Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Френч Джон

Взгляд Феникса остановился на Тринадцатом Капитане, он словно услышал его невысказанное желание продолжить бой и прикончить ещё несколько ублюдочных чужаков. Примарх улыбнулся, белоснежные зубы ярко блеснули на фоне измазанного копотью, кровью и тушью лица.

— Ага, эльдары решили за нас, — угрюмо произнес Соломон, заметив, что под аркой, на овальном постаменте структуры, через портал которой скрылся Провидец, вновь засеребрилось сияние.

— Вот это уже и в самом деле паршиво, — согласился Тарвиц.

— Штормбёрд-1! — закричал Веспасиан в капсулу вокса. — Запустить двигатели, мы идем к вам! Мой лорд, пора уходить.

— Уходить? — не своим голосом, как после долгого тяжелого сна, отозвался Фулгрим. — Куда? Зачем?

— Нужно немедленно покинуть планету, мой лорд, — торопливо заговорил Веспасиан. — Эльдары возвращаются, и на этот раз их явно будет в десятки раз больше, чем нас.

Примарх непонимающе покачал головой, и, словно от сильной боли, приложил руку к виску. Тем временем из пульсирующего свечения под аркой начали возникать первые эльдарские воины. Фулгрим молча наблюдал за тем, как враги бесшумно появляются из ниоткуда, сначала поодиночке, затем парами и целыми группами. Как и их мертвые собратья, лежащие у ног Астартес, они носили повторяющую все изгибы тела броню из перекрывающих друг друга пластин, но выкрашенную в другой, ярко-голубой цвет, и с желтыми гребнями на шлемах. Каждый из них держал наперевес короткоствольную винтовку, но, несмотря на явное преимущество и в численности, и в вооружении, ксеносы не спешили приближаться к Астартес. Люций помотал головой из стороны в стороны и повращал плечами, готовясь к бою.

И тут события начали развиваться чрезвычайно быстро. Прежде всего, Дети Императора услышали шум двигателей «Штормбёрда-1». Затем, Фулгрим, словно придя в себя, скомандовал:

— Да, уходим. Все на борт челнока! Вернемся за телами павших братьев после того, как разнесем в клочья проклятый мир-корабль и отрежем тварям путь к отступлению.

Люций подавил досаду и вслед за Примархом понесся вверх по склону к идущему на посадку «Штормбёрду-1», не выпуская из рук эльдарского меча.

Как раз в этот момент из портала под аркой вынырнули несколько эльдаров в темных доспехах, с куда более внушительным оружием в руках, напоминающим нечто среднее между длинноствольной винтовкой и плазмаганом. Мгновенно сориентировавшись, они нацелили свои орудия на завывающий челнок, зависший над головами Детей Императора.

Ослепительные, свистящие огненные полосы промелькнули в воздухе, и Люция швырнуло наземь мощнейшей взрывной волной. Секунду спустя мерзкое шипение повторилось, и мечник услышал новые взрывы, на землю посыпались куски металла, и холм заволокло густым черным дымом. Тринадцатый Капитан как-то сразу сообразил, что на «Штормбёрде-1» они уже никуда не улетят. Выплюнув изо рта песок, Люций поднял голову и увидел, что руины на вершине холма окончательно разрушены, и посреди них полыхают обломки челнока с оторванными крыльями и множеством пробоин в корпусе.

— Бе-е-ежим! — заорал Веспасиан.

И ЕЩЁ ОДИН РАЗ ВОЛНА АТАКУЮЩИХ ЭЛЬДАРОВ схлынула с вершины холма, оставив среди руин трупы погибших сородичей. Закрепившись у подножия, они продолжили обстрел позиций, на которых уже несколько часов держала оборону верхушка III Легиона. Странно блестящие заряды их винтовок с музыкальным звоном отскакивали от каменных глыб, обжигающие пучки энергетических залпов пронзали темнеющее небо яркими вспышками. Посреди развалин по-прежнему пылали обломки «Штормбёрда-1», время от времени пожар раздували негромкие взрывы боезапаса.

Глубоко вздохнув, Марий загнал в болтер очередную обойму и попытался собраться с мыслями в ожидании новой атаки. Все, кто пережил первую схватку с Призрачным Лордом, до сих пор держались на ногах, отражая нападения превосходящих сил ксеносов, несмотря на множество легких ранений, оставленных острейшими краями маленьких дисков, которыми стреляли эльдарские винтовки. Один из таких кругляшей сейчас лежал у ног Вайросеана, и он, подобрав диск с земли, задумчиво покрутил его в пальцах.

