Сердце Изнанки (СИ) - Еленец Ксения

— Ну, допустим, мяу, — улыбнулся он на удивлённые взгляды присутствующих и поскрёб щёку, на которой пробивалась уже ни разу не похожая на лёгкую киношную небритость щетина.

— Что мы имеем в сухом остатке? — старательно пряча улыбку поинтересовалась Ульяна и тут же посмурнела, бросив взгляд на монитор. — Стасик спутался с Чистой кровью. Нам его привезли как раз из их общины. Забрали у поехавших головой родителей. В их семье случилось трагедия — старший сын погиб во время Инцидента. Вы все помните, как страшно было в тот день. Разлом оказался безумно огромен. Твари хлынули как вода из прорвавшейся плотины. Откройся дыра чуть ближе к центру, на нашу сторону пробились бы даже гиганты. Спасла только слаженная работа органов правопорядка и простых одарённых. Сколько людей в тот день выгорело, не сосчитать. А про погибших вы и сами всё знаете. Каждый год крутят сюжеты с мемориала. Так вот, семья Стаса была в самом эпицентре трагедии. Старшие Щепкины спаслись и вытащили младшенького, а вот его брат не выжил.

— Такой мелкий и такое пережил, — вздохнул Артём. Глаза его при этом были пустыми и грустными, словно он заново проживал тот страшный день. — Сколько ему было?

— Года четыре, — глухо отозвался Влад, вспоминая толстощёкого малыша из своих галлюцинаций.

— Не удивительно, что он до сих пор одарённых на дух не переносит, — вздохнула Ульяна.

Влад вздрогнул, вспомнив, как Изнанка льнула к Стасу, как ластилась, пытаясь успокоить. Стас сам был одарённым. Выгоревшим в первый свой поход на ту сторону. Вытащившим своих старших товарищей в реальность, когда одна из близняшек провалилась на нижний слой.

— Это не даёт ему право нас убивать, — Егор непримиримо сверкнул глазами, и Влад вдруг подумал о том, что сейчас находится в самом центре чужого лагеря. Он и три одарённых обсуждают, как уничтожить организацию, которая, вроде бы, защищает таких, как Влад. Простых людей.

Правда, перед глазами тут же встало искорёженное нутро поезда и неуместные сомнения растаяли сами собой. Нет таких целей, которые оправдывали бы подобные методы.

— Не думаю, что Стас хотел кого-то убивать, — протянула Ульяна. — Мне кажется, его просто на чём-то подловили. Как и вас, мальчики.

Поисковик поёжился под красноречивым взглядом, скользнувшим по вороту его куртки. Пусть ошейник сейчас не подавал признаков жизни, он никуда не делся. Лежал, уютно свернувшись, на ключицах, под желтеющим синяком. Пятном позора, о котором знали все присутствующие в комнате.

— Мне кажется, Стас пытался меня предупредить, — грустно призналась Ульяна, грея руки о корпус термоса. — Знаете, сегодня он мне звонил. Сам. Первый раз за все эти годы. Что-то по части проводки, вроде. Стас настаивал, чтобы я зашла. А я на подходе к его вагончику увидела девочку и решила, что не буду мешать. Не стану нагнетать обстановку, когда она только-только начала налаживаться.

— Что за девочка? — вскинулся Смольный старший. Видимо, внутри него подняла голову профессиональная чуйка.

— Да не знаю, — растерянно протянула Ульяна. — Обычная девочка. Черненькая, молоденькая. Черты лица немного азиатские.

— Надежда! — выдохнул Егор, возбуждённо дёргая напарника за рукав куртки. — Влад, он ведь сказал нам!

Влад, ошалевший от такого избытка эмоций, растерянно замер. Логики в словах Егора он не улавливал.

Напарник раздражённо закатил глаза и обернулся к отцу, видимо, окончательно разочаровавшись в умственных способностях поисковика.

— Па, ты смотрел трансляцию? Перед самым её окончанием Щепкин сказал фразу, которая сильно царапнула мне слух. Сказана она была как будто невпопад и сразу после неё трансляция резко прекратилась.

— Вам нужна надежда? — Влад с трудом выскреб из памяти этот эпизод и понял, что напарник прав. После этой фразы кадр переместился на окно, как будто оператор выпустил из рук штатив с камерой, а потом видео и вовсе оборвалось.

