Мир вашему миру - Иван Катавасов

Теперь же, вы, коллега Немирски, желая идти по его стопам, пытаетесь повторно изобрести идеальное сверхоружие.

Не выйдет. Оружие-то у вас получится. Мирное безгрешное житие вряд ли.

Базовую теорию деструктора пространства-времени, думаю, вы сформулируете. Но вечного мира во Вселенную ваше чудо-оружие не привнесет. Да-да… Как и динамит капиталиста Нобеля или водородная бомба академика Сахарова…

Немирски с мягким удовольствием слушал грумантского отшельника, пусть удалившегося от всех людских миров, но не забывавшего об их извечных философских вопросах. Монологически общаясь, философ Деснец непостижимым образом умел вызвать у аудитории приятное ощущение дежа вю.

Да, я это знал! Верно, я тоже так думаю! — готов был воскликнуть каждый из его внимательных слушателей.

Не имело значения: согласен или нет внимающий Олу Деснецу. Сам того не осознавая, философ Деснец умел интуитивно побуждать слушателей мыслить и чувствовать, находить новые подходы в незнаемом.

Редкие визиты к разбросанному гуманитарию Олу Деснецу поистине чудодейственно помогали таксономичному, по складу ума и характера, естествоиспытателю Глебу Немирски решать его сумрачные и туманные проблемы супрарелятивистской и гиперметрической физики, выбираться из запутанных дебрей многомерной метаполигональной математики, приближаться к пониманию парадоксальных состояний эвристического квазимышления хроноквантовых компьютеров.

Сейчас Глеб Немирски очень близок к базовой теории создания космогонического оружия, интроформно действуя изнутри, разрушающего пространственно-временной континуум.

Возможно, его давняя студенческая мечта вскоре обретет экспериментальное воплощение. Его оружие обязано ужаснуть миры, заставить их задуматься не о победных результатах, но о разрушительных последствиях неограниченных войн в доступном пространстве-времени.

С ранней юности Глеб Немирски не сомневался: экуменическому человечеству необходимо новое универсальное оружие как полевое тактическое, так и стационарно стратегическое, по возможности, межпространственное мобильное. Оно, при различных вариантах базирования, должно избирательно и зонально разрушать структуру триединого поля пространства-времени-гравитации.

Стратегически и тактически тогда станет реальной возможность уничтожать материальные объекты и силовые стасис-эманации не извне, а изнутри.

Воздействовать на цели должно не внешней превосходящей силой, не традиционным способом приложения большей энергии, но путем нарушения внутренних связей относительно слабым гипервоздействием, где фатальное разрушительное действие непосредственно не соотносится с противодействием в духе дорелятивистской физической механики, являясь намного менее энергоемким…

Пока же Глеб Немирски единым духом воспринимал словно необъяснимое дежа вю гуманитарные умозаключения Ола Деснеца. Не покидая собственных разноплановых раздумий, он четко отслеживал красную нить философского дискурса.

— …Человеческая история, доктор Немирски, не повторяется механистически на очередном метафорическом витке. Ибо нами движут отнюдь не тупиковые животные генномодулированные поведенческие реакции, а бесконечный разум и беспредельный промысл Создателя. Мы — инструмент в Его руках, и он нам заповедал создавать всякий раз новые и эффективные орудия труда. Будь то механические устройства, принципы их использования или же усовершенствование межличностных взаимодействий. Миром ли, войной на всю Эйкумену так или иначе оборачивается социальная динамика, расширенное воспроизводство межгосударственных отношений.

Вселенская тайна основного вопроса общественного прогресса, — первичность-вторичность мира, там, войны ли, — кроется не столько в использовании инструментов познавательной деятельности, наличествующих в данное время, сколько в их разумном совершенствовании в обобщенном виде наших орудий труда.

Что бы нам ни толковали об обезьянах неистребимые дарвинисты всех времен и миров, отнюдь не вынужденный труд стимулирует разумную деятельность, не цели и не продукты труда, но потенциальная априорная возможность бесконечно совершенствовать наши инструменты активного познания и трансформации людского бытия…

Снова и снова выслушивая философа Деснеца, физик Немирски убеждался в собственной правоте. Человеческим мирам необходимо звездное оружие, чтобы положить объективный предел произвольному возникновению и распространению военных конфликтов. Потенциальная возможность тотальной аннигиляции планет, солнечных систем должна стреножить произвол чрезмерно решительных правителей и воинствующих народов.

