Ученица олигарха - Сергей Че

лезвие в полметра длиной. С лезвия обильно стекала кровь.

Валенсия зажала себе обеими руками рот, чтобы не закричать.

Пир брезгливо сдернул с себя страпон и бросил обратно на поднос. Лезвие сложилось и втянулось внутрь.

- Шефа зови, - буркнул он.

- Я здесь, хозяин, - объявил стоящий в дверях лысый толстяк в поварском костюме.

- Видел это мясо? – кивнул Пир на тело у него под ногами.

- Они приводили ее ко мне. Да.

- И?

- Я бы ее сравнил с прекрасной диетической телятиной. Очень нежной. Советую первое блюдо сделать из груди. Она недостаточно развита, поэтому не должна быть слишком жирной. Затем эскалоп из внутренней части бедер…

- Запеки мозги, - перебил его Пир. – А-ля прованс с белым вином. И добавь шафрана. Посмотрим, как потрудились профессор и блоггерка-писателька над мозгами дочки. Можешь запечь в горшке. Но лучше в черепе. И сделай трепанацию в затылочной части, как обычно.

Повар повернулся к столпившимся у клетки охранникам и знаком показал, что делать. Двое из них вбежали, подхватили тело и понесли к выходу, оставляя на полу дорожку из выдавливающейся толчками крови.

Повар поклонился и вышел следом.

За его спиной в дальнем углу зала виднелась открытая дверь. Там ярко горел свет, был виден бок холодильника и широкая плита с жаровней.

Валенсии снова пришлось зажимать себе рот, чтобы не вскрикнуть.

Над жаровней виднелась полустертая пентаграмма и торчали из стены окровавленные деревянные клинья.

***

Голова шла кругом.

Все вокруг качалось, словно в шторм на море.

Какие-то черные тени преследовали ее. Она видела их боковым зрением, но стоило обернуться, и они исчезали.

Воздуха не хватало, и увидев снова узкие зарешеченные окошки, она рванулась к ближайшему, сунула нос сквозь ячейки сетки и жадно хватанула чуть более свежий воздух.

В неверном пляшущем свете факелов внутренности шахты казались призрачными. Каменная лестница то пропадала, то появлялась вновь. Скрипели цепи, и раскачивалась платформа подъемника.

На подъемнике возвышалась черная сгорбленная фигура в длиннополой хламиде и с корявым посохом в руке.

Фигура вдруг резко обернулась, словно что-то услышав. Из-под надвинутого капюшона сверкнули красным огнем глаза.

Валенсия в ужасе отпрянула, свернулась в клубок, уткнув голову в коленки, и каждую секунду ожидая услышать приближающиеся шаги.

Тишина стала совсем мертвой.

Осмелев, Валенсия подняла голову.

Ни подъемника, ни черной фигуры в шахте не было. Только подрагивали, двигаясь, свисающие цепи.

Она поползла по вентиляции дальше, возвращаясь по своим следам, заглядывая в ответвления тоннеля. Все они заканчивались либо тупиками, либо таким сужением, что дальше ползти было невозможно.

Наконец, она добралась до первой развилки и свернула в продолжение первого тоннеля. И через десяток метров уперлась в стену. Шахта вентиляции уходила вертикально вверх и никаких лестниц или торчащих скоб в ней не было.

Оставался только один путь.

Темный, грязный, заросший паутиной правый тоннель пугал.

Валенсия старалась не думать о размерах пауков, оставивших столько паутины. Просто ползла, выставив перед собой руку и собирая противные липкие ошметки.

Паутина скоро кончилась, словно ее насовали специально.

Ползти стало легче, но после очередного поворота она остановилась и захныкала в голос, опустив руки.

Путь преграждал большой вентилятор. Быстро крутящиеся лопасти со свистом рвали воздух.

Она никогда не плакала. Даже в тот раз, когда остальные девки мудро сбежали, и ей одной пришлось отрабатывать в сауне с десятью залетными уркаганами. Она была уверена, что ее убьют, но не ревела. Может поэтому и не убили.

Не плакала даже когда погибли родители.

Даже в детдоме, когда в двенадцать лет ее приволокли к директору, который уже месяц пускал слюни на ее округлившиеся внезапно формы, и тот два часа мучил ее вялым писюном, пока наконец не лишил девственности.

А тут вдруг разревелась, как маленькая, размазывая слезы и сопли по чумазой мордашке.

Она так на себя разозлилась, что со всей силы треснула кулаком по стенке тоннеля.

Раздался щелчок

Вентилятор откатился в сторону.

Она не успела обрадоваться.

Дальше в тоннеле царил полный мрак, и в этом мраке сверкали чьи-то красные глаза.

Послышалось глухое рычание. Потом вой, от которого заледенело сердце.

Монстр бросился к ней, быстро приближаясь. Уже можно было разглядеть вытянутую, почти человеческую морду. Больше всего он напоминал гигантскую крысу-переростка.

Она вспомнила.

Именно это красноглазое чудище она видела прошлой ночью за стеной.

Страха не было, словно он весь вытек вместе со слезами и соплями.

Она хладнокровно дождалась, пока огромная крыса не приблизится вплотную, и когда та прыгнула, разинув пасть, снова ударила кулаком по стенке.

Вентилятор выскользнул обратно и тут же застрял лопастями в жилистой грязной туше, перерубив твари позвоночник.

Крыса взвыла и издохла.

Валенсия присмотрелась.

Это была не крыса.

Это был некогда белый, а теперь очень грязный бультерьер.

Она снова убрала вентилятор, перелезла через труп собаки и поползла дальше, все больше погружаясь в темноту.

Глаза стали бесполезны. Они ничего не видели уже в сантиметре от носа.

Чтобы отвлечься, она стала размышлять что делать дальше. Кому рассказать, что видела, а кому не надо. Кто замешан? Охранники, повар – понятно. Босс? Возможно. По идее он должен быть в курсе всего, что происходит. Была точно замешана сука из МВФ, пока не сдохла. Все эти ее намеки на пухлые ляжечки на обеденном столе. Инспектор? Вряд ли. Разве что его купили совсем недавно. Девки-ученицы? С ними можно поговорить. Только аккуратно. Всё не вываливая. Иначе…

Она не успела додумать.

Под ней вдруг исчезла опора.

Низ тоннеля разъехался, и Валенсия провалилась, скатываясь по почти вертикальной шахте и набирая скорость. Наконец, она кубарем полетела вниз, тщетно цепляясь ногтями за гладкую поверхность. Ударилась боком о какую-то преграду, вышибла ее с треском и рухнула на пол ярко освещенного коридора, отбив все внутренности.

Кто-то взвизгнул, отскакивая от нее в сторону.

- Ого, - протянула Селена, возвышаясь над ней. – Ты откуда свалилась такая красивая? Выглядишь так… словно тебя десяток бомжей ебали.

- Наверняка так и было, – вздернула носик курица Барби. – Я гляжу, ты делаешь успехи на новой работе.

- Привет, - пискнула отскочившая подальше Льен и помахала ладошкой.

Только Грета ничего не сказала. Глянула брезгливо и отвернулась.

***

Глава 13. Красиво

- Вот здесь. Она была здесь, - Валенсия указала на глухую стену. – Прямо тут.

Инспектор Крейн, повар и официант переглянулись.

- Ты уверена? – нахмурился Крейн.

- Да. –