— Да, что-то вроде того, — кивнул Егор и продолжил, обращаясь к отцу и Ульяне. — Что если Надежда — это имя?

— Даже если так, — задумчиво протянул Смольный, — девочка не более чем исполнитель. Может быть, она выманила Стаса из деревни, может она привела его в группировку, но вряд ли она имеет в организации серьёзный вес.

— Она работает секретаршей у Кая, — подал голос Влад. — И тоже носит его ошейник.

— А ещё она пошла за нами на Изнанку и умудрилась там выжить, — добавил Егор.

— Значит, она последняя видела живыми моих ребят, — нахмурился Артём, сжимая на мгновение кулаки до побледневших костяшек. — Хорошо, я прикажу её пробить.

Влад вздрогнул. Разговор коснулся темы, которая его здорово беспокоила. Мёртвые ликвидаторы были именно тем последний гвоздём, после которого его гроб должны были опустить в яму и присыпать земелькой.

— Мы их не трогали, — пришёл на выручку Егор. Он говорил тихо и спокойно, не оправдываясь и не пытаясь кого-то переубедить. Отлично зная, что отец его услышит. — Вернее, я сдуру шарахнул по ним огненным сгустком. Перепугался, что узнают. Я ведь не думал, что они прекрасно понимали, кого ищут.

— Они отбили атаку, — торопливо добавил Влад, глядя как между бровями старшего Смольного ложится складка, — и погнали нас через лес. Похоже в этот момент мы сделали дыру и провалились на нижний слой.

Влад замолк, прерванный болезненным тычком под рёбра. Егор сделал страшные глаза, но было поздно. Старшие товарищи всё услышали и отлично поняли сказанное.

— Куда провалились? — ахнула Ульяна, переводя взгляд с друга на его сына и обратно. — И почему ты, Тёма, не сказал мне, что направил за мальчишками своих бойцов?

Артём и Егор синхронно поморщились. Пусть внешне у них сходств было не много, но общие черты в мимике просматривались на раз.

— Не успел. У меня есть анонимный информатор в братстве поисковиков, он периодически подкидывает компромат на Хромого. Я получил координаты буквально за полчаса до предполагаемой отправки парней. Думать было некогда. Ты перепугала меня словами об ошейнике Морены и громадном змеёвнике в депо, — Артём выглядел виноватым, но говорил твёрдо. — А потом стало совсем не до разборов полётов. Пацаны пропали, моих ликвидаторов нашли мёртвыми прямо у входа в разлом. Самое мерзкое, что убрали их очень грамотно. Два выстрела прямо в голову. Они даже понять ничего не успели. За вами, ребята, шёл кто-то крайне умелый. Похоже, нам стоит радоваться, что вы упали на нижний слой, и убийца потерял ваш след.

Влад был рад, что сидел. Потому что у него под ногами сыпалась такая надёжная и непоколебимая раньше реальность. Его сдали свои же товарищи.

Родное братство поисковиков продало его сначала Хромому, потом охране магического правопорядка. Дальнейший план действий напрашивался сам: поехать к крупнейшей точке сбора, найти весь цвет братства и планомерно выбивать из них всё дерьмо, пока они не расскажут, кто и зачем сотрудничает одновременно с теневой стороной города и полицией.

— Парень, без глупостей, — на плечо Влада упала тяжёлая рука, намертво вбивая его в диван. — Мы поймаем Хромого и вытащим за хвост всю его цепочку информаторов, главное, чтобы под ногами не крутились гражданские.

У Влада было очень много слов, чтобы возразить. Он знал, что никто в братстве не станет откровенничать с законниками, потому что все они, так или иначе, добропорядочными обывателями не являлись. Если неизвестный информатор не пожелает добровольно сдаться, Смольный уйдёт с пустыми руками. Бездарно потратит кучу времени. Но Влад прекрасно понимал, что его аргументы собеседника не убедят.

Где-то в недрах куртки Артёма зашипела радиостанция. Влад сквозь помехи и рваные куски слов ничего не разобрал, но Смольный встрепенулся, достал радиостанцию и нажал кнопку на боку корпуса:

— На связи.

— … на центральной площади…, — шипеть аппарат не перестал, видимо, ловило за городом так себе. Артёму пришлось дважды допытываться у дежурного внятного ответа, и когда он наконец его получил, у Влада по спине заструился холодок. — В городе беспорядки. На центральной площади организовался стихийный митинг.