Дочь княжеская. Книга 2. Часть 2 (СИ) - Чернышева Наталья Сергеевна

— В отношениях, госпожа, уверенно чувствует себя тот, кто прав перед любовью, — объяснила Лилар. — Конкретно в вашем случае… Вы — правы?

— Я… — Хрийз снова припомнила корабль и сЧая, а потом опять сЧая, но уже в замке, и ещё его же на набережной, когда оберег ему отдавала. я не знаю, — честно призналась она, подняла взгляд и снова увидела добрую улыбку Лилар.

— Что ж, вы хотя бы сказали «не знаю», — кивнула Лилар. — Уже лучше. Вы должны понять, нужен вам этот мальчик или не нужен. Если нужен, то он не безнадёжен, поверьте.

Хрийз толкнула пальцем пустую кружку, покатала её по столу. Спросила, не поднимая взгляда:

— Это же мезальянс, да? Мне ведь не позволят…

— Стихийному магу-хранителю нельзя позволять или запрещать что-либо, госпожа, — мягко сказала Лилар, — Ваш отец добивался именно этого. Чтобы вы могли решать сами.

— Ну, да, он говорил, — сказала Хрийз, катая кружку. — А если бы… Если бы забрал сразу же, как я попала сюда. Год с хвостиком назад. То что бы было?

Лилар слегка развела ладонями, и Хрийз заметила кольцо у неё на пальце, серое, с металлическим отблеском, как бы вовсе не стальное, кольцо с отчётливой аурой одной из изначальных сил, Сумрака. Опасное колечко. Очень опасное.

— Я полагаю, что после признания эмиссарами Империи вашего происхождения, вас отдали бы замуж за правителя Островов в исполнение долга перед родом тБови.

— Бедный сЧай, — вырвалось у Хрийз поневоле.

Лилар улыбнулась.

— Да я тогда была… — пояснила Хрийз торопливо. — Я, простите, моревичей вообще не воспринимала никак, и чтоб за одного из них замуж! Это же ещё прилюдно на свадьбе с ним поцеловаться надо бы было… — и она поёжилась, представив себе эту картину в подробностях.

— На самом деле, бедная вы, — не согласилась Лилар. — В Стальнчбове вас бы сожрали и косточки выплюнули в первый же год. Господин тБови, уж простите мне такие характеристики, наивный идеалист, до сих пор верит в тех, с кем в юности хлебнул военного лиха, а ведь кое-кто из них давно привык к мысли, что смена правящей династии — лишь дело времени. Трудновато упускать из рук кусок, на который уже разинул роток!

Хрийз вспомнила реакцию сЧая, когда попыталась предупредить его о возможном недруге в Стальнчбове. Она помнила тот дурной сон, после которого решилась сказать вообще хоть что-то — сон вспомнился очень отчётливо: бассейн с отравленной водой, куда сЧай собрался нырнуть на ночь, как у моревичей это принято. Давний сон неприятно захолодил затылок. Похоже, сЧай вправду таков, как сказала о нём Лилар. И попадётся в ловушку как нечего делать…

— Никакая вы не горничная, Лилар, — сказала Хрийз, помолчав. — И не прислуга. И вообще.

— Я хочу, чтобы вы жили, — тихо ответила Лилар. — А это возможно только, если вы будете осознавать все риски. Кто-то же воткнул вам в волосы артефакт Опоры тогда.

Кто-то смутил ваш разум настолько, что вы бросились выручать подругу, перепрыгнув через слово старого Канча, пообещавшего вам, что Ель Снахсимолу никто из его сотоварищей, не говоря уже о младших, не тронет в его отсутствие.

Наверняка, было что-то ещё, о чём я не знаю, и что теперь уже бесполезно вылавливать. На вас открыта охота, Хрийзтема Браниславна. Это ясно, как светлый день. Но вы — уже не ребёнок, вы — инициированный маг. Помогите мне. А я помогу вам. Помогу выжить.

— В обмен на что? — тихо спросила Хрийз. — Не просто же потому, что я вам нравлюсь, Лилар? Ведь первым делом я усвоила в вашем мире то, что за всё здесь надо платить. И за вашу преданность тоже.

Лилар снова усмехнулась. В её странных прозрачных глазах Хрийз прочла тихое одобрение. Как будто — вот, снова, то же самое чувство! — мать гордилась словами своей повзрослевшей дочери.

— Есть нечто, что могут дать только Сирень-Каменногорские, — сказала Лилар.-Это был добровольный контракт.

— Надеюсь, не такой, как у меня со старым Црнаем, — вздохнула Хрийз, качая головой.

— Нет, — заверила Лилар. — Не беспокойтесь, госпожа. Когда-нибудь потом я вам расскажу подробности. Но пока ещё не сейчас.

