Там за облаками (СИ) - Елена Квашнина

   Славка, в очередной раз оторвавшись от её губ, любовно и нежно начал: "Какая же ты всё-таки ма...". Запнулся. Что-то промелькнуло у него в мыслях, она по глазам видела. Ласковая улыбка вдруг сменилась насмешкой, нежные интонации - снисходительностью. Он переиначил фразу:

   - Какие же вы все маленькие.

   - Кто "вы"? - с деланным спокойствием уточнила Маша, внутренне цепенея. Отлично поняла: вот, вот оно, началось!

   - Да бабы, - грубо ответил он.

   - Ах, бабы... - протянула Маша. - Ну-ка, поставь меня на место.

   - Ещё чего!

   - Поставь меня на место, сказала! Не то на весь подъезд заору. Вот так, умница. Теперь отпусти! Ну!!! - отскочила от него подальше. Он растерялся, побледнел, нервно кусал губы. Мальчишка, трус несчастный. Маша отчеканила ему:

   - Я тебе не баба, понял?! Я - прекрасная дама. Не для тебя? Значит, для другого. Ясно? Для того, кто на мне женится.

   - На таких, как ты, Мань, не женятся, - криво усмехнулся он.

   - Это ещё почему? - оскорбилась Маша, бочком медленно и незаметно для Славки спускаясь по лестнице.

   - Красивых и умных предпочитают в любовницах держать.

   - В любовницах?! - рассвирепела она, вспомнив предостережения Шурика.

   - Конечно. Кому нужна жена умнее, чем он сам и сильнее по натуре? Жена должна быть слабой дурочкой.

   - Ты именно такую себе выбрал, да? Ну, так я тебя огорчу. К тебе в любовницы я не пойду ни за что. Уяснил? А теперь проваливай. И завтра меня не жди. Хватит, попрощались! - она рванула домой. Влетела в квартиру. Забыв о ночном времени, громко хлопнула дверью и привалилась к ней спиной. Бурно дышала, точно стометровку одолела. К щекам прилила кровь. Так оскорбил, мерзавец! В левом виске запульсировало, заломило. Хотелось плакать навзрыд.

   За дверью слышались неторопливые шаги. Славка не уходил. Мерил шагами расстояние в холле перед её квартирой. Замирал ненадолго и снова начинал разгуливать туда-сюда. Маша отклеилась от двери и на цыпочках проскользнула в свою комнату.

   Постель была разобрана, спасибо Маргошке. Быстро раздеться, залезть под одеяло, согреться и уснуть, отключиться от свалившегося на неё кошмара. Душили слёзы, она с трудом их удерживала. Но, едва легла, как с кушетки приподняла голову сестра, - не спала, получается, - сказала сердитым шёпотом:

   - Шурик тебе три раза звонил. Ругался безбожно. Стаса искал. Стас за какой-то фигнёй должен был сегодня к своей мартышке съездить и не поехал. Дома его тоже не нашли. Шурик точно определил, что Стас у тебя кантуется.

   - Ты нас Шурику заложила? - голос у Маши прерывался.

   - Не-а, и не подумала. Отмазала. Говорю ему, - Стаса несколько дней не видела, ты точно к этой Митягиной пошла, без пальто и в шлёпках. Он не верит. Я ему, - приезжай и проверяй лично.

   - Поверил?

   - Не уверена. Но, кажется, поверил. Я умею впаривать. А ты чего такая? Вы поссорились?

   - Поссорились? Бери выше, кидай дальше. Мы с ним, по-моему, расплевались.

   - Зря ты с ним так. По-моему, расплевались, - передразнила Маргошка. - А вот, по-моему, он тебя любит.

   - Любит? - Маша хотела небрежно рассмеяться, но лишь хрипло закаркала. - Так не любят. Он вообще никого не любит, кроме себя, бесценного. И всё, не хочу обсуждать. Спокойной ночи.

   - Спокойной ночи, - прошуршала сестра, опустила голову на подушку, заворочалась. - Но если ты замечать не хочешь, то я тебя могу просветить, кто кого и насколько любит...

