уДачный отпуск - Маргарита Южина

– Зачем? – не поняла Аня. – Меня тетя Лида попросила к ней на дачу съездить, помидоры полить. А вы зачем?

– А мы… затем, – непонятно ответила Сонечка.

Но бесхитростный Толик прояснил ситуацию:

– Сонька думает, что ты где-то тайно с Данькой встречаешься, вот и не хочет тебя отпускать.

– И вовсе не за этим! Просто у Толика есть машина, а то чего тебе, Аня, по автобусам трястись?

– Соня… – четко произнесла Аня. – Я не буду прятаться, если найду Даньку. Я никого не боюсь, и мне нечего стыдиться. Зачем нам встречаться тайно, если у меня имеется собственная квартира, если… ну, дальше уже вас не касается. Все. Пустите, мне идти пора.

– А ты сегодня вернешься? – слабо пискнула Сонечка.

– Конечно, у меня же еще домашний телефон здесь… вдруг позвонит.

Добраться до дачи за полчаса не получилось. Автобус пришел с опозданием, а потом еще и тащился, точно большая черепаха. Аня даже всерьез задумалась – а успеет ли она все полить до наступления сумерек?

Но едва ступила на узенькую, покрытую травой, дорожку, вдохнула влажного лесного воздуха, сразу забыла обо всех опасениях.

– Хорошо-то как… – зажмурилась она и прибавила шаг.

Поливать и вовсе ничего не пришлось – под всеми помидорами земля была влажная и создавалось ощущение, что поливали даже не вчера, а сегодня утром.

– И сколько можно трястись над этими овощами? – пожимала плечиками Аня. – Сейчас ведь все можно купить, и совсем не дорого. Во всяком случае, обойдутся покупные не дороже, если учесть, сколько стоит билет…

Она нашарила ключ, открыла домик и нырнула из полуденного жара в прохладу. Быстро переодевшись в купальник и схватив небольшой коврик, который тетя Лида ткала сама, Аня вышла во дворик и устроилась на полянке, подставив лицо солнцу.

– Эй! Кого это по чужим дачам носит?! – услышала грозный окрик, но нисколько не испугалась, а только блаженно улыбнулась.

– Дядь Леня, я это, Аня! – подняла она голову. – Меня тетя Лида попросила при-ехать.

– Анютка, что ли, язви тебя?! – удивился старый сторож, который помнил Аню еще девчонкой.

– Ну да, я… только подросла немножко…

– Да куда уж немножко! Эвон какая кобылица стала! Килограммов, наверное, сорок будет!

– Пятьдесят, – поправила Аня и снова улеглась. – Эх, книжку забыла взять…

Лежать долго было скучно. Но надо – Аня итак почти весь загар смыла, а бледной поганкой быть не хотелось, она точно знала – Данька обязательно вернется. Не зря же она с такой уверенностью говорила всем питерским подругам и друзьям про свою скорую свадьбу. Так что… надо поджаривать бока. Но терпение лопнуло как-то слишком быстро.

Аня встала, потянулась и… взгляд ее упал на соседний участок.

– Надо же – трава кругом, а мамины лилии зацвели… И розочки тоже… и ничего им не сделалось, а как их мама укрывала – боялась, что не перезимуют…

Аня тихонько прокралась к знакомой дыре и пролезла на свой бывший участок.

Розочки были маленькие, листики все изъедены тлей, но они оставались живы. Аня вздохнула и направилась к клубнике.

А вот ягода росла на удивление – крупная и красная. И никто ее не рвал, даже дрозды не клевали.

Она сорвала сразу несколько спелых ягод, и во рту растеклась приятная, ароматная свежесть.

– И ведь никакой совести… – раздалось прямо над ухом.

Аня вскочила, вытаращила глаза и чуть не поперхнулась.

– Я говорю – никакой совести. Такая взрослая девица, пятьдесят килограммов живого весу, а по чужим дачам лазит.

