Кедровая Бухта - Дебби Макомбер

– Я не сомневаюсь в тебе.

– Я не говорила девочкам, они и так достаточно расстроены.

– А ты не думала поговорить с Роем Макафи? – спросила Оливия, садясь напротив Грейс. – У него превосходная репутация.

– Частный детектив? – Наверняка это было вопиюще дорого, а жизнь на одну зарплату уже и так подкосила ее бюджет.

– Не повредит проконсультироваться с ним и узнать, сколько он возьмет за поиски Дэна.

Грейс кивнула в ответ – конечно же Оливия была права.

На следующий день Грейс назначила встречу с детективом. Она встречала Роя пару раз, а Кори была постоянным читателем библиотеки.

Когда Грейс приехала, Кори была вежлива и дружелюбна и сразу же помогла посетительнице почувствовать себя свободно. Она проводила ее в кабинет Роя и принесла им по чашечке кофе, а после аккуратно закрыла дверь.

– Я знаю, что Дэн пропал, – произнес Рой, сразу переходя к делу.

Грейс могла быть так же прямолинейна. Ее терпение к этому моменту иссякло, особенно после новостей о кольце.

– Как много вы возьмете за его поиски?

– Это будет зависеть от сроков.

– Не думаю, что это будет сложно. – Грейс посмотрела на свои скрещенные на коленях руки.

– У вас есть какие-нибудь идеи, где Дэн может находиться?

– Нет. Но у меня есть подозрение, что он с другой женщиной.

– Хорошо, – кивнул Рой, глядя прямо ей в глаза. – Как сильно вы хотите найти его?

– Я не хочу. Поймите меня правильно, я не хочу, чтобы он вернулся. – Горечь буквально затопила ее. – Я просто жажду увидеть его на тот промежуток времени, что потребуется мне для вручения бумаг о разводе.

Глава 11

Сесилия боялась наступления этого дня много недель. Первое мая. Годовщина свадьбы. Год назад в этот самый день она стояла рядом с Яном перед мировым судьей и обменивалась с ним клятвой верности. За несколько минут они соединили свои жизни, как верила Сесилия, навсегда.

Беременность уже была заметной, и Сесилия считала, что надевать белое глупо. Поэтому она выбрала красивое светло-розовое платье, а подходящую фату сделала сама.

Ее мать прилетела в Вашингтон на церемонию, хотя она и была короткой, а после отвела их обоих на ужин. Бобби вручил Сесилии чек на пятьдесят долларов. Ян настаивал, чтобы у них был медовый месяц, и, несмотря на отсутствие лишних денег, нашел способ. Они провели два чудесных дня на побережье Вашингтона. Они бродили по пляжу и исследовали маленькие исторические городки – например, Остервиль и Сивью. Ночью сидели, прижавшись друг к другу, возле камина в арендованном коттедже и обсуждали будущее. Тогда все казалось идеальным. Именно во время своего медового месяца они определились с именами для их будущего ребенка, говорили о карьере Яна на флоте и о Сесилии в роли жены моряка. Она понимала далеко не все, что требовалось, но стремилась следовать за мужем даже на край земли.

Она следовала за ним, пока не пропал смысл. Сесилия не могла и предположить, что через несколько месяцев их ребенок умрет. Она не могла знать, что все радости и стремления исчезнут из ее жизни.

Год спустя первое мая было всего лишь еще одним рабочим днем. Ничего особенного. Все как обычно. Сесилия намеревалась игнорировать важность этого дня, точно так же как она пыталась игнорировать Яна.

Некоторое время они переписывались, пока Сесилия не осознала всю ситуацию. Юридически они оставались в браке, но они больше не были мужем и женой, несмотря на тот вечер, когда они занимались любовью. Их расставание длилось дольше брака. То, что она сказала Яну, было правдой – он заслуживает права быть отцом. Но как Сесилия и написала ему в последнем письме – ему нужно было принять тот факт, что она никогда вновь не рискнет пережить боль подобного рода.

В ответном письме Ян предполагал, что она отреагировала слишком остро. Он сказал, что в конечном счете Сесилия изменит свое мнение и захочет еще одного ребенка. Он не понимал. Сесилия и не старалась объяснять, потому что любой ответ мог стать для него приглашением к продолжению спора и переписки. Поэтому Сесилия перестала писать ему, перестала ездить в библиотеку, перестала заботиться о нем.

К сожалению, это совершенно не означало, что она смогла избавиться от мыслей о Яне. Написать ему было ошибкой, ошибкой было и вновь вступить с ним в связь, хоть и посредством коротких электронных писем. Нет, она приняла решение. Так скоро, как только она сможет себе позволить, Сесилия продолжит бракоразводный процесс, что будет лучшим выходом для них обоих. В свое время Ян поймет. И найдет в своем сердце силы простить ее.

