Цикл «Аратта». Книги 1-7 - Мария Васильевна Семенова

— Эй, ты, арий! Хватайся за веревку. С тобой желает говорить маханвир.

* * *

Накх с серой лентой в косе привел связанного Анила к причудливой башне на каменном подклете, заставил подняться по узкой лесенке и втолкнул в неуютную светлицу, больше напоминавшую темницу. Данхар сидел за накрытым столом, старательно обгладывал ногу жареной косули.

— Руки ему развяжи, — едва отвлекшись от еды, приказал маханвир.

Страж без лишних слов снял путы с запястий пленника.

— Иди, я тебя позову.

Анил услышал, как тихо закрылась дверь за спиной.

— Ну что, кушать хочешь?

— Хочу, — честно ответил юноша.

— Присаживайся.

Дахар вонзил нож в бок косули:

— Отрезай себе сколько влезет.

«Проверяет, — быстро смекнул Анил. — Попытаюсь ли я броситься с этим ножом на него…»

Сердце юноши стучало часто, но он старался не подавать вида, что взволнован. В конце концов, он не совершил ничего дурного… По крайней мере, не успел. Да и накх, несмотря на жутковатую рожу, был не какой-то лесной разбойник, а воевода на службе у наместника Бьярмы. На этот случай у юноши был припасен кое-какой важный довод…

Поэтому Анил почти спокойно сел за стол, отрезал кусок и принялся за еду.

— Ну, рассказывай, — любезно предложил Данхар. — Кто ты такой? Почему выдавал себя за царевича? Да — и ты там что-то кричал про наместника. Зачем он тебе понадобился?

— Это мое дело, — прохладно ответил Анил. — И наместника.

— А вот и нет, — так же холодно ответил накх. — Я — глава его охраны. Стало быть, покуда все не выложишь, будешь сидеть тут.

— За столом с яствами? Что ж, не возражаю!

— Брось мне свой норов показывать! — строго произнес Данхар. — Или думаешь, раз высокородный, на тебя управы не сыщется? Э, нет, тут ты прогадал. Ты был схвачен как самозванец. Стало быть, посягнул и на государя Аюра, и на Исварху, его небесного отца, и на порядок в державе. Коли так — будешь казнен… Ты, верно, в столице прежде не бывал?

— Это я-то?! Да я там всю жизнь прожил!

— Видел, как путь из Нижнего города в Верхний головами арьев разукрасили?

— Само собой!

— А я не видел. С удовольствием посмотрел бы, да жаль, ехать далеко…

Анил поднялся из-за стола и скрестил руки перед грудью:

— Я из столицы совсем недавно и все видел — головы, башню сгоревшую… А в Бьярму я прибыл не грибы собирать! Я сюда послан по личному повелению блюстителя престола Кирана с особым заданием.

— Ишь ты, особое задание! — оскалился Данхар. — Это все слова! Чем докажешь?

— Не для тебя мои доказательства, — высокомерно ответил Анил. — Отвези меня к наместнику — ему я их и предъявлю.

— Э, нет. Ты предъявишь их мне или отсюда не выйдешь.

— Ты не посмеешь запереть в темнице благородного ария!

— Вот как? Спасибо, а то я не знал. Итак, давай по порядку. Мои воины схватили тебя вместе со жрецом Северного храма, когда ты, собрав толпу, выдавал себя за Аюра. Пока ничто не смущает в моих словах?

— Я все могу объяснить!

— Конечно, потом объяснишь, а я продолжу. Итак, вас со жрецом взяли, когда ты призывал бьяров к бунту. Несомненно, это Киран поручил тебе смущать народ?

Анил покраснел, вспомнив речь, которую для него сочинил Хаста. «Хвала Исвархе, что я не успел ее произнести!»

— И в довершение всего, когда ты уже сидел в яме, в крепость явилась знатная накхини и потребовала отпустить вас со жрецом! Это что, тоже воля Кирана? Или он держит на службе сестру саарсана?

— Все было не так!

— Ну что, готов рассказать без утайки, кто ты такой? Что тебя связывает с Северным храмом и мятежниками Ширама? Как саарсан поддерживает связь со Светочем? И с кем еще тебе надлежало встретиться в Бьярме? Я жду!

Анил молчал, пытаясь осмыслить услышанное. Этот накх что, действительно собирается обвинить его в измене и удерживать, пока он не признается?!

— Пойми, мальчик, — продолжал Данхар, — я уважаю твое происхождение. Если будешь молчать, я даже не буду тебя пытать. Просто верну в яму. Скоро пойдет снег… Порой он здесь бывает такой, что кони вязнут по грудь. День за днем он будет падать к тебе в темницу, пока ты не сдохнешь от холода… Ты этого хочешь?

— Нет, — буркнул юноша.

— Тогда говори — зачем ты пытался устроить мятеж в Бьярме?

— Никакого мятежа я не устраивал! Я здесь вовсе не за этим. О моих действиях все известно ловчему Каргаю, и письмо от Кирана обо мне тоже у него. Но он в походе и вернется не скоро.

— Это верно, не скоро, — довольно ухмыльнулся Данхар.

— А потому я требую… — голос Анила осекся, — я настоятельно прошу… Сообщи наместнику Аршалаю, что в твоей крепости находится его сын.

— Сын?

Данхар привстал, не веря своим ушам.

— Меня зовут Анил, и я сын наместника Аршалая, — подтвердил юноша. — Именно поэтому Киран меня сюда и направил. Поверь, так оно и есть.

Страж Севера опустился на скамью и принялся неспешно пережевывать мясо, не сводя глаз с молодого царедворца. По неподвижному смуглому лицу маханвира никто бы не догадался, о чем он сейчас размышляет.

«Сын Аршалая? Неужто правда? Да, дорогой друг пару раз упоминал, что в столице у него остался сын и сейчас он служит при дворе… И пожалуй, этот парень на него в самом деле похож… Вот же диво!»

Чем дольше Данхар обдумывал внезапную новость, тем более неприятной, даже угрожающей она ему казалась.

«То, что Аршалай втихую водит шашни с Северным храмом, известно давно. Мне он постоянно талдычил, дескать, просто не хочет ссориться — а вот оно как! Мало того что его сын разыгрывает игру с луковыми жрецами — а мне Аршалай про это ни слова не сказал, — так теперь выясняется, что с ними заодно и накхи Ширама! Ведь Марга здесь, конечно, не одна…»

Стражу Севера почти осязаемо почудилось, как под ним зашаталась башня, недавно казавшаяся такой прочной.

«Если Аршалай за моей спиной уже успел договориться и со Светочем, и с Ширамом — я долго не заживусь! В любом случае ни жреца, ни мальчишку к наместнику отпускать нельзя… Но и удерживать я их тоже не смогу — у Аршалая везде соглядатаи. Вот-вот ему станет известно, что мои люди поймали и увезли ряженых… Что же делать?!»

На этот вопрос у Данхара всегда было наготове простое решение. Приняв его, он поднял голову и улыбнулся.

— Что ж, я тебе поверю, — добродушно произнес он. — Скоро, может даже завтра, я поеду в