Гранитный чертог - Елена Сергеевна Счастная

– Отцу все равно, – парень помолчал. – И остальным – тоже. Можно я пойду с тобой?

Вот заладил, мысленно вздохнула Млада, продолжая сквозь темноту рассматривать мальчишку. Не сами ли вельды послали его вслед за ней? Но не выглядел он тем, за чьей спиной стоит могучая родня: слишком испуган, слишком умоляюще смотрит. Как будто и впрямь по собственной воле хочет уйти из опостылевшего лагеря.

– Разве тебе все равно, куда идти? И зачем? – Млада небрежно ковырнула острием скрамасакса рыхлую землю, продолжая, однако, краем глаза следить за мальчиком.

– Все равно, – едва слышно произнес вельд. – Я не хочу стать похожим на отца. И не хочу жить с теми, кому только и надо, что убивать. Мне нужно уйти. Как можно дальше.

– Чем же тебе так не угодил твой отец?

– Мой отец – жрец, вождь племени, – чуть поразмыслив, признался парень. – Я только наполовину вельд. Мать была пленницей и умерла родами. А может, отец ее убил… Он на многое способен. Я видел.

Сын самого жреца! Все обернулось как нельзя более удачно, если парень не брешет. Но коли жрец захочет вернуть отпрыска, могут возникнуть проблемы. Стало быть, надо уходить как можно скорее. И разумнее все-таки будет мальчишку взять с собой, чем прирезать в лесу.

Млада даже невольно ухмыльнулась, но, вспомнив про свои ранения, снова помрачнела. Вдобавок к этому, болезненно толкнулась в бедре кровь.

– Очень трогательная история… – кисло заметила она и поднялась в полный рост. – Но откуда мне знать, что ты точно окажешься полезным?

– Я много знаю! – возмутился парень и заерзал на месте, будто муравьев ему в штаны кто насыпал. – И, если ты правда дружинник, расскажу все. Только не бросай меня тут и не убивай!

Млада промолчала. Тянуть время дальше становилось опасно и бессмысленно. Уже глубокая ночь, пора бы и отдохнуть, но еще не мешало бы отойти от лагеря подальше. А то так даже факела не зажжешь. Зараза.

Вздохнув, Млада схватила парня под мышку и поставила на ноги. Раз уж так вышло, она доставит его в Кирият, отдаст воеводам, а там пусть они с ним разговаривают. Пусть хоть на куски режут – а ее долг перед князем будет исполнен.

– Что ж, идем, коли не шутишь.

Она намотала на ладонь длинный конец веревки, которой обвязала руки парня, подтолкнула его в спину, и тот двинулся вперед, спотыкаясь в темноте о корни и ветки.

– Что это был за обряд? – нарушила возникшую тишину Млада. – Часто они проводятся?

Вельд коротко оглянулся, будто вопрос застал его врасплох.

– Раз в шесть лун. Мы должны принести Хозяину подношение в виде крови пленника, – холодно ответил он, явно не желая о том разговаривать.

Но Млада безжалостно продолжила:

– Хозяин? Кто он?

– Кажется, у него много имен. Это бог или дух. Отец не рассказывал подробностей. Да и не хочу я знать. Сегодня он решил, что мне пора становиться мужчиной. А тут появилась ты. К тому же… – мальчишка помолчал и добавил вдохновенно, будто не шел связанным: – Это знак, точно! Вот чуял ведь! Раньше я боялся, а теперь… Обрыдло все.

– Раз ты против обрядов своего рода, то почему исполнил приказ отца? Ведь знал, что будет с девушкой после того, как ты закончишь.

Вельд ссутулился.

– Знал.

– Тогда почему?

– Да ты знаешь, что было бы, если бы я ослушался?! – он запрокинул голову и невесело хохотнул. – Откуда тебе знать… Наверное, меня высекли бы до полусмерти. А я хочу жить. Но не среди них. Может даже, назло отцу.

– Хорошо же он досадил тебе, раз ты сбежал из лагеря, сверкая пятками, – ядовито проговорила Млада. – Учти только, что я не обещаю тебе безопасности и защиты. Возможно, у тебя еще будет повод пожалеть о том, что решил пойти за мной…

Вельдчонок смиренно понурился. Вдруг словно свежая мысль озарила его голову. Он встрепенулся и неловко оглянулся через плечо:

– Как тебя зовут?

Млада снова толкнула его в спину:

– Иди молча, а!

– Но я же все равно узнаю, – похоже, он улыбнулся при этих словах.

– Если доживешь до того момента…

Дальше они продолжили путь в молчании. И стоило только перестать отвлекаться на мальчишку, боль вновь вернулась, рана на ноге начала кровоточить. А когда при очередном шаге подогнулось колено, Млада решила, что с нее хватит. От лагеря они ушли достаточно далеко, можно и остановиться до утра. Вельд хотел помочь набрать хвороста для костра, но она не стала развязывать ему руки – какой бы хилый ни был, а так спокойнее. Она привязала мальчишку к дереву, сама собрала хворост, вырыла в земле неглубокую ямку и развела в ней огонь.

Приглушенный свет озарил небольшое пятно травы вокруг. Вельдчонок тут же с любопытством уставился на Младу. И вдруг помрачнел на мгновение – даже губы побелели. Но, пытаясь скрыть это, он бодро произнес:

– Ты красивая.

Млада, заметив перемены на лице мальчишки, чуть наклонилась к нему и прошипела негромко и угрожающе:

– Я не советую набиваться ко мне в друзья: это не сослужит тебе хорошей службы. Даже половины вельдской крови в тебе хватит, чтобы я прикончила тебя не раздумывая, если ты будешь мне сильно докучать. Уяснил?

Мальчишка и вовсе напрягся, даже обиделся как будто:

– Я только сказал правду.

– Часто именно за правду снимают голову с плеч, – Млада подбросила в костер еще одну ветку. – Ложись лучше спать: завтра с рассветом мы идем дальше.

Парень постарался поудобнее устроиться у костра, хоть веревка ему и мешала. Млада посидела еще немного, озираясь и прислушиваясь. До сих пор не верилось, что погони так и не будет. Да и вельдчонок, похоже, большой опасности не представлял. Незаметно выкрасть у нее оружие или даже подобраться близко ему не удастся. А потому Млада тоже легла на расстеленное покрывало, подкинув дров в костер. Когда она закрыла глаза, услышала только, как мальчишка шепнул:

– Меня зовут Рогл.

Глава 7

Костер уже потух, и осенний холодок начал заползать под одежду. Лес хранил предрассветную тишину, а прозрачный туман окутывал землю, пробираясь между деревьев белесыми змеями. Едва ощутимо с запада веяло болотом. Млада проснулась давно, но еще некоторое время лежала, глядя на тонкую струйку дыма, что поднималась над кострищем. Затем встала, поморщившись от пронзившей, кажется, все тело боли, поворошила угли и разожгла огонь вновь.

Убедившись, что Рогл еще спит, она отвернулась, расшнуровала нагрудник и спустила с раненого плеча рубаху. И тихо выругалась, поразившись тому, насколько плохо выглядела рана