Казалось невероятным, что такая маленькая, безобидная на вид штуковина способна ранить Десантника, но несколько отверстий в его пробитом насквозь Мк. IV и глубокие болезненные порезы служили убедительным доказательством. Правда, слабину броня дала только на сочленениях, поэтому опасных ран Марий не получил.

Третий Капитан попробовал собрать в памяти события бесконечно долгого дня и битвы, развернувшейся на его глазах. О, ей суждено было войти в летописи Легиона — если, конечно они проживут достаточно, чтобы рассказать о ней. На глазах Вайросеана его друзья совершали геройские подвиги и показывали великолепные боевые умения, близкие к идеальным.

Он видел, как Люций в одиночку сражался против трех ксеноситских воительниц. Фехтуя двумя мечами — своим и трофейным эльдарским — он уложил своих противниц меньше, чем за минуту, не оставив им ни единого шанса.

Веспасиан бился, словно воскресший герой из Галереи Мечей, непорочная и восхитительная красота его мастерства сияла подобно маяку в ночи, когда он теснил с вершины холма нескольких ксенсов в зеленой броне и луковичных шлемах, испускавших синее пламя. Соломон и Юлий дрались спина к спине, обрушивая на врагов страшные, смертоносные удары. Саул Тарвиц же сражался с механической точностью, выдававшей многолетний опыт в кровавых битвах на передней линии.

Но Эйдолон — как он вел себя в этом бою?

В разгаре битвы Марий услышал за спиной очередной надрывно-воющий крик, свирепо вонзающийся в мозг, и немедленно развернулся, ожидая, что его сейчас атакует очередная вопящая женщина-эльдар. Однако же его взгляду предстали лорд-коммандер Эйдолон и трое парализованных ксеносов. Двое из них стояли на коленях, охватив руками окровавленные головы в треснувших шлемах, а третий пошатывался, не в силах сделать и шагу, словно пойманный в какой-то стальной захват. Эйдолон, явно смакуя момент, неторопливо прикончил их одного за другим, оставив Вайросеана в полном недоумении — как ни невероятно, но чудовищный крик издал сам лорд-коммандер.

— Сколько ещё ждать, пока этот идиот Азьел додумается послать за нами проклятую «Огненную Птицу»?! — пробравшийся сквозь завалы Юлий отвлек Мария от размышлений о битве.

— Мне-то откуда знать? Лорд Фулгрим пытается выйти на связь с флотом, но эльдары глушат все возможные сигналы.

— Грязные ксеноублюдки! — выругался Каэсорон. — А я ведь с самого начала знал, что им нельзя доверять!

Марий промолчал, не став напоминать Юлию о том, что на совете у примарха Первый Капитан как раз выступал в поддержку высадки на Тарсус. Единственным, кто твердо высказался против переговоров с Эльдрадом, был Соломон, и, похоже, он-то и оказался дальновиднее всех.

— Кажется, мы все здесь умрем, — кисло произнес он вместо ответа.

— Умрем? — переспросил Каэсорон. — Не дури. Пусть мы не можем связаться с «Гордостью Императора», но рано или поздно там все-таки сообразят отправить сюда челноки. Даже эльдары понимают это, потому-то они и не щадят себя в бесконечных атаках. Как там назвал их Примарх? «Раса, оказавшаяся на краю вымирания»? Неплохо бы нам с тобой сбросить их за этот край, а, Марий?

Настрой Юлия оказался заразительным, как и его непреклонная вера в победу. Вайросеан ответил на улыбку и пробормотал что-то вроде: «По-другому и быть не может».

— Что-то странное происходит у телепорта! — прокричал Саул Тарвиц. Марий и Юлий осторожно выглянули из-за каменного обломка и принялись внимательно всматриваться в происходящее у арки. Как решил Вайросеан, она напрямую связывала поверхность Тарсуса с миром-кораблем, что объясняло то, почему эльдары уже ждали их здесь.

Оставшиеся в живых воины ксеносов окружали сияющий в арке свет, который начал колебаться и приплясывать, словно огонек свечи. Воздев к небу свои мечи и винтовки, они завели песню на языке, больше похожем на музыку, чем на человеческую речь.