Тайная жизнь Фиделя Кастро. Шокирующие откровения личного телохранителя кубинского лидера - Хуан Рейнальдо Санчес

Назавтра, когда в полдень мы приехали во дворец, я воспользовался тем, что мы с Команданте оказались в лифте одни, чтобы заговорить о деле Рамона:

– Команданте, вчера я был в Валле-де-Пикадура и нашел вашего брата очень расстроенным и грустным. Мне кажется, он хочет поговорить с вами.

– Знаю, знаю. Я в курсе, Санчес. Не волнуйся, я с ним поговорю, – ответил мне Фидель и закончил разговор.

Не знаю, что такое глобально важное собирался Рамон сообщить своему брату, зато мне известно, что последний сдержал обещание. Через несколько дней мой однокурсник тот самый, кто обращался ко мне в прошлый раз, подошел снова и передал безграничную благодарность от старшего из Кастро. На этом история заканчивается, но этот эпизод интригует меня по сей день: вы когда-нибудь видели, чтобы человеку приходилось обращаться к посредничеству третьего лица, чтобы поговорить с родным братом?

Ясно одно: всю свою жизнь Команданте обращал мало внимания на братьев и сестер, столь же многочисленных, сколько неизвестных. У помещика Анхеля Кастро (1875–1956) и его молодой служанки Лины (1903–1963), на которой он женился вторым браком, родилось семеро детей: Анхелита (1923), Рамон (1924), Фидель (1926), Рауль (1931), Хуанита (1933), Энма (1935), Агустина (1938). Со старшей сестрой, Анхелитой, скончавшейся в 2012 году, Фидель был довольно близок, отношения между ними можно назвать сердечными, но не более того. Хуанита? Que se vaya al carajo! – мог бы сказать Команданте об этой своей сестре, оставшейся незамужней, о существовании которой он никогда не вспоминал в моем присутствии. В 1964 году, в возрасте тридцати одного года, она бежала с Кубы, поселилась в Майами, где многократно выступала с обличениями коммунизма, кастризма и тоталитаризма. Фидель поставил на ней крест: она как будто не существовала. С Энмой он тоже мало общался, и на то была своя причина: бо́льшую часть жизни она провела в Мехико, где жила с мужем – мексиканским бизнесменом, за которого вышла в 1950-х годах. Наконец, скромная и набожная Агустина, долгое время прожившая в браке с пианистом, ныне уже умершем, тоже всегда оставалась вдали от своего знаменитого брата. В конечном счете по-настоящему близким к Фиделю оказался один лишь Рауль, который на пять лет его моложе. И это несмотря на сильные различия в их характерах. «В детстве Рамон был добродушным, Фидель твердым, а Рауль весельчаком, – рассказала однажды их сестра Хуанита. – У Рауля было много друзей и приятелей. А Фидель, наоборот, был одиночкой, сосредоточенным только на себе, эгоистом»[31].

Еще одно различие: если верить слухам, распространенным и на Кубе, и в США, а также некоторым биографам Фиделя, у него и Рауля разные отцы. Будто бы министр революционных вооруженных сил – бастард, которого их мать Лина прижила от сына командира караульного поста в Биране, родной деревне семейства Кастро. Правда ли это? Я не имею ни малейшего понятия. Единственное, что я могу сказать, – это то, что Рауль совершенно не похож на двух своих старших братьев. Меньшего роста, безбородый, с зауженными глазами, за что его прозвали Эль Чино (Китаец). Зато бросается в глаза его внешнее сходство с его умершей в Майами сестрой Хуанитой, которая моложе его на два года. Так что или Хуанита тоже является незаконнорожденным ребенком, или все это пустые сплетни.