Когда Сесилия как следует все обдумала, она припарковала автомобиль Яна, отказываясь водить его вновь.

Зная, какое будущее ждет их с Яном, Сесилия не могла позволить значимой дате отвлечь ее от учебы. Ранним утром первого мая она отправилась на занятия по алгебре, находясь за рулем своей машины и намереваясь как можно лучше провести этот день. Это был следующий уровень алгебры, куда сложней предыдущего. Помогало то, что его тоже преподавал мистер Кавено. Профессор очень нравился Сесилии.

Несмотря на все свои усилия сконцентрироваться во время занятий, Сесилия возвращалась в мыслях к тем самым темам, которых так стремилась избежать. Ян, ее мертвый ребенок и невозможность ускоренного изучения курса. Когда она, наконец, закончит обучение с каким-либо пригодным уровнем, ей уже будет пора на пенсию.

После занятий Сесилия направилась к мистеру Кавено, чтобы поговорить. Крепко прижав к себе книги, она прошла в переднюю часть аудитории.

– Да, Сесилия, – проговорил профессор, заметив ее.

– Я… я подумала, что вам следует знать, – я решила бросить занятия.

– Мне жаль слышать это. Существует какая-то особенная причина? – Он не скрывал разочарования.

Их было несколько, но ни одну из них Сесилия не могла упомянуть. Покачав головой, она пожала плечами.

– Я не знаю, где использовать эти знания. Я – администратор в ресторане, а не гений, который мог бы сделать карьеру в математике.

– Знания никогда не бывают бесполезными. Вы правы, конечно, может, у вас и не будет возможности использовать формулу корней квадратного уравнения. Но существует особое удовлетворение от способности использовать эту самую формулу. Не согласны?

– Я не знаю.

– Понимаю.

Профессор собрал книги и положил их в портфель, а затем покинул комнату. Сесилия направилась за ним.

Какая-то часть ее сознания надеялась, что мистер Кавено попытается отговорить ее.

– Я хотела поблагодарить вас.

– А ваши остальные курсы? Что у вас в списке?

– Деловой английский, – ответила Сесилия.

– Вы намереваетесь бросить и этот курс?

Она кивнула, прижимая книги еще сильнее. Часть денег за обучение будет возвращена, если Сесилия прекратит учебу до конца недели.

– Мне жаль, Сесилия, – вновь повторил профессор.

– Мне тоже, – прошептала она, чувствуя себя еще более никчемной.

– Закончите эту неделю, хорошо?

– Хорошо, – согласилась Сесилия, но ее намерения были противоположными.

Она использует возвращенные деньги, чтобы оплатить еще одну встречу с Аланом Харрисоном. Она попросит его добиться аннулирования добрачного контракта. Адвокат упомянул, что они могут подать апелляцию, а так как Ян находился в море, это была ее единственная возможность.

После занятий Сесилия направила свой старый автомобиль к дому, надеясь поспать перед работой. Обычно в это время она с энтузиазмом занималась домашней работой, но не сегодня, когда существовала реальная вероятность того, что она не вернется в колледж после пятницы.

На автоответчике мигала лампочка. Сесилия неохотно нажала на кнопку.

– Это Кэти, – послышался радостный голос подруги. – Сегодня вечером некоторые из нас собираются на ужин. Тебе интересно это? Я принимаю гостей у себя. Надеюсь, ты приедешь. В любом случае позвони мне. Я бы очень хотела видеть тебя.

Кэти стала для нее подругой, хорошей подругой, и они виделись каждую неделю. Иногда с ними были и жены других моряков, но чаще всего они проводили время вдвоем – посещали гаражные распродажи, ходили в кино, встречались по воскресеньям за завтраком.

Но сегодня Сесилия не могла встретиться с подругой – она работала в ресторане в вечернюю смену, совпадающую с ужином. Кэти знала, как она работает, и все равно пригласила, – даже настаивала на ее приходе. Сесилии очень не нравилось, что ей придется объясняться, тем более причина ее отсутствия была очевидной.

Кэти ответила немедленно.

– Сесилия! – закричала она, ее голос действительно звучал радостно. – Скажи, что ты придешь.

– Я не могу.

– Но без тебя все будет по-другому.

– Я работаю, и уже слишком поздно искать замену. – Этой правды было достаточно.

Кэти разочарованно вздохнула.

– Может, нам всем стоит прийти и встретиться с тобой. Знаешь, как в старой поговорке: если Мохаммед не идет к горе… – Она не закончила свое высказывание, но засмеялась, будто сказала нечто забавное.