Сага Гарри Поттера - Джоан Роулинг

«На меня напал гиппогриф, а моего друга Винсента Краббе жутко искусал бешеный скучечервь», — рассказал четвероклассник Драко Малфой. — «Мы все ненавидим Огрида, только боимся кому-нибудь сказать об этом».

При всём том, Огрид не намерен прекращать свою деятельность, направленную на унижение школьников. В беседе с корреспондентом «Прорицательской газеты», состоявшейся в прошлом месяце, он признался, что занимается выращиванием существ, которых он неуклюже окрестил «взрывастыми драклами». Эти существа суть не что иное как в высшей степени опасный гибрид мантикоры и огневого краба. Как мы все знаем, выведение новых пород магических существ является деятельностью, которая должна проводиться под строжайшим контролем со стороны департамента по надзору за магическими существами. Но Огрид, похоже, считает, что всякие «дурацкие ограничения» не для него.

«Ну, я просто позабавился чутка», — отмахнулся он и быстро сменил тему разговора.

В добавление к вышесказанному (хотя и одного этого более чем достаточно), «Прорицательская газета» получила неоспоримые доказательства того, что Огрид не совсем чистокровный колдун — каковым всегда прикидывался. В действительности, он даже не совсем человек. Согласно сведениям, полученным из экслюзивного источника, его мать — не кто иная как гигантесса Фридвульфа, чьё местонахождение в настоящее время неизвестно.

В течение последнего столетия кровожадные и злые гиганты, бесконечно воюя друг с другом, сами довели себя до состояния почти полного истребления. Горстка оставшихся в живых влилась в ряды сторонников Того-Кто-Не-Должен-Быть-Помянут. На их совести лежат наитягчайшие преступления, совершённые в годы его ужасного правления, в том числе массовые убийства муглов.

Фридвульфа не попала в число гигантов, уничтоженных аврорами, боровшимися против Того-Кто-Не-Должен-Быть-Помянут. Возможно, она, бежав из страны, примкнула к одному из сообществ гигантов, всё ещё обитающих в горных массивах других стран. Если принять во внимание эскапады сына Фридвульфы на проводимых им уроках, становится ясно, что он в полной мере унаследовал жестокий характер своей матери.

По невероятной прихоти судьбы, Огрид известен тем, что завёл близкую дружбу с мальчиком, который послужил причиной заката власти Сами-Знаете-Кого — и тем самым вынудил мать самого Огрида, также как и остальных приспешников Чёрного Лорда, скрываться в изгнании. Возможно, бедный Гарри Поттер не знает всей правды о своём «большом» друге — однако, удостовериться, чтобы и он, и остальные школьники были предупреждены относительно опасностей, которыми чревата дружба с полугигантами, есть прямая обязанность Альбуса Думбльдора.

Гарри закончил чтение и посмотрел на Рона, разинувшего от удивления рот.

— Как она узнала? — прошептал он.

Гарри беспокоило совсем другое.

— Что ты хотел этим сказать: «мы все ненавидим Огрида»? — бросил он в лицо Малфою. — И что за чушь насчёт того, что его, — Гарри показал на Краббе, — жутко искусал бешеный скучечервь? Да у них и зубов нет!

Краббе тупо лыбился, крайне довольный собой.

— Я рассчитывал положить конец преподавательской карьере этого идиота, — сверкнул глазами Малфой. — Подумать только! А я-то ещё думал, что он в детстве наглотался «Скеле-Роста»… Ну, а уж такое никому из папочек-мамочек не понравится… они забоятся: вдруг он скушает их детушек… ха-ха…

— Ты…

— Вы собираетесь слушать или нет? — донёсся до их ушей голос профессора Гниллер-Планк.

К этому времени возле единорога столпились все девочки. Они осторожно гладили красавца. Гарри повернулся — газетная вырезка дрожала в ходящей от ярости ходуном руке — и невидяще посмотрел на единорога, чьи волшебные свойства в настоящий момент перечисляла профессор Гниллер-Планк — громким голосом, чтобы мальчики тоже услышали.

— Хорошо бы, она осталась! — воскликнула после урока Парватти Патил, когда все они возвращались в замок на обед. — Я даже не думала, что уход за магическими существами может быть таким интересным… за настоящими существами, вроде единорогов, а не за какими-нибудь монстрами…

— А как же Огрид? — напустился на неё Гарри. Они уже поднимались по парадной лестнице.

— А что Огрид? — равнодушно-холодным тоном проговорила Парватти. — Останется дворником.

Со времени бала Парватти вообще была чрезвычайно холодна с Гарри. Наверно, он и правда уделил ей недостаточно внимания, но ведь она и без этого прекрасно себя чувствовала. Во всяком случае, она не забывала уведомить всех и каждого, что в ближайшие выходные встречается в Хогсмёде с мальчиком из «Бэльстэка».

— Урок и правда был очень хороший, — признала Гермиона на входе в Большой зал. — Я не знала и половины тех вещей, которые профессор Гниллер-Планк рассказала про едино…

— Ты на это посмотри! — рявкнул Гарри и сунул ей под нос заметку из «Прорицательской».

В процессе чтения Гермиона всё шире и шире открывала рот. Отреагировала она точно так же, как и Рон:

— Откуда эта жуткая Вритер всё узнала? Не Огрид же ей сказал?

— Нет, конечно, — ответил Гарри, первым подходя к гриффиндорскому столу и в бессильном гневе падая на стул. — Он даже нам не говорил! По-моему, она так обозлилась, что он не наговорил ей всяких ужасов про меня, что взяла и нарыла компромат на него.

— Возможно, она подслушала его разговор с мадам Максим во время бала, — задумчиво произнесла Гермиона.

— Мы её в саду не видели! — возразил Рон. — В любом случае, её больше не пускают в школу, Огрид сказал, что Думбльдор запретил ей…

— А вдруг у неё есть плащ-невидимка, — предположил Гарри, накладывая на тарелку куриную запеканку и в раздражении заляпывая всё вокруг. — Очень на неё похоже, не правда ли, шнырять в кустах и шпионить за людьми.

— Совсем как вы с Роном, — заметила Гермиона.

— Мы не хотели! — возмутился Рон. — У нас не было выбора! И вообще, чего этот дурень взялся вещать про свою мамочку там, где его всякий мог услышать!

— Надо сходить к нему, — решил Гарри. — Сегодня же вечером, после прорицания. Сказать, что мы хотим, чтобы он вернулся… Ты же хочешь, чтобы он вернулся? — прикрикнул он на Гермиону.

— Я… хм… не буду притворяться, было очень приятно для разнообразия побывать на нормальном уроке ухода за магическими существами… но я хочу, чтобы Огрид вернулся, конечно же, хочу! — поспешила закончить Гермиона, испугавшись свирепого взора Гарри.

Таким образом, после ужина все трое снова вышли из замка и по замёрзшему двору направились к хижине Огрида. Постучали. Ответом был гулкий лай Клыка.