Киран. Право воина. Книга вторая - Елена Звездная

— Просто я бежала… а там ветер… и запах… Дальше все произошло само собой и я как-то внезапно его оседлала, и потом поцеловала и… и как-то все так само собой. Гормоны там, крышу снесло, и вообще у меня от него сознание напрочь отключается, один только инстинкт размножения и остается.

Тишина какая-то оглушительная стала. Такое ощущение, что они даже дышать перестали. Папандр, у которого руки на груди были сложены, эти самые руки опустил, явно находясь в шоке, у эйтны из ее глаз опять тьма полезла, а Ар обессилено привалился к стене, тоже вовсю на меня глядя.

— Ты… — вдруг прошипел папашка. — Ты… ты… к Нрого!

И вышел. Да что там вышел — вылетел. Это надо было видеть… дверь едва не снес. Удивленно проследив за покинувшим нас хассаром, я повернулась к Ару, тому единственному которому тут вообще доверяла и прямо спросила:

— Что с ним?

Ар пожал плечами, продолжая внимательно разглядывать меня.

Потом бросив недовольный взгляд на все еще потрясенно взиравшую на меня эйтну, нехотя выдал:

— Понимаешь, то, что ты описала… обычно испытывают воины.

Женщины — нет.

В отличие от Ара я не испытывала смущения перед эйтной и молча указала женщине на дверь. Черномотанка действительно вышла, причем спиной и не отрывая от меня взгляда, причем уже какогото невменяемого. Да, Иристан продолжал радовать бредовыми ситуациями.

Дверь за эйтной я закрыла сама. Почему-то слабость и сонливость исчезли, сменившись бодростью и… нервозностью какой-то.

— Ар, — захлопнув дверь я развернулась к брату, — ничего не поняла, если честно.

Зеленоглазый воин пожал плечами, во все глаза меня разглядывая, потом все так же нехотя ответил:

— Про твой побег я знал. Про то, что хассар отдал тебя Дьяру так же — это было предсказуемо.

— В смысле «предсказуемо»?

Я начала расплетать спутанные волосы, попутно озираясь в поисках расчески. Находилась то я в своей прежней спальне.

— Кир, — Араван подошел, протянул свою расческу, которую из какого-то кармашка на поясе вытащил. Но едва я хотела ее взять, развернул меня, подвел к зеркалу и встав позади начал расчесывать сам. — Жен стесняюсь, — вдруг признался он, — а всегда хотелось.

Стою, смотрю в зеркало, там отражаюсь я и воин на голову меня выше, и у этого воина на лице такое счастливое выражение.

— Тетя Киара тебя расчесывала, а потом мне разрешала расчесывать свои волосы, — и вдруг признался, — самые счастливые воспоминания моего детства. Ты, я и тетя Киара…

Тут уж я потрясенно молчу, и только глаза округляются. Странно, я этого не помнила совсем. Но с другой стороны Ар меня старше, а вообще…

— Ар, а ты с кем остался, когда мы с мамой улетели?

— Сам… — тихо ответил воин, и расческа в его сильной руке замерла на миг.

И как-то много одиночества было в этом его «сам». Слишком много одиночества.

— Совсем сам? — тихо переспросила я.

— Не имеет значения, — мои волосы были расчесаны, затем стремительно заплетены в косу, конец которой Ар сам скрепил невыразительной черной резинкой. У воинов такие же были. — Вернемся к случившемуся. Кир, — его руки легли на мои плечи, чуть сжали и взгляд в зеркальном отражении потемнел, — что ты творишь?

Интересный вопрос, конечно.

— Ар, а что я творю? — ну так, чисто для конкретики спросила я.

Брат тяжело вздохнул и грустно выдал:

— Кир, не повторяй ошибок своей матери. Лучше быть уважаемой женой, чем…

— Договаривай, Ар! — неожиданно жестким, совсем не свойственным мне тоном потребовала я.

Не договорил, нервно погладил по плечам, и отошел к окну. Потом резко, отрывисто начал говорить:

— Хассар просил поговорить с тобой. Говорит — его слов ты не слышишь, надеялся, что услышишь мои.

Не нравилось мне все это — но вот тот факт, что мне уже хорошо и чувствую себя снова полной сил, это мне очень по душе было.

— Ладно, рассказывай, — я направилась к выходу из спальни, раздеваясь по пути следования, — только ты на ходу рассказывай, а то мне бы помыться после всего.

Ар хмыкнул, но пошел за мной.

В своей гостиной, опять же почему-то разгромленной, я узрела Икаса, голодными глазами на меня взирающего. Дверь в гостиную была открыта, сам Икасик тяжело дышал, а в коридоре слышался топот. Сначала ворвался пораненный Нрого, причем топал не он, этот двигался бесшумно, потом еще за три воина МакДрагар, которые как раз таки и топали, а еще были изрядно пожеваны. Но они хоть выглядели прилично, а я в спортивном топике и штанах только. Впрочем, мой личный вид, интересовал ровно до той секунды, как я снова на Икаса посмотрела.

— Убью! — честно обрадовала я присутствующих. — Всех убью!

У зверя моего была порвана пасть, кровь стекала на пол сейчас, а еще на его шее оказалась содрана шерсть, а еще он как-то странно придерживал лапу переднюю, а еще я кажется, сообразила, чей оскал изукрасил Нроговы трицепсы!

— Киран! — Нрого сделал шаг в мою сторону и был остановлен глухим, угрожающим рычанием Икаса, — у него бешенство, Киран.

Икаса придется усыпить.

Смотрю на Икасика — у того взгляд влажный, и никакой пены изо рта… А по идее должна быть, как и взгляд невменяемый.

— Шерстюсик, что они с тобой сделали? — полностью игнорируя Нрого, я потопала к Икасу.

— КИРАН! — вопль воина заставил остановиться. — Кира, девочка моя, я сейчас пытаюсь просто его схватить, но если твоей жизни будет угрожать хоть малейшая опасность я убью зверя! Стой где стоишь!

Бросаю еще один взгляд на зверя, потом на Нрого, потом снова на Икаса. Никакого бешенства я не наблюдаю! Вижу что шерстюсику больно, вижу отчетливо, да и капающая кровь прямое тому доказательство. Вспоминаю недавние события, поведение Акаши, Икаса прикованного в моей камере, и начинаю соображать.

Сообразила!

— Икас, в спальню! На постель, живо!

Зверь дернулся исполнять приказ, но тут же остановился, глядя на Нрого и рыча.

— Исполнять! — прикрикнула я.

Снежная смерть метнулся в открытую дверь, по дуге обойдя Ара. В ту же секунду как он скрылся в моей спальне, я совершила подлость:

— Есть лифчик, — сказала я, протягивая руки к застежке, — и нет лифчика!

И кто тут с приступом бешенства? На мой взгляд, этим больше воины страдают. И пока Нрого рычал своим приказ исчезнуть, а Ар пытался задвинуть меня себе за спину, видимо честь мою охраняя, я с удовольствием за его спину задвинулась и беспрепятственно рванула в спальню. Обнаженная женская грудь воинской сообразительности была явной помехой, и они врубились в происходящее, только когда я дверь перед их носами закрыла, а после еще и шкаф к ней придвинула.

Дальше все было сделано в считанные секунды: я схватила гелликс, который из под кровати никто не доставал, и не одеваясь, так как времени на скромность не было, запрыгнула к Икасу.