Возмутитель моего спокойствия - Мая Грей

— Да, — тихо ответила, — вы опоздали, но он не в обиде, уснул в хорошем настроении.

— Что бы я без тебя, делал Диана? — мужчина взялся за мою ладонь и потянул ее к своим губам.

— Джон, — я отдернула ее.

— Диана, — вздохнул он, затем одной рукой подхватив меня под локоть, а другую положив на талию, повел в сторону гостиной — Пойдем, у меня для тебя небольшой, можно сказать, совсем маленький сюрприз. Я чувствую свою вину, что лишил тебя нормальной жизни, а себя возможности пригласить в ресторан. Но если я не могу пригласить тебя в ресторан, почему бы не пригласить ресторан к тебе? — он подвел меня к обеденному столу, с обыденной для этого дома сервировкой, к которой я уже привыкла, но необычным было наличие двух длиннющих зажженных свечей

Глава 19

Дивна

Приглушенный свет с потолка особенно выделял пламя традиционных восковых светильников. Звучавшая классическая мелодия придавала гостинной атмосферу романтики и умиротворения. Вот только это никак не умиротворяло меня. Вся эта картина красноречиво говорила об одном: «у тебя, Диана, намечается свидание, а ты в этом убогом платье не соответствуешь даже кружевной салфетке на этом столе». На самом деле, платье волновало меня меньше всего. Куда больше беспокоило давящее внимание Джона. При первом явном намеке на интерес к моей персоне, я дала понять, что переживаю, сложные сердечные проблемы. Тогда он уверил меня, что не преследует никаких целей, кроме как помочь мне их пережить, предоставив работу и крышу над головой. Но похоже, все не так, как он говорит.

— Джон, зачем все это? — мне было тяжело скрыть свой недовольный взгляд, — Я ведь не давала вам никакого по…

— Диана, — он вновь берет мою руку, — само твое существование в моем сердце, — прикладывает мою ладонь к груди, — дает мне повод надеяться и добиваться твоих чувств. Я понимаю, тебе нужно время. Время — хороший лекарь, поверь. Но то, что лечит тебя, убивает меня. Каждый новый день быть рядом с тобой и не сметь тебя обнять убивает меня.

— Джон, — пытаясь отдернуть руку, но безуспешно, — две недели, это слишком маленький срок, для того чтобы оказаться в вашем сердце.

— Я знаю тебя гораздо больше, чем две недели, поверь. С того самого момента, как я забрал Тима, он постоянно рассказывал мне о тебе. А сейчас я чувствую, что знал тебя всю свою жизнь. Пожалуйста, не отказывай мне. Это всего лишь ужин, — он подводит к столу и отодвигает стул для меня.

Мне бы сослаться на головную боль или тошноту, но как-то совесть не позволяет оставить старания искусных поваров элитного ресторана. Я сажусь за стол.

Подошедший официант аккуратно разложил на мою тарелку закуски из морепродуктов, а затем наполнил фужер вином. От вида морепродуктов стало как-то не по себе. Тошнота, вызванная стрессом, лишь только усилилась.

Я взяла фужер и пригубила вино. Вкус виноградного зелья немного подавил дискомфорт во рту. Я отпила еще немного, в душе убеждая себя, что это настоящее вино, а не какая-то там бодяга, которая была на вечеринке у Криса.

— Сейчас принесут одно изумительное блюдо, — Джон опустошил бокал вина и принялся поедать закуски. — Это фирменное блюдо данного ресторана, и я очень хотел, чтобы ты отведала его. Оно готовится прямо перед подачей.

— Вы, пригласили даже поваров? — усмехнулась я.

— Я же говорил, что пригласил ресторан домой. Если тебе понравится еда и если пожелаешь, могу приглашать хоть каждый день, — он взял небольшую паузу, а затем продолжил, — Диана, я готов сделать для тебя все, что пожелает твоя душа.

— Спасибо, Джон, но стряпня миссис Донован мне очень нравится.

Фирменное блюдо подали быстро, а на вкус оно показалось немного сыроватым. Но, может в этом и фишка. Сейчас не поймешь этих новомодных ресторанов, не доварят курицу, закинут какую-нибудь специю и называют это шедевром кулинарного искусства.

— Курица немного странная на вкус, — прожевав один кусочек, заметила я.

— Ты права, сегодня оно что-то не такое нежное, как обычно, но это не курица! — морщась от недовольства заявил Джон.

— А что же? Надеюсь не крокодил или лягушка, — говоря это, я отодвинула тарелку с блюдом, будучи уже уверенной, что отведала что-то из этой гадости.

Затем опустошила свой бокал, пытаясь сбить вином неприятный вкус во рту.

— Нет, это белуга, по крайней мере должна быть ею, а это, — он указал на небольшую черную жижу рядом с белой мякотью, — ее икра. Белужья икра — одно из-за самых дорогостоящих деликатесов в мире.

— Я не особый любитель сырой рыбы, Джон, — пытаюсь, как можно деликатнее объяснить свое нежелание есть сей «шедевр», — но это действительно очень необычное блюдо и я рада, что попробовала его.

— В том-то и дело, что оно не должно быть сырым, я, пожалуй, поговорю с поваром, — он отложил вилку и встал из-за стола.

— Нет, не стоит! — поспешила его остановить. — Блюдо действительно изумительное, Джон! И если больше никаких блюд не предвидится, то я лучше пойду.

Я почувствовала, как выпитое вино ударило в голову. Появилось легкое головокружение. Но здравая мысль все же пришла на напоследок, и она была — покинуть это застолье.

— Вообще-то есть еще десерт, — он сел обратно.

— Я не очень хочу есть сладкое на ночь.

— Может, потанцуем? — предложил мужчина, — Всего лишь один танец.

Не дожидаясь моего согласия, он подошел и протянул руку, приглашая на танец. И я ответила. То ли вино в голову ударило, то ли заду уже надоело отсиживаться, но ноги сами собой пошли покачиваться в танце. Главным было теперь не залезть на стол и не повторить событие месячной давности.

Вино продолжало медленно вводить меня в некую невесомость. Ноги, казалось, не слушались, цепляясь и спотыкаясь об обувь мужчины, от чего он все сильнее и сильнее прижимал к себе, поддерживая меня. Плохая это идея была танцевать.

Музыка сменилась другой, и я, собрав последние остатки ясности ума, настояла на возвращении в комнату.

— Джон, я очень устала, — я попыталась отдалиться от него.

— Хорошо, я провожу тебя в комнату, — он подхватил меня за талию и повел вдоль холла.

Его попытка насильно поцеловать меня у дверей комнаты, закончилась громкой пощечиной. Характерный хлесткий звук словно оглушил нас обоих. Какие-то секунды мы смотрели друг на друга, каждый подавляя свой гнев.

— Я бы не хотела разочаровывать Тима, Джон…

— Я понял, Диана! Этого больше не повторится, — произнеся с раскаянием, он поспешил удалиться.

Войдя в комнату, захлопнув дверь, я облокотилась к ней лбом и облегченно