   Господи, понимала бы чего. Маша заткнула уши пальцами и вскоре, тихонько всхлипывая, заснула под бубнёж Маргошки, слабо различимый благодаря детским затычкам из пальцев.

   Она спала до полудня, как убитая. Не возмутись родители, могла и дольше проспать. Ещё час ходила в ночной рубашке. Отец рассердился:

   - Долго ты лахудрой ходить будешь? На свадьбу опоздаешь.

   - Не опоздаю, - буркнула Маша и, во избежание опасных разговоров, быстро позавтракав, то есть, скорее, пообедав, залезла в ванну.

   В халате и с непросохшей до конца головой её и застал внезапно приехавший Шурик. Маша растерялась. Думала, просто не поедет в ресторан и точка. Пока там спохватятся, разберутся, не до неё всем станет. И волки будут сыты, и овцы целы. Шурика не ждала. А Шурик не ожидал застать её в совершенно домашнем виде, вовсе не готовившуюся к выходу в свет. Разорался, будто припадочный. Из его ора Маша вывела: Славка Маше не доверяет, и поручил Шурику жёстко конвоировать девушку к месту торжества, но для начала им необходимо заехать к Закревскому домой за магнитофоном и мамой Стаса. Вернигора собирался добросовестно выполнить наказ друга, одной рукой крепко держать её, чтоб не сбежала, другой тащить магнитофон, маму Стаса в дороге развлекать по мере сил.

   Сцепив зубы, дабы злость не выплёскивалась из неё слишком большими порциями, она кое-как досушила волосы феном, кое-как оделась и накрасилась. На поток обвинений в свой адрес внимания не обращала. Всю дорогу отмалчивалась. И только когда перед самым домом Славки Шурик неожиданно брякнул: "Это он из-за тебя фордыбачит. Я знаю, где он вчера полночи проторчал...", - она окрысилась:

   - А не пошли бы вы все, знаешь, куда?! Я, между прочим, живой человек, не кукла безответная. С завтрашнего дня знать вас не буду никого. О Славке думаете, об Ире думаете. Обо мне хоть кто-нибудь подумал?

   - О себе ты сама думаешь. Причём, слишком много. И Стас о тебе тоже слишком много думает, - злобно озвучил свою позицию Шурик.

   - Послала я вчера вашего Стаса, понял? И вас завтра пошлю.

   - Ах, вот почему я сегодня должен тебя на поводке водить. Ты потерпеть не могла? Сутки какие-то.

   - Вы же просили меня гнать его. Я и гнала. Вы уж как-нибудь там между собой определитесь, мне гнать его или привечать? - сардонически попросила Маша.

   Они поднялись на седьмой этаж и стояли перед квартирой Закревских. Номер дома, номер квартиры, номер телефона заканчивались семёркой. Закревского окружали одни его любимые семёрки. Шурик позвонил. Дверь открылась, на пороге стоял Лёлек.

   - Приехали? Ну, хорошо. А то мы волноваться начали.

   - Ты что тут делаешь? - удивился Шурик. - Почему не в ЗАГСе?

   - Наш раздолбай обручальные кольца дома забыл, спохватился, когда расписываться позвали. Пришлось мне срочно сюда мотать, за кольцами.

   Забыл он, как же, - хмыкнула про себя Маша. Рассчитал всё очень тонко. Валенком прикинулся. Она пошла здороваться с мамой Славки, Анастасией Михайловной. И была поражена чересчур тёплым приёмом. Та её встретила, словно самую желанную гостью. Поводила по квартире, показала, как отделала и убрала комнату молодым. Маша натянуто улыбалась. Синие шторы, синие покрывала на диван, на пуфики, синие накидки на тумбочки. Всё отделано жёлтыми воланами. Последний писк заграничной моды. Долго ли выдержишь в этой агрессивной цветовой гамме? Позже выяснилось - не долго. Молодые быстро перебрались к родителям Ирины, откуда Славка, тоже довольно быстро, сбежал назад, домой.