Зато очевидно другое: с самого детства Фидель и Рауль были неразлучны, точно пальцы одной руки. Младший следовал за старшим во всех его авантюрах, начиная с нападения на казарму Монкада в 1953 году до восхождения на вершину власти. Для Рауля Фидель стал своего рода вторым отцом, возможно, потому, что «настоящий» отец, Анхель, суровый патриарх, родом из Галисии (Испания), был тем необщительным и грубым человеком, каким его рисуют некоторые биографии. А Фидель – «отец» строгий, но такой, какого Рауль уважает, которым восхищается, даже боготворит. Дело в том, что Команданте обладает теми качествами, которых нет у него самого: харизмой, быстротой ума, видением политической ситуации, силой убеждения, ораторским искусством, умением общаться с людьми.

Всю жизнь Рауль находился под влиянием Фиделя. В Сьерра-Маэстра он делал все, чтобы доказать свою отвагу, свою доблесть и завоевать уважение брата. По утверждению историков, он собственноручно казнил предателей и врагов и командовал расстрельными командами, не проявляя при этом никаких эмоций. Так что на руках у Рауля крови много больше, чем у Фиделя. Во всяком случае, характер у него столь же деспотичный, как у Лидера максимо, если не более. Во время партизанской борьбы его рвение было вознаграждено: в 1958 году Фидель счел Рауля достойным командовать фронтом, как и Че Гевара. Он доверил младшему братишке открытие нового фронта герильи – «второго восточного фронта имени Франка Паиса», находившегося восточнее города Сантьяго-де-Куба. Рауль справился с поставленной задачей.

Весьма слабый ученик в школьные годы, выросший в неразговорчивого парня, этот любитель петушиных боев – в то время модного развлечения, ныне запрещенного, – отличился на поле боя. Суровый и догматичный, методичный и организованный, именно там он заслужил нашивки будущего министра революционных вооруженных сил – и занимал этот пост в течение сорока девяти лет, до 2008 года.

По отношению к Фиделю Рауль всегда был безупречно лоялен. Также он является единственным в мире человеком, которому Команданте доверяет на сто процентов. Они работают в паре. Например, когда речь идет об оглашении хорошей новости, такой как объявление о назначениях на новые руководящие посты, это делает номер один. Ну а когда надо снять с должности высокопоставленного деятеля и отругать его на публике, слово берет номер два. Для широкой публики они разыгрывают представление «добрый полицейский – злой полицейский», но в реалии во всем действуют заодно. Они ежедневно разговаривают по телефону, встречаются по многу раз на неделе. И – это не пустяк – никогда и ни за что на свет не пропустят день рождения друг друга. Во время бесчисленных приездов Рауля в президентский дворец я имел массу возможностей наблюдать за отношениями двух братьев.

Было бы ошибкой принижать историческую роль Рауля. Во-первых, еще при правлении Батисты он первым завязал контакты с кубинским коммунистическим движением. В дальнейшем именно он познакомил своего знаменитого брата с аргентинцем Эрнесто Че Геварой. Более того, многие считают Рауля настоящим архитектором кастровской системы. Действительно, в отличие от своего брата – человека мечтательного, энергичного, импульсивного, но совершенно неорганизованного, Рауль является непревзойденным организатором. Его великая заслуга в том, что он методично реформировал партизанское войско в профессиональную армию, способную действовать за океаном и победить иностранную армию, как это было в Анголе. Тоже бескомпромиссный по характеру, он установил в военном ведомстве железную дисциплину. Наконец, это он обеспечил контроль военных над 60–70 процентами национальной экономики, включая такую очень прибыльную отрасль, как туристическая. Возглавляемый раулистскими генералами холдинг ГАЭСА (Групо де Администрасьон Эмпресарьяль С.А.) контролируют десятки крупных предприятий в разных областях: «Симекс» (недвижимость, банки, рестораны, заправочные станции, супермаркеты и более двухсот магазинов), «Кубанакан» (туризм), «Гавиота С.А.» (гостиничный бизнес), «Сервисио Аутомотрис С.А.» (сдача автомобилей в прокат туристам), «Текнотекс» (импорт-экспорт технологий и сервисных услуг), «Агротекс» (сельское хозяйство), «Сермар» (судостроительные верфи), «Геокуба» (картография) и т. д. Так что остающийся в тени Рауль является важнейшим элементом системы.