Звёздный десант - Коллектив авторов

– Что? Ты? Уже отдохнул и горишь желанием поработать? – Брат Тод был крайне удивлён моему появлению. Киваю и усаживаюсь на привычное место, сопровождаемый его пристальным взглядом.

– Что случилось-то? Поругался с кем?

Киваю:

– Угу, с Аришей вашей.

– А что не так?

– Да ерунда, – я отмахиваюсь и, не желая развивать эту тему, пытаюсь перенаправить разговор в другое русло. – Я тут к Корвету заходил. Его что – правда на лом отправляют?

– Корвет? Да, он оказался малоценным. Для нас – малоценным. Так что у тебя с ней?

Меня прорывает.

– Да достала она! Выпить нельзя – плохой пример подаю. Житиями этих ваших святош достала. Псалмами этими чёртовыми!

– Эй-эй… ты по аккуратнее, да? Всё же помни, где говоришь и чего! – Он вздыхает. – Ты хоть понимаешь – чего ты наговорил мне сейчас?

Безразлично машу рукой:

– Да пофиг! Чё – сожжёте? Ну так жгите, достали уже.

Тод встаёт из за своего стола и переходит за мой – усаживаясь напротив.

– Она же заботится о тебе, о душе твоей грешной. А ты – так выражаешься. – Он печально и осуждающе кивает головой. – Каких святых и какие именно псалмы?

– Да не помню я, – отвечаю постепенно успокаиваясь. – Вроде про святую Фанту говорила и этот… ну, девятнадцатый стих, вроде. Да – точно номер девятнадцать.

– Святая Фанта? – он морщит лоб. – Не помню такой. Неужто память слаба стала? – Он встаёт и снимает с полки одной из этажерок книжку.

– Фанта… Фанта…. – Тод листаёт книжку, а потом со вздохом кладёт её на стол. «Жития Замечательных Святых» читаю я на обложке.

– Ой, извините, – я вспоминаю имя той тётки. – Меринда её звали.

– Меринда? – Он светлеет лицом. – Ну кто же не помнит святой страстотерпицы Меринды. Тут, кстати, – он пододвигает книжку мне, – и Псалмы есть. С десятого до двадцатого. Ознакомься на досуге.

Вздыхаю и беру её в руки.

– Экзаменовать будете?

– Не я, жизнь будет. Сам разберёшься – если мозгов хватит. Так что ты про Корвет говорил?

Я торопливо и путано излагаю свои мысли что вот нельзя так – новенький корабль на лом, что у него может быть хороший потенциал, что он недооценен и всё такое. Когда Тоду надоедает слушать о прерывает меня жестом:

– Я понял. Ты его хочешь себе. Вместо своей Анаконды. Так?

– Ну, – я колеблюсь с ответом. – Я ещё не решил. Не знаю. Просто жалко новенький корабль.

– Я тебе помогу, – он встаёт и начинает прохаживаться в своей излюбленной манере. – Итак. Он тебе нравится – да?

– Да.

– Хорошо. – Он развернулся у двери и пошёл назад. – Но ты не уверен в его боевой ценности?

– Да.

Тод показал мне свои руки со сжатыми кулаками и отогнул по одному пальцу на каждом.

– Он медленный и недалеко прыгает?

Киваю и он отгибает второй палец на левой руке.

– Но он самый новый на рынке и чисто боевой?

Киваю и счёт отогнутых пальцев сравнивается.

– Он у нас на Станции – бери и лети?

На правой руке отогнуты три пальца.

– Но его нужно переоборудовать, – я достаю из кармана сложенный вчетверо листок со списком модулей – его подготовил Александер перед отлётом на море. – И это дорого.

Счёт снова сравнивается.

– Он не такой универсальный как Анаконда. – Он отгибает очередной палец на левой руке. – И на Корвете ты будешь привлекать внимание в Империи. – Он готовится отогнуть последний палец на левой, но уловив мои колебания вздыхает. – Гордыня! Смири гордыню – я же вижу, что для тебя понты важны! Грешник!

Краснею – он прав. Покрасоваться тут на Федеральном корабле – это заманчиво.

– Но он более манёвреннее, чем Конда и… и у меня нет корабля сейчас.

Тод поднимает правую руку с раскрытой ладонью.

– Тогда бери. Отдам недорого.

– Сколько?

Он прищуривается, что-то прикидывая.

– Ну… две сотни.

– Сколько???

– А что ты хотел? Сам понимаешь… новинка. Ажиотажный спрос и всё такое.

– Какой-какой спрос? У кого – спрос? У завода по переработке лома спрос?

– А сколько ты готов за него отдать?

Вопрос ставит меня в тупик.

– Не знаю….

– Вот! – Он назидательно поднимает палец.

– Ты сначала реши, а потом уже…. Сто девяносто.

– Сто пятьдесят!

– Да ты охренел, сын мой?! Сто восемьдесят пять!

– Отче, вам он вообще на халяву достался! Сто шестьдесят.

– Не на халяву а промыслом Божьим! И не поминай имя его всуе, вымогатель! Сто восемьдесят три.

– Так его же я пригнал! Сам! Сто семьдесят. И ни миллиона больше!

– Не жмись, ибо грех стяжательства тяжёл, а жертвующие – блаженны ныне и всуе!

– Так пожертвуйте его мне! Сто восемьдесят – и это последнее моё слово!

– Пожертвую. Конечно, ибо дающий получает больше получающего. Сто восемьдесят три.

– То есть вы признаёте, что наживаетесь на мне?

Он замирает задумываясь.

– Поясни?

– Ну, вы – отдавая мне корабль, получаете больше чем он стоит.

– Это я так сказал?

– Ага.

– Это оговорка была. Берёшь за сто восемьдесят три?

– А подумать можно?

– Конечно, дорогой, думай. Только не долго. Я пока отменю приказ на утилизацию и зафиксирую намерение о покупке, – он подходит к своему столу, усаживается и начинает что-то набирать на клавиатуре. – Готово. – он смотрит на меня через верх монитора. – Корвет зарезервирован под тебя. На пару недель.

– Спасибо.

Он кивает и протягивает мне знакомые уже бланки.

– Про Адмирала подумал?

Отрицательно повожу головой.

– Нет, спасибо. Мне и Контриком неплохо.

– Как знаешь, – он с явным сожалением убирает бланки в стол. – Если надумаешь – они тут. Недорого. Десятка и ты – Адмирал, а?

Но я непреклонен, и он задвигает ящик в стол.

– Чем заняться думаешь? Ты же в отпуске.

Пожимаю плечами:

– Не знаю.

– Слетай куда либо. Развейся.

Я поднимаюсь из-за стола.

– Книгу не забудь!

Приходится вернуться и забрать «Жития….»

– Ты слетай на какую ни будь мёртвую планету. Посади корабль в кратер. Помедитируй. Книжку почитай, – напутствует он меня на пороге.

– На Сайде?

– А что? Тоже корабль.

Выхожу из кабинета, аккуратно притворяя дверь.

Вот уже около часа я лечу на небольшой высоте над номерным мёртвым планетоидом в поисках подходящего кратера. Систему я выбрал наугад. Просто ткнул пальцем в карту и бортовой комп проложил мне путь за пределы обжитого пузыря систем. Справа от меня, насыщенным синим цветом пламенеет диск местного светила. Его сияние окрашивает простирающуюся подо мной мёртвую поверхность в холодные тона. С высоты в пару километров кажется, что тут не ступала нога человека. Но на проверку планетоид оказался не таким уж и мёртвым – на его поверхности обосновались сразу два небольших поселения. Вот к