Во славу чего воевать, если в результате не будет ни победителей, ни побежденных?

Глеб Немирски полагал, что Ол Деснец прав, указывая на инструментальную первооснову социального и материального прогресса. Без орудий труда, как вещей в себе, постоянно требующих от разумного, пытливо познающего Вселенную человека непрерывного совершенствования, была бы невозможна прогрессирующая цивилизация.

При стохастической трудовой деятельности возможно лишь асимптотическое приближение к цели. Не цель, а перманентно инновационный процесс определяет параметры текущего состояния, существования человека и его сообществ. Цель — ничто. Средства производства, орудия труда, оружие суть все.

Тем вооруженный человек и отличен от безоружных животных, которым дано эволюционно совершенствовать рога, копыта, тело, поведенческие реакции, но не инструментальный разум…

— …Неразумные птицы небесные не сеют, не жнут, коллега Немирски. Однако они механически день-деньской извечно трудятся, дабы удовлетворить свои нечеловеческие потребности в пище, возместить колоссальные энергозатраты своего существования.

Присмотришься к зоологии, то сразу видно: трудовые процессы самосохранения, продолжения рода заставляют беспрестанно работать, как заведенные трудиться других животных, также перманентно озабоченных в состоянии бодрствования, как бы прокормить себя, потомство. Либо партнеров по спариванию, как в прайде хищных кошачьих.

Первично лишь человеку дано от Создателя результативно сочетать труд с отдыхом и наслаждением, удовлетворять непрерывно возрастающие всевозможные потребности инструментально, посредством социальных орудий труда, трансформирующего окружающую среду…

В канве мыслей первоучителя Глеб Немирски отметил личный контекст. В юности, прежде чем уйти в философы, Деснец Третий знаменательно преуспел на тучной ниве страхового бизнеса Вольных кирасиров, основал финансово-исследовательскую корпорацию и распоряжался значительным инвестиционным капиталом с благословения князя-батюшки — фельдмаршала Деснеца Второго.

Отдав бразды правления своими финансами в надежные супружеские руки Лин Бобон, младшей дочери премьер-канцлера, Ол Деснец не прекращал ее консультировать как раньше, так и потом, когда бежал на Грумант от упорно навязываемого ему титула наследного принца политических и военных отцовских капиталов.

Судя по комфортабельности и цивилизованному обустройству двухэтажной бревенчатой хижины отшельника, супруги в разводе сохранили добросердечные отношения и общность денежных интересов.

— …Деньги, экономика, политика, искусство суть инструментарий, интересующий человека разумного, доктор Немирски. Для пытливого человека что угодно во Вселенной может стать любопытным инструментом, средством подобающей реализации, методом обеспечения его замыслов.

На тому подобной аксиоматике, мой верный слушатель, я настаиваю. Ибо на инструментальной деятельности основывается человеческая цивилизация как олицетворения и совершенствования бесконечного сознания разумной души.

Разум людской гораздо выше сущеглупых птиц в облаках парит в благих космических эмпиреях, не придавая особого значения гравитации филогенетических установок, тянущих его опуститься на грешную землю.

Признаю: познавательный потенциал внесознательной запрограммированной, животной деятельности вот-таки существует. Вместе с тем ему не дано миновать эволюционных пределов, ограничивающих неразумных существ в их воздействии на естественную среду обитания.

Преступая Творцом или эволюцией очерченные границы, неразумные биологические виды эмпирически уничтожают себя самих исчерпанием близлежащих природных ресурсов в их лимитированной, узкой, тесной экологической нише.

В то же время человек разумный не испытывает предустановленных ограничений, способных исчерпать его бытие. Социальная организация человеческих сообществ ему позволяет в значительной мере игнорировать животные поведенческие реакции.

Вот мне, на ледовитом Груманте нет нужды заботиться предустановленно и ежечасно о хлебе насущном. В противоположность неразумной скотине, существующей единственно на подножном корме, если таковой ей удастся отыскать вне ледников.