били о береговой гранит, но не могли разбить. Зомби-лодочник, в плаще с капюшоном, лишь перекинулся взглядом с Нестором Карловичем и продолжил вычерпывать воду мятым медным ковшом. Нестор Карлович прыгнул в посудину и подал руку Антону. Следом прошмыгнули хрепл Семен и Булыжник. Последний оказался настолько тяжел, что лодка сильно просела. Лодочник буркнул какое-то ругательство и принялся вычерпывать быстрее. Весла лежали на дне. Антон потянулся было к одному, но Нестор Карлович жестом остановил его.

Анна бросила накидку Антону и прыгнула в воду, подняв тучу брызг.

— Весла не нужны, когда с нами русалка! — крикнул Булыжник, удобно устроившись на корме.

Лодка тронулась.

Антон вцепился в борта, ожидая, что очередная волна их перевернет. Нестор Карлович равнодушно смотрел вперед, придерживая свой цилиндр. Лодка набирала скорость и уже прыгала по волнам. Сзади в водяных брызгах мелькал хвост русалки. Хрепл забрался на колени к Антону и жалобно повизгивал.

Вскоре показалась пристань возле Марсова поля. Антон заметил всполохи у здания института культуры и туман, белый и густой, как тот, что повалил из потайной двери в камине, в доме на Фонтанке. От этого стало не по себе. Он вспомнил про Лену.

Оставив лодочника у спуска, вся компания, пригибаясь, поднялась на набережную. Ворота в небольшой садик возле Мраморного дворца были открыты. Анна бросилась было туда, увлекая всех за собой, но тут же растянулась на мостовой. Антон, Нестор Карлович и Булыжник с Хреплом юркнули обратно, спрятавшись за гранитным парапетом. Из ворот появились несколько мор-глутов, но, ничего не заметив, они проплыли в сторону Марсова поля.

— Там наверняка охрана на входе, — шепнула Анна Антону, — с ними только ты сможешь справиться… вернее — Якоб. Иди первым.

Антону никогда еще не было так страшно. Самому лезть в глутово гнездо… зачем? Но он старался не думать об этом. Отступать было поздно. На негнущихся ногах он пересек набережную, пробежал в ворота и оказался перед входом в замок. Снаружи никого не было. Он дернул массивную дверную ручку. Тяжело, с замогильным скрипом, дверь отворилась. Антон звал Якоба, молил о помощи, и почувствовал, как фантом зашевелился внутри. Это придало уверенности.

Внутри просторный зал с широкой мраморной лестницей освещали факелы. Горели они неровно, отбрасывая по стенам пляшущие тени. Две такие тени выплыли из-за лестницы и оказались не чем иным, как мор-глутами-стражниками. Прижав Антона к стене, они принялись вращать глазами, молча, в абсолютной тишине.