Легион павших. IV - V Акт - Эри Крэйн

эмоции не хуже Къярта, но то, что он уж точно не двигался по пути завоевания ее расположения, было очевидно.

Когда на полуостров опустились вечерние сумерки, а вместе с ними небо осветило зарево пожара, у Райза появилось первое место на карте, которое следовало проверить.

Дорога к рыжему пятну на горизонте заняла почти два часа. В отличие от Когтя с Клыком, конь Кары не мог вот так легко рассекать в сумерках карьером без риска переломать себе ноги или оказаться загнанным до полусмерти. Когда троица добралась к месту, их встретил не огонь, но дымящиеся руины.

Еще недавно здесь была деревня: небольшая, построенная теми, кто считал, что при должном количестве любви и труда южные земли Непрада станут пригодны для земледелия. Но камень и глина отказались принимать посевы, и в деревне едва набралось два десятка домов, от которых теперь остались одни обугленные остовы.

— Мы несколько припозднились, — Райз укрылся за небольшим холмом, с которого открывался отличный вид на деревню. — Там только алчность и веселье. Сомневаюсь, что кто-то из деревенских еще жив.

— А те двое? — Къярт указал взглядом на пару мужчин. Те стояли прямо посреди поля за крайними домами и смотрели в темноту.

— Умертвия, — хмуро ответила Кара. — Их здесь полсотни, не меньше.

— А сколько некромантов?

— Шесть или семь. Один из них заметно сильнее остальных.

— Случаем, не наш Инаэора? — поинтересовался Райз.

— Этого я сказать не могу.

— Тогда остановимся на предположении, что это он.

Райз отошел к затаившимся в глубине рощи гривам и снял с Когтя седло с сумками.

— Что ты собираешься делать? — спросил Къярт.

— Не я, а ты, — Райз отстегнул от седла Клыка глефу. — Придется пойти на риск, но другие варианты еще хуже. Ты возьмешь гривов и отправишься к своим собратьям некромантам. Проявишь дружелюбие, выяснишь, не среди них ли Осмельд, и, если нет, то где его искать.

План вызвал неприятие еще на пункте про «проявить дружелюбие».

— К чему все это? Почему просто не зачистить деревню? Допрашивать мертвых куда проще, чем живых.

— Решил отложить в сторону миролюбие? — задал риторический вопрос Райз. Он не хуже Къярта знал, что миролюбие того заканчивается там же, где некроманты начинали проявлять свою суть. — Да, можно было бы и так, но это путь большего риска. С семью некромантами в ближнем бою тебе никак не успеть разобраться прежде, чем они смогут нанести удар в ответ. Той энергии духа, что там есть, недостаточно, чтобы я смог устранить их всех. Отправить туда Кару — и если среди них окажется Осмельд, или то чудище, которое убило паладинов в руднике, вряд ли кто-то из нас уйдет живым. Мы даже не знаем, что именно оно из себя представляет. По этой же причине я не сторонник нападения всем сразу. Один маленький просчет, и ситуация обернется против нас. Если же они окажутся безобидны, то мы на ровном месте на несколько дней потеряем паладина, способного воплотить броню. Поэтому сначала все разведаем, а затем решим, что и как делать.

— Что им помешает убить Къярта? Раз вы утверждаете, что не заодно с ними.

— Если Къярт не станет сообщать им это первой же фразой, не думаю, что они станут кидаться на того, кого считают своим. Мы старались не конфликтовать ни с паладинами, ни с некромантами, и вряд ли кому-либо из них известно наше к ним истинное отношение. Если же среди них есть Осмельд, все становится несколько сложнее, но, думаю, он не станет нападать без предупреждения. В этом случае, Къярт, тебе придется позвать меня и Кару, а гривам защищать тебя, пока мы не подойдем. В любом случае у тебя в запасе три жизни, как-нибудь да продержишься.

Къярт смерил напарника скептическим взглядом, но деваться было некуда.

Клык, в седло которого он сел, поначалу недовольно рычал, но стоило Къярту коснуться его шеи ладонью — последний раз он надевал перчатки еще до встречи с Аелитт — и грив тут же притих.

Рощу и деревню разделяло полторы сотни шагов, и как только Къярт выехал на открытую местность, одно из дежуривших умертвий направилось к своему некроманту с докладом.

Къярт знал, что впереди его не ждет ничего хорошего, и дело было отнюдь не в некромантах. Чем ближе он подъезжал к окраинным домам, чем отчетливее становился запах жженой древесины и мяса, тем больше он утверждался в мнении, что Райз отправил его в деревню не для одной только разведки.

Его никто не останавливал. Некроманты были здесь полноправными хозяевами, и одинокий путник, пусть и с двумя гривами, не представлял для них угрозы. Провожаемый немигающими взглядами умертвий, еще совсем недавно бывших жителями этой деревни, Къярт медленно ехал по главной улице.

Среди мертвецов были не только сельчане, но и те, кто напалы на них: умертвия, одетые в броню и вооруженные пиками и арбалетами. Они неподвижными изваяниями стояли вдоль дороги, а на их шлемах и кирасах плясали блики тлеющих руин.

Землю покрыли темные пятна крови, но тел не было. Некроманты подняли всех погибших до последнего, даже детей, которых не посчитали нужным пощадить. Всякий раз, когда взгляд цеплялся за кого-то, кому Къярт не дал бы и двенадцати, внутри с пущей силой разгоралась злость. Словно бы чувствуя ее, опустив головы к земле, тихо рычали гривы.

Некромантов было шестеро. Во всяком случае, именно столько человек сидело возле огромного костра, разведенного посреди сельской площади. Обломки домашней утвари, которую пустили на хворост, сложили кучей вокруг вбитого в землю столба, с прикованным к нему обгоревшим телом.

— Даже не знаю, как на такое и реагировать, — подал голос один из сидящих у костра, когда Къярт остановился с противоположной стороны. — Назовись, раз решил заглянуть к нам на огонек.

Отсветы нервного пламени делали резкие черты некроманта похожими на гротескную маску в окаймлении вьющихся темных волос. Он был единственным среди присутствующих, чьи метки-призыва не скрывала одежда. Черные точки подчеркивали его скулы, обручем обнимали лоб. Скорее всего, о нем и говорила Кара, когда упоминала некроманта, чья сила превышала силу других. Еще в свою прошлую встречу с группой некромантов Къярт пришел к выводу, что демонстрируют свои печати только те, кто сидит выше остальных.

Он скользнул взглядом по лицам остальных и не обнаружил Осмельда или кого-либо, чья внешность была бы примечательна. Они казались вполне заурядными мужчинами, разве что парочка имела откровенно разбойничью наружность. На коленях одного из них сидела девушка, немногим старше пятнадцати лет, с кровавым пятном посреди живота и с застывшим в глазах