Лич (СИ) - "Strelok"

По мере работы с ванарскими манускриптами, книгами Кирилл начал замечать, что усвоение информации с каждым днем дается все хуже. Верный признак усталости, значит, пора дать разуму отдых. На сорок вторые сутки оккупации Васгара архилич лег вздремнуть…

Обычно нежить не видит сновидений, но в сей раз было по-другому. Лопатин разгуливал по храму Вечных, находящемуся в куда лучшем состоянии, чем сейчас. Никаких обвалившихся потолков, потрескавшихся стен, стершихся мозаик на полу. Будто совершил экскурс в прошлое.

«Какого лешего происходит?»

Добравшись до главного святилища, Кирилл обнаружил там четырехметрового гиганта. Ванар, облаченный в темно-синий халат с золотой вышивкой.

— Наконец-то мы можем поговорить нормально, — властно произнес Сохсар. Никем иным он быть не мог. — Достучаться до кого-то из вас крайне сложно.

— Значит, ты Сохсар? И это не сон?

— Да и нет.

Кирилл обошел ванарского бога по кругу. При жизни он выглядел довольно внушительно.

— Я думал, ты почти мертв и не способен ни на что.

— Часть моего сознания по-прежнему активна, вознесенный сильно отличается от обычного смертного создания. Нам ли с тобой не знать?

— Нам?

— Ты ведь тоже хочешь стать богом, верно? Первые шаги на данном пути уже сделаны. Для человека очень неплохо. Я могу помочь, обучить магии разума, управлению пространством и ходом самого времени.

— Взамен на возвращение?

Ванар кивнул.

— Шесть тысяч больших оборотов мира я пребываю в состоянии между жизнью и смертью, хотелось бы это исправить. Ты и твои некроманты имеете достаточно сил для проведения обряда.

— Я ведь не настолько наивен, чтобы поверить на слово. Мы разграбили Васгар, перебили его население, включая жрецов, распилили на части тебя. Я был бы очень зол.

— В моем положении угрозы бессмысленны.

— Пока ты слаб, да.

— Не меряй других по себе. Я всегда держу данное слово. Если обещал помочь, значит помогу. Репутация вознесенного обязывает соблюдать условия заключенного соглашения. Ты наверняка нашел много сведений обо мне в библиотеках храма.

— Допустим, мы вернем тебя, что потом?

— Мой народ скатился до уровня дикарей, культура в упадке. Я хочу объединить разрозненные племена и основать Новый Васгар. Мир достаточно велик, чтобы хватило места нам обоим.

— Будем честны, твоя раса не отличается миролюбием.

— Как и твоя.

— Справедливо и, тем не менее, я не могу ответить согласием на твое предложение.

— Не будь дураком! — Сохсар чуть повысил тон. — Ты теряешь единственный реальный шанс стать вознесенным!

— Сам справлюсь.

— Та орихалковая сфера в центре святилища… Убьет твое тело и душу при попытке высвободить накопленную энергию.

— Я знаю, поэтому процесс будет проходить поэтапно.

— Не важно, на сколько этапов ты его разделишь, человеческая сущность не выдержит такого напора магической энергии. А если и выдержит, то в любом случае необратимо пострадает.

Кирилл пожал плечами.

— Ну ладно, обойдусь без божественности. Мои возможности и так велики.

— Жалкий огонек по сравнению с моими силами в былые эпохи. Подумай еще раз, не отказывайся. Мы станем основателями нового пантеона… поглоти тебя Хаос, я даже готов уступить главенство в нем. Власть сама по себе меня никогда особо не привлекала.

«Интуиция сейчас прямо вопит не поддаваться на уловки. Пускай другие дураки заключают сделки с дьяволом».

— Пока, шимпанзе.

Хватило простого желания, чтобы выйти из состояния спячки. Кирилл обратил взор на мумифицированную голову Сохсара, лежащую на столике рядом. Пустые глазницы бога пылали алыми огнями.

— Я не совершу ошибки, о которой могу горько пожалеть.

В череп бога вонзилось обсидиановое лезвие разрывателя душ. Комнату на секунду озарила вспышка красного света. Глазницы Сохсара погасли, его сердце, помещенное в небольшой деревянный ларец, превратилось в обыкновенный кусок высохших мышечных тканей.

«Какой бесславный конец для столь величественного существа. Но так будет лучше. Бесплатный сыр бывает лишь в мышеловке».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Утром Кирилл дал осмотреть останки Сохсара демону, тот с удивлением вертел в руках каждую часть.

