Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

склонившийся перед более сильным, превращается в стадо рабов, каким бы сладким и удобным для них не сделали загон.

— Ого! — Удивленно присвистнул Милаш. — Вот такого от тебя услышать я точно не ожидал.

Кар хотел ответить, когда в деревне началось оживление. Из крайнего к лесу дома выскочила молодая девушка, удерживая на вытянутых руках малинового цвета полотнище. Подскочив к краю забора, она закинула на него тряпицу и, встав к ней спиной, скрестила руки на груди.

Чего она ждала стало понятно секунду спустя, когда из здания вышел высоченный мард. На его лице читались признаки ярости. Он сверлил злым взглядом спокойно стоящую женщину. Деревня погрузилась в тишину. Люди замерли, не сводя взглядов с необычной пары. Даже марды из охраны, на другом конце деревни, привстали со своих мест, чтобы лучше видеть происходящее.

— Сейчас что-то будет. — Прокомментировал Милаш.

Однако он ошибся. Стоящий на крыльце гигант, зло сплюнул на землю, бросив еще один свирепый взгляд в сторону девицы, молча вышел со двора. За ним из дома вышел мужчина в годах, с седыми волосами и многочисленными морщинами покрывающими лицо. Увидев его, девушка бросилась к старику, схватив его за руку.

— Очень интересно. — Тихо сказал Кар, не сводя взгляд с пары. — Дождемся вечера, я хочу пробраться к дому.

— Чего? Ты головой в пути случаем не бился, на кой это нам?

Шаман не ответил, так как и сам в полной мере не отдавал себе отчета, зачем это ему. Однако некое чувство, какая-то мысль на грани сознания, не давала покоя гоблину. В этой сцене, он углядел нечто, что зацепило его внимание, но Кару не удавалось ухватить мысль и понять, что же такого привлекло его внимание.

Когда солнце скрылось за горизонтом, а вокруг стали сгущаться сумерки, гоблин с человеком выбрались из своего укрытия. Пригибаясь, стараясь выглядеть как можно более незаметно, они прокрались к деревеньке. Перебраться через забор труда не составило: Милаш подсадил низкорослого гоблина, после чего, схватившись за край забора перепрыгнул на другую сторону.

— Вот тебе и вся охрана. Только представь, чтобы сделали с этим поселением, если бы сюда заявились враги.

— Тихо. — Приложил палец к губам гоблин. — Мардам плевать на людей. Зверей остановит забор, кого посильнее услышат заранее и успеют сбежать. Опасность представляют только другие племена Мардов, а у них, я уверен, есть договоренность не трогать, скажем так, обслуживающий персонал.

Прокравшись к входу в дом, гоблин, не раздумывая, стукнул костяшками пальцев по двери. Милаш беззвучно выругался, посылая проклятия на голову друга. Человек прекрасно знал свое племя и не сомневался, что увидев на своем пороге незваных гостей, местные поднимут клич и из деревушки придется рвать когти. К его глубокому удивлению, вышедший на порог старик, совсем не удивился, видя перед собой краснокожего гоблина. Воровато оглядевшись по сторонам, он посторонился, пропуская поздних визитеров в свое жилище.

— Убого живете, старик. — Окинув взглядом, внутреннее убранство сказал Милаш. — Продав свои души во власть мардов и работая на них от рассвета до заката, особых благ вы не получили?

Старик бросил затравленный взгляд сперва на серба, затем на гоблина. Сперва он хотел что-то ответить, но быстро передумав, лишь отвернулся, уйдя в дальний угол дома и спрятавшись за ширмой. Зато молодая девушка, без малейшего испуга на лице встречавшая гостей, ответила не задумавшись.

— Больно много ты умничаешь, «гость». Много ли ты знаешь о людях, живших в таких условиях как мы?

— Все люди, попавшие в этот мир, попали в схожие условия. Но не все продали свою свободу за безопасность. — Скривился Милаш.

— Свобода — понятие относительное. — Улыбнулась жемчужной улыбкой девушка. — Думаешь, ты свободен? Все мы скованы по рукам и ногам обязательствами, которые у нас есть: совесть, вера, воспитание, да много чего еще — все это ограничивает нас, ограничивает нашу свободу. Но именно эти понятия и являются теми основами, что отделяют разумного от обычного животного. А на счет подчинения местных людей мардам… Многие из нас, попали сразу на земли племени, другие забрели сюда, находясь в отчаянном и зачастую безвыходном положении. Зачастую на грани жизни и смерти. Марды дали этим людям то, чего они так желали — безопасность и стабильность.

— И люди теперь превратились для этих амбалов в послушный скот, работающий на обеспечение своего хозяина.

Милаш поймал предупреждающий взгляд Кара, букально требующего заткнуться. Но человека уже понесло. Вся эта ситуация взбесила его до крайности и остановиться вот так просто он уже не мог.

— О, великий и грозный воин, тебе столь просто рассуждать на такие темы. Судить, кто поступил правильно, а кто по твоему мнению, нет. — Закатила глаза девица.

— Прошу простить некую несдержанность моего друга. — Вмешался Кар. — Мы пришли сюда не ради пустой болтовни.

— Да, вы пришли по тому, что почувствовали мое послание. — Кивнула девушка, вмиг став серьезной. Но увидев непонимание на лице гоблина, только тяжело вздохнула. — Так и думала, что ты почувствуешь, но не поймешь что это такое, шаман.

— Самое врем объясниться.

Вместо ответа девушка сняла с веревки натянутой над потолком пучок сухих трав и отошла к столу. Там, среди множества расставленных на столе склянок и глиняных кувшинов, она извлекла ступу, и, сложив в нее траву, высыпала немного серого порошка. Все это она растолкала в ступе, аккуратно ссыпала в миску и залила раствором, хорошенько перемешав полученную смесь.

— Это что ведьмин ритуал? — Повернулся к гоблину за разъяснениями Милаш.

Кар лишь покачал головой. То, что делала девушка, не относилось к магии напрямую. Она не использовала магические потоки, у нее не было источника. И тем не менее, гоблин чувствовал исходящую от странной субстанции магическую силу. Совсем капля, едва различимая на фоне разлитой в пространстве манны, однако она там присутствовала. Сосредоточившись, гоблин уловил, как от проходящего через дом магического потока отделяются крохи энергии, наполняя созданную девушкой субстанцию.

— Я уже видел подобное. Это искусство управлением дыма, используемое мардами — Хмуро сказал гоблин.

Взяв в руки миску, девушка вылила содержимое в раскрытый зев печи. Языки пламени вспыхнули с новой силой. На мгновение огонь стал ярко оранжевым, словно листья деревьев поздней осенью. Из узкого окошка печи, стал распространяться серый дым. Он двигался странно: полностью игнорируя дымоход, вытекал в жилое помещение. Несколько секунд дым скапливался под потолком, а затем, словно понукаемый порывом ветра, он стал закручиваться, принимая кольцеобразную форму.

— Ничего себе. Кар, все еще будешь утверждать, что девица не ведьма?

— Молчал бы, раз не разбираешься в вопросе. — Презрительно бросила Милашу девушка.

Над потолком, висело сотканное из