В легких светлых брюках, в рубашке с расстегнутым воротом перед ней стоял Данька.

– Да… Данька!!! – взвизгнула Аня и прыгнула к нему на шею. – Данечка!!! Тебя все-таки нашла!! Я нашла тебя, Савушкин!!! Гад такой!! Сбежать решил, да?! Удрать, да?!! Спрятаться от меня хотел?! А я все равно тебя отыскала!!! Нашла! Сама!!!

– Ну… допустим, фиг бы ты меня нашла, если б я не уговорил тетю Лиду… – бурчал со смехом Данька и прятал свой нос в ее волосах.

– А я от телефона не отхожу, жду, а он!.. Данька-а… ну почему ты тогда ушел? Знаешь, как мне было без тебя плохо? Ты специально, да? Чтобы меня проучить? Я уже все поняла, не девайся больше никуда. Пожалуйста…

– Да я никуда и не девался, – нежно и медленно он целовал ее волосы, нос, глаза. – Я… я был немножко занят…

– Занят? – переспросила Аня. Она почти ничего не слышала, только понимала, что Данька теперь с ней, и никуда она его не отпустит, никогда и ни за что!

– Немножко… – еле слышно говорил он ей в самое ухо, между поцелуями. – Не мог же я заявиться к невесте с пустыми руками.

– К невесте?

– Да, к тебе. А теперь… теперь у меня есть для тебя ма-а-аленький сюрприз.

– Данечка… мне ничего не надо, мне… вот ты рядом – и все!

– Получается – я зря старался? – усмехнулся Данил и, легонько отодвинув Аню, заглянул ей прямо в глаза. – Соглашайся быстро.

Она с готовностью кивнула.

– А теперь пойдем.

Он взял ее за руку и повел к дому.

– Данька!! Я за тобой… вот прямо на край света готова! – весело щебетала Аня. – Только, Дань, тут дядя Леня ходит, сейчас увидит, что мы по чужому участку шаримся! Нам с тобой ка-а-ак попадет!

– А мы не по чужому, – прищурился Данька. – Это твой дом. И участок твой.

– Нет, Дань, это он раньше был моим, а сейчас…

– И сейчас твой, я его тебе купил.

И он обернулся, обхватил ее сильными теплыми руками и крепко-крепко прижал к себе:

– Неужели ты думаешь, я кому-нибудь позволю лазить по чердаку, где в первый раз признался тебе в любви, а?

– Ты тогда еще поцеловал меня, честно-честно… – спряталась у него на груди Аня.

– Какой ужас! Прямо-таки поцеловал? Да ты выдумываешь.

– Данька! Ну что ты такое говоришь? Неужели не помнишь? Ну вот ты еще там стоял, рядом с балкой, а я…

– Где-где я стоял? А ну пойдем, покажешь…

Они подошли к домику, и Данил протянул ей старый, массивный ключ.

– Открывай, хозяйка. Приглашай чай пить.

Аня открыла домик, осторожно вошла и ахнула – все старые вещи стояли на своих местах! И даже шторки были те же – сшитые мамой! И… Аня была просто уверена – и полы здесь были помыты, и окошки со старыми рамами! Дом ждал свою прежнюю хозяйку.

– Данька… – всхлипнула Аня. – Это же… так не бывает! Ну не бывает так! Это же… я прямо взяла и обратно… туда… в детство!.. Данечка, ты волшебник, да?

– Ну-у… можно и так сказать… – изо всех сил важничал Савушкин, но, видя, что подруга на юмор не настроена, просто усадил на диван, притащил горячий чай в большущих маминых кружках, обнял и объяснил. – Ань, да тут никакого волшебства. Зося Никодимовна ведь продавала домик со всеми вещами, а покупатель… короче, уехали они, и тоже выставили дачу со всеми вещами на продажу. У тебя же тетя Лида спрашивала – не хочешь ли ты обратно выкупить.