— Теперь бесполезные кости с тонким налетом магии.

— Сохсар умер окончательно?

— Нет никаких сомнений.

— Он связался со мной ночью во сне, — объяснил архилич. — Предложил свои знания в обмен на помощь в воскрешении… он много чего обещал.

— Ты правильно поступил, мой царь, — предельно серьезно ответил Сэдзо. — Для богов мы пыль под ногами, они могут убеждать в чем угодно, но когда получают желаемое, выбрасывают нас словно надоевшую игрушку. Или раздавят, как червя.

— Он мог многому нас научить.

— В лучшем случае Сохсар поработил бы нас, владыка. В этом заключается сама суть божественных существ, они существуют и преумножают силы за счет нас.

— Хочешь, сказать, становиться одним из них — плохая идея?

— Я ничего не хочу сказать, владыка, — уклончиво ответил Сэдзо. — Решаешь тут ты.

О вражеской армии Кирилл узнал за два дня до ее появления близ Васгара, конные дозоры не зря патрулируют пустыню в радиусе ста километров. Немертвые давно уже готовы к встрече с ванарами, ров выкопан, стены укреплены, планы обороны составлены.

Конечно, личи задумывали просто натравить на кочевников орду зомби в поле, не давая приблизиться к городу, но лишний раз перестраховаться не помешает.

Через подзорную трубу из бронзы, найденную в храмовых закромах, архилич прекрасно видел ванарские тумены. Тысячи наездников на одногорбых верблюдах, еще больше пеших воинов. Зачарованная оптика давала более чем тридцатикратное увеличение.

— А они пришли подготовленными, — прокомментировал Кирилл. — Осадные орудия тащат.

— Какие именно? — спросил Ксочипеп.

— Тараны, пару-тройку катапульт и много лестниц.

— Они им не понадобятся.

— Натравливаем мясо? — уточнил стоявший чуть поодаль Тлалок в компании жрецов-личей.

— Пусть поближе подойдут.

Прошло еще минут десять, пока Кирилл не дал отмашку:

— Можно!

В этот момент, повинуясь ментальным импульсам некромантов, слегка прикопанные в песках зомби вышли из режима ожидания. Восстание без малого сорока тысяч мертвецов должно стать для ванаров если не полной неожиданностью, то крайне неприятным сюрпризом. Не зря столько копали.

Ходячие трупы, сумевшие выкарабкаться из-под слоя песка, сбивались в толпы и направлялись к живым. Их примитивные подобия разума следовали только одному приказу: «убить живых».

Враг впал в замешательство из-за надвигавшихся с разных сторон мертвяков, часть кочевников впала в панику, другие сомкнули строй. Сложно сохранить самообладание, когда на тебя прет злобный полутруп с темпераментом в двести Чикатил.

— Это будет занимательно.

— Согласен, мой царь, — кивнул тлакеталь. — А можно мне в трубу посмотреть?

— На, смотри.

Ксочипеп прислонил смотровой прибор к своей глазнице.

— Отличная штука, однако… все видно.

— Что думаешь насчет ванаров?

— Даже если каким-то чудом справятся с первой волной, у нас еще пятьдесят тысяч трупов и две фемы ягуаров наготове.

— Против тридцатитысячного вражеского войска.

— Подозреваю, это их авангард, — произнес тлакеталь. — Они действуют не особо слаженно из-за племенной разобщенности… Ох, ничего себе.

Со стороны вражеского войска прокатилась широким фронтом сиреневая клубящаяся волна энергии. Попавшие в зону поражения зомби, тысячи две, повалились на песок и больше не поднимались.

Замелькали вспышки менее мощных заклятий, полетели залпы стрел. Одиночную нежить или небольшие ее группы разносило на части, сжигало до состояния кучки углей, поражало разрядами молний. Арсенал боевой магии что у людей, что у нелюдей не отличается богатым разнообразием, но его эффективность крайне велика против неприкрытых защитными чарами врагов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И, тем не менее, это не могло истребить всю орду мертвецов. Стоило им подобраться поближе, завязалась жестокая схватка. Живые против неживых. Наиболее опытные и обученные отряды ванаров прочно держали строй, зомби не смогли с ходу продавить фаланги щитоносцев. Но среди верблюжьей кавалерии воцарился хаос, животные впадали в панику и переставали подчиняться наездникам. В давке погибла не одна тысяч существ.