Странники ночи - Онеста

В памяти неожиданно ярко вспыхнула картина недавней схватки в Катрисе. Быстрый замах руки, пальцы уверенно выпускают направленное в цель оружие. Короткий полёт кинжала — практически смертоносный полёт, который должен оборвать жизнь… В глазах бросавшего не было нерешительности, он знал, в чьё тело вопьётся серебряный клинок.

Можно простить, можно попытаться вычеркнуть из памяти, но тот бросок уже не отменишь и ничего не вернёшь, как бы ты этого не хотел. Тогда он даже не задумывался об этом, его время исчезало вместе с жизнью. Сейчас его слишком много. Так, что там говорил Мэтжер об одиночестве?

Ярси перевёл взгляд на собственные руки, с некоторым усилием разжал кулаки, вновь согнул пальцы и выпрямил. Человеческие руки, руки молодого мужчины, почти мальчишки. Но так только кажется. Мышцы зудят от напряжения, волнами расходятся под кожей, готовые в любой момент вздыбиться и превратить руки в подобие лап. Ногти рвут кожу, выпирают из пальцев, сгибаются в кривые лезвия ножей, они крепче и смертоноснее чем сталь…. Ярси вновь с силой сжал кулаки. Нет, не сейчас…

Он криво усмехнулся. И даже не это станет причиной его одиночества. Настоящее одиночество — это время. То время, что проносится сквозь людские жизни, завершая их одним финалом для всех. А он будет смотреть, как они исчезают, как могилы тех, кого он знал, зарастают травой и превращаются в неприметные холмики. А потом не станет и их.

Его слух уловил звук шагов, Мида поднималась по лестнице, на ходу раздавая распоряжения слугам.

Ты слишком беспечна, колдунья. Или это только кажется? Ты привыкла играть чужими жизнями и судьбами, для тебя люди ничего не значат. Они лишь средство, расходный материал, который можно использовать и уничтожить…

Мида с улыбкой вошла в комнату и внимательным взглядом окинула спящих молодых людей, несколько дольше её взгляд задержался на черноволосом парне. Она даже подошла ближе, провела над ним рукой. Её чары надёжно окутывали его тело, дыхание было ровным и глубоким. Колдунья распахнула его плащ, прикоснулась к груди, вслушалась в размеренное биение сердца. Магия потянулась глубже, она почти сжала его сердце в тиски и вдруг с шипением отпрянула. В её ладонь впилась ледяная молния, впилась глубоко и почти насквозь пронзила её руку.

Мида затрясла рукой, с удивлением разглядывая парня. Он колдун? Кто поставил ему щит такой силы?! Мэтжер? Её взгляд как магнитом притягивало его лицо, в его чертах было что-то неуловимо знакомое. Зачем он здесь, зачем его привёл Странник?

Она отошла на середину комнаты и взмахнула руками, снимая чары.

— Просыпайтесь, гости, я хочу показать вам город!

Ярси придерживал Вика под руку, вистольца сильно качало, словно он был пьян.

— Что-то меня ноги плохо держат, — бормотал он, пока они брели вслед за Мидой по длинной прямой улице, мощённой гладким, тускло блестящим чёрным камнем. С двух сторон выстроились богатые красивые дома, сверкающие причудливой отделкой. Где-то это была резьба, где-то немыслимая фреска, покрывающая все стены, а иногда позолота и драгоценные камни, искусным узором украшающие фасады. Каждый дом окружала резная ограда и у каждой калитки, не смотря на день, горел яркий фонарь.

Встреченные ими люди сторонились их маленькой группы. Вот грузный мужчина поспешил сделать два быстрых шага к краю дороги, его глаза блеснули злым торжеством, и он мгновенно отвернулся. Две нарядные девушки, прогуливающиеся с зонтиками, отбежали с их пути, проводив насмешливыми улыбками. Высокий парень, спешивший по своим делам, вдруг резко свернул с дороги и метнулся к ближайшей калитке, там он застыл, сверля их спины пронзительным взглядом.

Мида лёгкой танцующей походкой скользила впереди.

Вик оглядывался, в его глазах читалась тревога. Ярси сжал его руку, попытался успокоить и невольно удивился собственному безразличию к происходящему.

— Ярси, ты как?

— Нормально, — почти неслышно выдохнул оборотень, стараясь казаться таким же одурманенным, как Вик. — Просто иди вперёд.

— Что со мной?

— Ты слишком восприимчив к магии.

— А ты? — вдруг быстро обернулась Мида. — Ты не так восприимчив?

Ярси отстранённо пожал плечами, твёрдо взглянул ей в глаза.

— Не знаю. Я ещё многого не знаю о себе, — он усмехнулся, совершенно не понимая, что с ним происходит и почему ему совершенно не важно, как отреагирует на его слова Мида.

Но колдунья лишь кивнула, её глаза блеснули загадочным светом, с мягкой улыбкой она развела руки в стороны, охватывая ими пространство вокруг.

— Посмотрите, гости, это главная улица нашего города. Эта дорога когда-то являлась путём в великое королевство. Сейчас она обрывается на окраине, но мы верим, что придёт время и она будет восстановлена. И это время приближается.

Колдунья быстро обернулась вокруг себя, на её лице сияла улыбка, словно она говорила о самом радостном событии в её жизни. А может быть, так оно и было.

— Знаете, очень часто нам помогают в этом наши гости, — она рассмеялась. — Они становятся частью достижения нашей цели…

— Идёмте! — Мида ускорила шаг. Молодые люди почувствовали, как в их тела впился колючий вихрь и подтолкнул вперёд, они невольно пошли быстрее.

Ярси не сопротивлялся. Он почти не видел чёрных камней дороги, под его ногами клубился густой туман. Он стелился у самой земли и стремительным потоком тёк в ту же сторону, что и шли они. Источником тумана была сама дорога. Тонкие струйки призрачного пара с неслышным стоном вырывались из каждого камня, но этот стон, казалось, звучал в самом сознании Ярси. Стон сотен голосов, мучительный стон тех, чью жизнь вплетена в дорогу…

Чёрная дорога привела к внешней стене, окружающей Битру. Здесь часть стены отсутствовала, как раз по ширине каменной кладки. Взгляду открывался луг, а за ним лес. Только проём не был незащищённым, всё тот же купол надёжно отделял город от внешнего мира.

Камни выходили за периметр, ещё некоторое время разрозненно мелькали в траве, а потом совсем исчезали. Призрачный туман бился об непреодолимую преграду купола, накатывал огромными волнами и в бессилии опадал, втягивался обратно в дорогу.

Ярси заворожённо смотрел на эту борьбу. Стон, не переставая, звучал в его сознании и никакие силы не могли его заглушить.

— Что ты видишь? — вкрадчиво произнесла Мида, встав у него за спиной.

Ярси повернулся и беспечно улыбнулся ей в ответ.

— Дорогу, стену, лес. Что ещё я должен видеть?

Колдунья нахмурилась и махнула рукой, показывая на огромную круглую башню, являющуюся частью стены.

— Нам сюда.

Вистолец и оборотень послушно вошли в широкий проём двери, за их спинами быстро захлопнулись тяжёлые створки. Внутри было полутемно и более холодно, вверх вела винтовая лестница. У башни имелось