Достойны ли мы отцов и дедов - Станислав Сергеевич Сергеев

терять времени, оставив вместо себя на центральном посту Артемьеву, заступившую в качестве оперативного дежурного, и Васильева, отправился в серверную и продолжил работы по перенастройке системы. Может, кого-то это и шокировало бы, что в такой момент командир занимается непонятно чем, но в этом и состоит задача любого начальника — создать систему, которая в состоянии функционировать только под контролем начальника, а не при прямом управлении. Вот так и сейчас: через каждые десять минут Катя через систему оповещения докладывала о ситуации, а я, погрузившись в формулы, пытался нащупать иные каналы. Их наличие удалось зафиксировать, по скромным подсчетам минимум три-четыре, но избирательности установки хватало, чтобы пользоваться основным каналом в 41-й год, и еще одним менее сильным и стабильным каналом, но настроиться на него с ходу не получалось. Поэтому, плюнув пока на эту проблему, занялся настройкой установки на Севастополь 41-го года. В течение часа нащупал привычный канал и запустил программы настройки. Еще через час, пропустив несколько тестов, наконец-то убедился, что система вышла на рабочий режим и готова к запуску, чем и не преминул воспользоваться, известив центральный пост. Как раз в это время была получена информация о приближении к Симферополю со стороны Армянска колонны боевой техники. Для тактической связи расстояние было большим, поэтому штурмовая дежурная группа была временно отвлечена от охраны бункера и привлечена к процедуре пробоя времени.

Сначала включение на долю секунды, проверка системы, потом на секунду, опять проверка, затем на десять и на минуту, и снова проверки. Проведя все пункты процедуры, я запустил систему в постоянном режиме и дал команду на выдвижение штанги с радиоантенной. Система пеленгации первой установки была задействована, и благодаря этому удалось зафиксировать точку выхода. Временные параметры были неизменны, да и место выхода в сорок первом в пределах точности определения на таком расстоянии оказались в пределах расчетных. После чего попытался связаться с Санькой Артемьевым или с кем-то из нашего отряда и, к моему удивлению, получил ответ, что было странно, потому что бойцы были снабжены только тактическими шифрованными радиостанциями, и в первый раз они не добивали до точки выхода. Единственный радиопередатчик, добивавший в прошлый раз до портала, стоял на БТР и был выведен из строя во время ночного боя.

— База вызывает Бычка, База вызывает Бычка.

— База, это Бычок, привет, рад вас слышать.

— Ты как?

— Терпимо, у вас как?

— Проведена мобилизация, сидим по повышенной боевой готовности.

— Что, уже началось?

— Да непохоже, по косвенной информации — Дегтярев возвращается, но это может быть отвлекающий маневр. А так обкатаем народ, проверим всю систему, да и всем вокруг покажем силу, пусть сидят по щелям, когда мы работаем.

— Да уж. Неплохо сказано.

— Ты сейчас где?

— Да все там же, в госпитале.

— Как Воронова?

— Лечит, хотя времени на меня у нее нет, тут с фронта столько раненых навезли — немцы уже Бахчисарай взяли, и уже на подступах к городу идут бои.

— Понятно, Судоплатов в городе?

— Еще да.

— Вызывай его, скажи — портал функционирует, и нужно готовиться вытаскивать войска из-под Борисполя.

— Понял. Сейчас займусь.

— Давай, а я готовлю группу для изучения точки выхода — тут темно, и не могу пока точно идентифицировать место, а то, что тебя слышу, значит, где-то недалеко от города…

На этом контакт с Артемьевым прервался, и пришлось выключать установку — на связь вышел майор Дегтярев.

Привычный, чуть нагловатый и уверенный голос звучал устало:

— Феникс! Вызываю Феникса!

Я взял микрофон радиостанции и отжал тангенту:

— Чего орешь? Говори, что надо?

Секундная заминка, видимо, не ожидал такого ответа.

— Феникс, я тут с товарищами на огонек приехал.

— Так не базар. Товарищи пусть подождут возле аэропорта, а ты вместе с семьей пересядешь в нашу машину и на доклад.

— Феникс, а ты не охренел?

— Не-а. Ты и твоя семья. Поговорим, а потом посмотрим.

Пауза.

— Не доверяешь?

Я не стал втягиваться в переговоры.

— Выполняйте условия, через десять минут подойдет наша броня. Любая попытка оспорить наши условия будет восприниматься как агрессия со всеми вытекающими последствиями.

— Серега, ты что, сбрендил?

— Все, базар закончен.

— Ну как хочешь…

В голосе действительно слышалась обида.

Пока шла перепалка, разведгруппы в режиме радиомолчания окружали место остановки конвоя. Ситуация была такова, что ничего нельзя оставлять на волю случая. Через двадцать минут к остановившемуся возле поселка Комсомольского конвою подкатил БТР в грязно-бело-пепельном камуфляже, лучше всего подходящем для путешествий в нынешнем мире. Он остановился на удалении ста метров и стал ожидать, когда переберутся майор Дегтярев с женой и ребенком. Пока все было спокойно. Несколько раз шел активный радиообмен между машинами конвоя, но кодированную связь прослушать не получалось. Видимо, было принято какое-то решение, и через десять минут от КШМ отделились три фигуры в защитных костюмах, одна их которых была явно детской, и двинулись к замершему бронетранспортеру.

Все это происходило в тишине, и только завывание ветра в мертвых деревьях озвучивали эту картину. Забравшись в БТР, Дегтярев угрюмо посмотрел на четырех бойцов в полном снаряжении, которые быстренько его разоружили, металлоискателями нашли еще пару смертоносных игрушек и с помощью нелинейного локатора нашли поисковый маяк, который был спрятан у жены майора на ноге. Олег сначала с угрюмой решимостью смотрел на все это, а потом успокоился, поняв, что в жизни Сереги Оргулова произошли какие-то не совсем приятные изменения и сейчас введен особый режим безопасности. Он как смог успокоил жену и сына, спокойно откинувшись на спинку сиденья, взял за руку Татьяну и закрыл глаза: наработанное годами интуитивное чувство опасности, которое не раз спасало, сейчас тихо и беззаботно спало…

Через двадцать минут Дегтярев вместе со своим семейством уже был возле входа в главный бункер в Молодежном. Пройдя через тамбур, они снова подверглись проверке, но теперь более основательной, и в сопровождении вооруженной охраны были препровождены в кают-компанию.

Олег все это воспринимал вполне спокойно и, увидев Оргулова, вздохнул и про себя пробормотал: "А я-то думал…" Его жена и Светлана Оргулова дружески обнялись и, прихватив ребенка, без разрешения ушли по галерее в сторону жилых боксов. Сергей, наблюдая такое нарушение субординации и дисциплины, пожал плечами и сделал шаг к другу и протянул ему руку.

— Здорово, Олежек.

Тот демонстративно пожал руку, но при этом сжал ладонь Оргулова так, что тот чуть скривился.

— Ну здравствуй, Сергей, может, расскажешь, что тут за цирк ты устроил?

— Ну блин, руку отпусти, спецназер хренов. Сам виноват, поднял тут переполох, так мы из-за вас всеобщую мобилизацию провели, и весь город уже день