Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

Когда Пастор дошел до границы виноградника, он решил проверить сейсмический вибратор и взобрался по склону горы. Здесь не было дороги, но через лес шла хорошо утоптанная тропинка. Впрочем, из деревни на машине сюда не добраться. В четверти мили от домов находилась поляна, где под деревьями стояли старая «барракуда» Пастора, ржавый микроавтобус «фольксваген», оранжевый «субару» Мелани и принадлежащий коммуне пикап — темно-зеленый «форд-рейнджер». Отсюда вдоль склона вилась грязная дорога длиной около двух миль, которая выходила на окружное двухполосное шоссе. По нему до ближайшего города — Силвер-Сити — десять миль.

Раз в год все члены коммуны целый день закатывали бочки с вином вверх по склону на поляну, здесь их ставили в грузовик Пола Бейла и отвозили в Напа, где вино разливали по бутылкам. В жизни коммунаров этот день занимал важное место, вечером они устраивали настоящий пир, а следующий день становился праздником, посвященным удачному году. Церемония проходила через восемь месяцев после сбора урожая, так что до нее оставалось всего несколько дней. В этом году, решил Пастор, они устроят вечеринку на следующий день после того, как губернатор отсрочит затопление долины.

В обмен на вино Пол Бейл привозил продукты для всей коммуны, а также держал бесплатный магазин, где они могли брать любые необходимые им вещи: одежду, сладости, сигареты, письменные принадлежности, книги, тампоны, зубную пасту и прочее. Система работала без денег. Однако Пол все подсчитывал и в конце каждого года клал разницу на счет, о существовании которого знали только Пастор и Звезда.

От поляны Пастор пошел по дороге, обходя оставшиеся после дождя лужи и перебираясь через кучи валежника, затем свернул в сторону и зашагал между деревьями. Здесь не осталось следов шин, поскольку Пастор тщательно замел тропинку. Подойдя к низине, он остановился. Впереди громоздился бурелом: сломанные ветки, вырванные с корнем молодые деревца, палая листва. Только подойдя к куче поближе и отведя в сторону ветки, он увидел грузовик.

Едва ли кто-нибудь станет разыскивать здесь пропавший сейсмический вибратор. Рикки Грейнджер, которого наняли на работу в «Риткин сейсмекс» в южном Техасе, не имел никакого отношения к далекому винограднику в округе Сьерра, штат Калифорния. Однако не раз случалось, что заблудившиеся туристы забредали на территорию коммуны — как, к примеру, Мелани, — и у них наверняка возник бы вопрос, как сюда попало такое дорогое оборудование. Поэтому Пастор и Едоки Риса потратили два часа, чтобы спрятать грузовик. Пастор не сомневался, что его невозможно заметить даже с воздуха.

Он освободил от веток колесо и стукнул ногой по покрышке — так ведет себя скептически настроенный покупатель, осматривая подержанную машину. Он убил человека, чтобы завладеть грузовиком. Пастор вскользь подумал о Марио, его хорошенькой жене и детях. Интересно, поняли ли они, что он уже никогда не вернется домой? Затем он выбросил эти мысли из головы.

Пастор хотел убедиться, что грузовик будет готов к завтрашнему утру. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы Пастора охватило возбуждение, ему ужасно захотелось немедленно отправиться в дорогу. Однако он сам назначил срок, и время является одним из решающих факторов.

Ожидание становилось невыносимым. Он хотел было залезть в кабину и запустить двигатель. Ну, чтобы его проверить и все такое, но понял, что этого делать не следует. С грузовиком ничего не случится. Сейчас нужно оставить его в покое, а завтра…

Пастор раздвинул ветки в другом месте и посмотрел на стальную плиту, которая наносила удары по земле. Если план Мелани — исключительно справедливый, по мнению Пастора, — сработает, вибратор вызовет землетрясение. Они используют энергию, которую накопила земля, чтобы заставить губернатора заботиться об охране окружающей среды. Земля будет спасать землю. Идея показалась Пастору почти святой.

Призрак негромко зарычал, словно что-то услышал. Скорее всего кролика, но Пастор быстро прикрыл ветками грузовик и зашагал обратно.

Он вернулся на дорогу и направился в деревню.

Однако на середине дороги он остановился, встревоженный. Когда он шел сюда, то переступил через упавшую ветку. Теперь кто-то отодвинул ее в сторону. Призрак рычал не на кролика. Здесь кто-то чужой. Пастор никого не слышал, но в лесу все звуки поглощает густая растительность. Кто же заявился? Неужели за ним следили? А вдруг чужак видел сейсмический вибратор?

По дороге домой Призрак заволновался. Когда они подошли к поляне, где стояли машины коммуны, Пастор понял, в чем дело.

Рядом с «барракудой» стояла полицейская машина.

Сердце Пастора остановилось.

Как быстро! Неужели они смогли так быстро его найти?

Он посмотрел на белый «форд» с идущей вдоль борта зеленой полосой и серебряной шестиконечной звездой шерифа на двери, четырьмя антеннами и рядом разноцветных мигалок на крыше.

Успокойся. Все пройдет.

Полицейский мог приехать сюда вовсе не из-за вибратора. Например, его привело обычное любопытство. Раньше такого не случалось, но на свете всякое бывает. Впрочем, причин для появления полиции может быть масса. Возможно, они разыскивают пропавших туристов. Или помощник шерифа ищет подходящее место для свидания с женой соседа.

Быть может, они даже не знают, что здесь находится коммуна. Если он скроется в лесу…

Слишком поздно. Как только эта мысль пришла ему в голову, из-за дерева вышел полицейский. Призрак громко залаял.

— Тихо, — сказал Пастор, и пес замолчал.

Полицейский был одет в серо-зеленую форму помощника шерифа, над левым карманом короткой куртки красовалась звезда, голову украшала шляпа, на поясе — кобура с пистолетом.

Он увидел Пастора и помахал ему рукой.

После коротких колебаний Пастор помахал в ответ.

И неохотно подошел к машине.

Он ненавидел полицейских. Большинство из них были ворами и злобными психопатами. Они пользовались своей формой и положением, чтобы скрывать тот факт, что сами являются еще более злостными преступниками, чем те, кого они сажают за решетку. Однако Пастор решил разговаривать с ним вежливо, словно обычный тупой обыватель, полагающий, будто полицейские призваны его защищать.

Пастор расслабился и постарался дышать ровно. Улыбнувшись, он сказал:

— Доброе утро.

Полицейский приехал один. Довольно молодой, лет двадцать