Хрийз поняла, что большего от неправильной горничной не дождётся. Хватит и того, что Лилар разговорилась. А то всё тень из себя изображала. Такую себе тень, огромную и грозную, причём себе на уме. Особенно если видеть умеешь.

— Пойдёмте, наверное, — сказала Хрийз, выбираясь из-за столика. — Надо вернуться в школу…

После тёплого уюта булочной мороз показался злее, снег — острее. Больше не было пушистых ватных комочков из детской сказки: поднялся ветер, а температура ощутимо упала. Теперь в лицо летели мелкие ледяные осколки, и холод пробирался даже под тёплую волчью шубку. Хрийз поёжилась, вспоминая, как именно ей досталась шуба. Береговые волки — звери серьёзные. Прошёл год, казалось бы, немного совсем, а сколько всего уже можно вспомнить. Сравнить себя нынешнюю с прежней. Удивиться и ужаснуться переменам…

Хрийз прошла по улочке к Площади Девяти. Ближайшая трамвайная остановка была там. Хотя, собственно, можно было спуститься и вниз, перейти замёрзшую речку, выйти к общежитию Службы Уборки… Ладно, в другой раз.

По путям полз трамвай-снегоуборщик, свирепо вращая щётками, снег так и летел во все стороны веером. В воздухе разливался ровный гул, которому вторили стёкла в близлежащих домах. Хрийз поглубже натянула капюшон. Надо было пересечь площадь, пройти мимо места памяти… Девушка хорошо помнила дорогу, сколько она тут выгребла листьев и мусора позапрошлой осенью… и сама сажала в зиму луковицы стекляников…

Стекляники исправно цвели, высовывая из снега прозрачные, слабо светящиеся синим, головки. Мёртвый гранит, неживой снег и живые цветы. Наглядное пособие на тему сплетённых в неразрывное кольцо жизни и смерти.

«А ведь двое из них ещё живы, — думала Хрийз, проходя мимо каменных фигур.-Дахар и Ненаш. Каково им, знать, что ещё при жизни им памятники поставили?»

Ненаш носится со своим статусом как ребёнок, всем показывая, какой он жуткий упырь, а на деле-то… Тоже не повзрослел из-за не вовремя случившейся инициации?

А Дахар…

Хрийз оглянулась на Лилар, хотела поторопить её, холодно же. Но промолчала.

Лилар стянула с головы капюшон и так стояла, а на её прозрачные волосы падал, и уже не таял снег…

— Вы, наверное, их хорошо знали? — тихо спросила Хрийз, подходя ближе.

— Да, почти всех, госпожа, — отовалась Лилар глухо. — Злату не застала… Станч

Занчови хороший был парнишка… Обидно за него, погиб не в войну, а в мирное время.

Жаль, что здесь нет Светаны, младшей Дахар. Она сделала для победы не меньше…

«И тоже погибла», — вспомнила Хрийз дневник Фиалки.

В зеленовато-оранжевом свете фонарей профиль Лилар отчётливо был виден – тени и свет, жёсткая складка у губ, форма носа… Хрийз медленно перевела взгляд на каменную Дахар. Да быть не может!

— Лилар, — внезапно охрипшим голосом сказала Хрийз, — а кто вам Дахар? Вы явно в родстве, вы похожи!

— Дочь старшая, — с горделивой улыбкой ответила Лилар.

Старшая. Значит, есть и младшая. Внезапно Хрийз поняла, что именно могла попросить Лилар у князя Сиреневого Берега.

Защиту.

Защиту для младшей дочери. И сыновей, если они у неё были. Да и Дахар, хоть и с клыками, а своя… и к Хрийз в зависимость угодила, сомнительно, чтобы Лилар о том не знала!

Девушке внезапно стало зябко настолько, что тело под шубкой просто затрясло.

Какой мороз!

— Пойдёмте, Лилар, — тихо попросила она. — Холодно…

— Да, госпожа, — отозвалась неправильная горничная.

Они пошли к остановке, оставляя за спиной каменные фигуры. Хрийз спиной чувствовала исходящую от застывшего гранита силу. Сила не угрожала и не призывала, она просто спала до поры. Настанет время, придётся пробудить…

ГЛАВА 7

Южный ветер принёс тепло и смешанные с дождём метели. Всё расквасило в кашу, по улицам текли ручьи. А потом облачный покров разорвало в клочья, растащило по сторонам, и хлынула на город чистая, зеленовато-фиолетовая синева со сполохами северного сияния, с кратковременной зарёй на горизонте. Световой день продолжал сокращаться. Перелом к весне наступит ещё очень не скоро…