Военный трофей - Элизабет Вон

— Ты должна лежать тихо и стараться не шевелиться. Всё заживёт, но только не сразу. Кость срастается медленно. Ты должна быть терпелива.

Один из мужчин нервно рассмеялся.

— Нелёгкую вы задали задачку. Терпения ей как раз не хватает!

Смех помог выпустить часть напряжения. Но у всех: воинов, раненых, Преста и Рэйфа — были очень странные выражения лица. Друзья передали Атире оружие, и к моему ужасу она положила его под и поверх одеяла в пределах досягаемости.

— Ты поранишься! — Мне не нравилось, что острые лезвия лежали так близко от её кожи.

Атира покачала головой.

— Без них мне не заснуть. — Она устроила вещи по своему желанию и откинулась на подушку. Я знала, что она будет спать. Я указала всем уйти, и воины спокойно покинули палатку, переговариваясь меж собой.

Гил задержался у стола с моими скудными припасами.

— Военный трофей?

Я улыбнулась, пытаясь поощрить его. Он сел на один из пней и подтянул колени до самого подбородка.

— Сорок дней?

— Да, кость срастается за сорок дней. Затем Атире придётся разминать ногу, чтобы вернуть прежнюю силу.

Гил наклонился, увлечённо выслушивая мои ответы.

— А вы не будете накладывать заклинания, чтобы исцеление пошло быстрее?

— Нет, — улыбнулась я. — Я не могу заставить тело заживать быстрее. Я только прослежу, чтобы нога осталась выпрямленной, и кости срослись. Я могу использовать несколько бальзамов, чтобы убрать синяки, сохранить кожу эластичной и ослабить часть боли, но это всё. Об остальном позаботится время.

Гил посмотрел на меня.

— Вы можете излечить всё что угодно?

Я с сожалением покачала головой, вспомнив кровь, которая пузырилась между моими пальцами всего несколько дней назад.

— Нет, Гил. Есть вещи, которые я не могу излечить.

Мальчик пристально посмотрел на меня.

— Как вы изучали это, трофей?

— Меня зовут Лара.

Он взглянул на меня, словно на сумасшедшую.

Я тяжело вздохнула.

— Меня отдали в ученики одному целителю, который согласился передать мне своё мастерство.

Я улыбнулась, вспомнив какую вызвала суматоху. Эльн пришёл в замешательство, когда дочь крови заявила, что хочет стать целителем. Отец рассердился. Я отвела взгляд на секунду и сморгнула слезы. Три года прошло, а я всё ещё скучаю по нему.

— Кто такой «ученик»?

Я строго посмотрела на Гила.

— Разве тебя не хватятся на кухне?

Он усмехнулся.

— Я сказал, что вы нуждаетесь в помощи. И я действительно помогал. — Он принял оборонительную позицию.

— Верно, — захихикала я. — Хорошо, тогда…

Я нежно заговорила, объясняя, как проходит весь процесс. Гила переполняли разнообразнейшие вопросы, которые сыпались из него точно бобы из банки. Он был старше, чем ученики, с которыми я работала, но таким же любопытным. Мы с головой ушли в беседу, и тут Рэйф хлопнул себя по лбу.

— Сенель!

С этими словами меня потащили обратно к главному шатру. Маркус уже заждался нас и срочно провёл меня мимо Кира в уборную. Ожидая пока принесут тёплую воду, Маркус обеспокоенно осмотрел мою тунику и штаны, но удовлетворённо махнул рукой. Я проигнорировала его и быстро вымылась. Убирая волосы в узел, я расслышала, что Рэйф говорит о чём-то с Киром.

Кир ждал, пока я вернусь в спальню. Я услышала, как главный зал палатки заполнился людьми.

Кир указал мне встать рядом с ним.

— Я узнал, что у тебя в палатке появился новый пациент.

Я кивнула.

— Одна из воительниц сломала ногу. Это был чистый перелом.

Он настороженно улыбнулся.

— Ты излечила его?

Я покачала головой.

— Я вправила кость. Исцеление займёт некоторое время.

— Она выздоровеет? Она сможет снова использовать ногу?

— Да.

Маркус прошёл и откинул для нас полог. Кир посмотрел на него и произнёс:

— Это будет интересный сенель.

Губы Маркуса искривились.

— Да-с. Готовы?

Кир кивнул.

Маркус подошёл к столу и поднял какую-то вещицу, украшенную перьями, бусинками и маленьким рядом медных колокольциков. Он первым вышел в зал для собраний и привлёк всеобщее внимание.

— Поднимитесь и поприветствуйте Кира, военачальника племён, и его военный трофей.

Первым вышел Кир, и я последовала за ним.

Зал был полон мужчин и женщин, и все встали поприветствовать нас. Мы должны были пройти по образовавшемуся коридору к помосту, где стояли два пня. Кир остановился перед пнём, стоящим ближе к центру, окинул взором зал и указал мне сесть с правой стороны от него.

Маркус последовал за нами и положил вещицу на пустой пень в центре комнаты. Кажется, этот пень поставили туда для этой цели.

— Где Симус? — поинтересовался Кир.

Как будто по команде, откидные створки главного входа распахнулись, раздались удивлённые возгласы, и четверо мужчин внесли Симуса на койке, точно жареную свинью на празднике середины зимы. Я улыбнулась и увидела, что остальных это зрелище тоже не оставило равнодушным.

— Дорогу! — властно выкрикивал Симус, едва сдерживая смех. — Дорогу!

Возлегая на цветных подушках, он усмехался как дурак; его белые зубы сверкали на тёмном лице, которое возвышалась поверх всех. Но его радость сменилась на вопль ужаса, когда один из носильщиков споткнулся. Это вызвало взрыв хохота в толпе. Симус начал отчитывать своих помощников за их неуклюжесть.

Наконец Симуса опустили рядом с Киром, с левой стороны от него. Как только с этим было покончено, Кир посмотрел на меня, и я села. Кир тоже сел, и собравшиеся последовали нашему примеру.

Шум улёгся, и Кир взял слово:

— Я созвал сенель, чтобы обсудить произошедшее, услышать ваше мнение и принять решение. Давайте поедим и всё обсудим.

Маркус и трое его помощников начали обходить толпу с кувшинами и деревянными чашами. Я заметила среди них Гила, который нёс свой кувшин с особой заботой. Каждый протягивал руки и умывал их по очереди, произнося нежные слова, которые я не смогла расслышать.

Маркус обслужил Симуса и подошёл ко мне. Это удивило меня, так как я мылась несколько минут назад. Я осталась неподвижна, и Маркус насупил брови. Чувствуя себя не в своей тарелке, я немного наклонилась вперёд и прошептала:

— Я не знаю слов.

— Слов? — Маркус бросил взгляд на Кира, который в это время разговаривал с Симусом, и снова перевёл взгляд на меня.

— Вы выражаете благодарность, военный трофей. Говорите всё, что пожелаете, — произнёс он шёпотом, не привлекая к нам ни малейшего внимания.

С облегчением я протянула руки, вода заструилась по моим ладоням, и я возблагодарила Богиню. Кир последним прошёл церемонию, и как только он закончил, подали еду и питьё.